Угадай кто папа
Шрифт:
— Погоди, а с чего вдруг такая реакция? С каких пор ты за неё вступаешься? О чём вы общались с Крис, мне интересно.
Я уже начал надумывать себе всякое, ведь Кирилл всегда оставался безучастным. Раньше он старался не вмешиваться ни в чьи отношения. А уж морали и нотации он точно никогда и никому не читал. Всё это недостойно его внимания, выражаясь его же словами. По крайней мере, так было ещё три дня назад.
Что заставило его изменить своё мнение?
— Если тебе действительно интересно, то сначала мы разговаривали о тебе, а если точнее, то мы промывали тебе
Вот так новости!
— Не понял? То есть как это подружились? — я немного прифигел, что даже на время затаил дыхание от неожиданной новости.
— Да не ревнуй ты! Она мне как друг, не больше, — рассмеялся он. — Но это, в какой-то степени, мне даже льстит.
Над чем он ржёт? Что смешного в том, что я ревную Крис и Тимура к своему же другу?
А я ещё как ревную. Скажу больше, я завидую! И теперь это чувство душит меня изнутри, ведь Кириллу каким-то образом удалось первому из нас увидеть моего же сына. И это не его ненавидят. Не его смешали с грязью самые дорогие люди.
— Что-то слабо в это верится! — настороженно сказал я, ища в его глазах подвох. — Не помню, чтобы у тебя когда-то были девушки в друзьях.
— Всё просто! — поджал губы, будто оправдывался за что-то. — Кристина оказалась исключением.
Когда-то она стала и моим исключением из правил. И всем известно к чему это привело…
Так, стоп! Это ещё ничего не значит!
Мне следовало сменить тему. Ещё немного и в моей голове начали бы всплывать яркие картинки Кирилла с Крис, провоцирующие мой разум на выражение ревности не только в словах, но и в действиях. Руки так и чесались разбить телефон об чью-то голову.
Дыши. Всё будет хорошо.
— Какой он? — с неподдельным интересом спросил я.
Я даже перестал моргать и расплылся в дурацкой улыбке во весь рот.
— О, он крутой мальчуган, — с лица друга так же не сходила несвойственная ему мечтательная улыбка. — Тимур хоть ещё и маленький, но уж больно толковый парень, и он неплохо разбирается в хоккее. Даю тебе слово, ты удивишься, когда увидишь что он вытворяет на льду.
Сердце пропустило болезненный удар.
— Подожди минутку, — я швырнул телефон на кровать, а сам отправился на балкон, где что есть сил начал материться в темноту ночного неба. Выговорив весь нецензурный запас слов, я вернулся в комнату и как ни в чём не бывало продолжил: — Так, значит, ты ещё и в хоккей с ним играл? Когда ты всё успел?
— Тимох, ты ходил куда-то, чтобы… что? Проораться? — было заметно, что Кирилл испытывал неловкость. — Тебя бесит это, да? Ты недоволен тем, что это делаю я, хотя, справедливости ради, это должен был быть ты? Так, может, не стоит развивать и дальше эту тему?
— Продолжай! — взяв всю волю в кулак, выдавил из себя. — Я слушаю тебя! Я выместил свои эмоции, но лишь на время! Поэтому не медли, чувак.
— Хорошо, — устало выдохнул он и отвёл растерянный взгляд в сторону. — Тимур попросил показать ему бросок, которому
— И ты, конечно же, показал? — недовольно хмыкнул я.
— Ну не мог же я пойти против желаний пацана, — пока он оправдывался, я всё больше и больше приходил в бешенство, но злился я в основном на себя. — Видел бы ты его! Ему сложно отказать.
Я очень хочу его увидеть! Сам виноват! Я во всём виноват!
— Мог бы оставить это мне.
— Как? Пацанёнок ведь даже не знает о тебе, — максимально осторожно и едва слышно сказал он, как будто предугадывал, что эти слова разобьют меня вдребезги.
Получается, она так и не рассказала Тимуру обо мне. А теперь так у меня вообще не осталось никаких шансов.
В отчаянии я склонил голову к груди и прикрыл глаза, мечтая повернуть время вспять. Я бы всё отдал, если бы мог исправить все свои ошибки. Всё!
— На тебе будет лежать всё остальное, если у тебя получится достучаться до Крис. Как мне показалось, она решительно настроена пока не знакомить тебя с Тимуркой. Кстати, он — твоя точная копия.
Я резко поднял голову. Фраза о том, что сын похож на меня, подействовала на меня как ледяной душ. Мне словно дали чудодейственный пинок под зад. Это было что-то вроде толчка к решительным действиям. Казалось, будто я уже получил свой желаемый второй шанс, который не имел права упустить.
— Правда? — воодушевился я. — Можешь как-нибудь сделать его фото?
— Постараюсь. Мы как раз с Крис договорились встретиться завтра. Там что-нибудь и придумаю.
Кирилл в который раз за сегодня дал мне мощнейший удар под дых.
— Какого фига? — прошипел я. — Что ещё за встречи такие?
— Успокойся! — косо он ухмыльнулся. — Ей нужно оборудовать детскую и посидеть с Тимуром.
— Я сам приеду и всё сделаю! — практически проорал я.
И, клянусь, я даже подорвался с кровати, и уже начал одеваться, чтобы рвануть в Новокузнецк, как вдруг услышал голос Кирюхи, доносящийся из телефона:
— Да она вышвырнет тебя, как только увидит на пороге. Лучше не медли, а займись делом. Разберись со всем, начни исправлять свои косяки, пока не стало слишком поздно. А я за ними пока пригляжу, да попытаюсь как-то помочь тебе сблизиться с Крис. Положись на меня.
Сомнительная перспектива положиться на человека, к которому ревнуешь свою же (да-да, именно свою. Я не могу назвать её иначе) девушку и ребёнка.
— Ты прав! — я угрожающе посмотрел на него, тыча пальцем в экран смартфона. — Но если я вдруг узнаю, что ты распускал свои руки, имей в виду, я вырву их с корнями при первой же возможности.
— За это можешь не беспокоиться, — предельно искренне уверил он меня. — Ты же меня знаешь!
Знаю, поэтому и предупредил.
Глава 36. Тима
Ранним утром я уже был в клинике, где изучал результаты анализа крови. Как выяснилось, не зря я всё же беспокоился. В крови у меня была обнаружена лошадиная доза снотворного на пару с флунитразепамом, который и был в составе детского шампанского. Именно по этой причине Алина не стала его пить.