Угадай кто папа
Шрифт:
— Здесь в основном хоккеисты со своими половинками, кое-какие знаменитости и просто зеваки с журналистами.
— И много ты хочешь с этого всего выручить?
— Нет, но фонд в любом случае будет пополнен.
— Твои друзья знают, что ты инициатор этого вечера?
— Нет! — отрезал он и крепче прижал к своей груди, скорее всего, намекая на то, чтобы я покончила с никчёмным допросом.
— Почему же ты им не сказал? — не унималась я. — В этом же нет ничего постыдного!
— Крис, потому что есть то, чего им знать совсем необязательно.
— Ты
Я искренне не понимала его. Мне хотелось гордиться им, а приходилось держать рот на замке, раз он не желал признаваться даже своим лучшим друзьям.
— У всех есть секреты. Ты ведь сама хранишь в себе столько всего. Но ты же и не думаешь делиться этим со мной, — с нажимом произнёс, приближаясь к моим губам.
Неужели он думает, что я клюну на эту наживу и сразу же всё ему выложу.
— Всему своё время. Мы же с тобой только недавно встретились. Дай мне хотя бы привыкнуть к тебе.
— И ты выдашь мне все свои тайны? — он моментально расплылся в обольстительной улыбке, словно уже знал ответ на этот вопрос. И мало того, он полностью его устраивал.
— Конечно! Всё что угодно.
— С этого и нужно было начинать! — игриво потёрся кончиком носа о мой. — Я был прав, что мужчины начнут тобой интересоваться.
— Что? С чего ты взял?
— Даже Кирюха с тебя глаз не сводит. Но если он сейчас же не прекратит, то я снова слечу с катушек, — кивнул он головой в сторону, и я непроизвольно перевела свой взгляд на Кирилла, который в упор смотрел на меня, опустошая бокал с янтарной жидкостью.
— Ты не прав! Он просто давно меня не видел, — меня неожиданно бросило в удушливый жар.
— Я хорошо знаю его, и с этим выражением лица уже давно знаком. Либо он заинтересован, либо что-то задумал, — настороженно заявил Тима, а у меня тем временем во рту пересохло настолько, что казалось даже язык весь сморщился.
— Ерунда!
В этот напряжённый момент нас отвлёк солидный мужчина, похлопав Тимошу по плечу. Он был вынужден перевести всё своё внимание на этого мужчину. Тот говорил Тиме что-то на ухо, но я смогла разобрать только, что речь велась о Новокузнецке. И, видимо, Тима услышал что-то вопиющее, поскольку он демонстративно расправил широкие плечи и горделиво вздёрнул подбородок.
— Извини, я ненадолго тебя оставлю. Это касается моего контракта, — объяснился он, оставляя поцелуй на щеке, после чего скрылся с мужчиной за пределами зала.
Я не рискнула вернуться к нашему столу, а решила наведаться в уборную, да поправить это жутко неудобное и дорогущее платье, но все мои планы изменились вдруг. Я не смогла пройти мимо выхода на крышу. Душа моя затрепетала, ведь здесь открывался завораживающий вид на красоты ночного города.
Вдыхая свежий воздух, я встала у самого ограждения, но не осмеливалась глянуть вниз. Было слишком высоко, что аж дух захватывало. Тёплый ветерок приятно ласкал и остужал мою разгорячённую кожу, он старательно рассеивал мои дурные мысли, скопившиеся в голове. Мерцающие звёзды в нависшем ночном небе действовали на меня успокаивающе, от былой нервозности не оставалось и
— Лапуль, думаешь то, что между вами — это искренне? — раздался знакомый голос у меня за спиной.
Всем телом вздрогнула, ощущая как он почти вплотную прижался ко мне. Я резко обернулась и задрала голову, чтобы встретиться с глазами, окрашенными зловещей смолью. Чернее, чем у него, я никогда и ни у кого прежде не встречала.
— Кирилл? Что ты здесь… О чём ты? — в испуге отскочила от него в сторонку, проверяя есть ли поблизости кто-то ещё. Но, как назло, толпа рассосалась и на крыше мы оставались одни.
— Ты снова взялась за старое? Решила поиграть в любовьку?
В немигающих глазах его плескалась жгучая ненависть, а голос с каждым произносимым им словом становился всё басовитей. Он совсем не стеснялся выставлять напоказ своё очевидное презрение по отношению ко мне. Наоборот, он хотел, чтобы я на себе ощутила насколько глубоко ненависть въелась в его кровь.
— Тебе-то какое дело что мы с Тимой решили? Это тебя не должно волновать! — старалась говорить дерзко, не подавая виду, что на самом деле он вызывал во мне страх. Вновь.
— Я не верю вам! Вам никто не верит! Это ваше мнимое воссоединение только курам на смех, — с кривой ухмылкой ответил он, погрузив руки в карманы.
— Это твоё право, но я не собираюсь тебе что-либо доказывать!
Я хотела обойти его, чтобы сбежать куда подальше, но он не позволил. Кирилл приложился ладонью к моей груди и слегка пихнул, вернув меня на прежнее место. Его хищный взгляд на пару с оскалом вогнали меня в подобие транса. Он не давал мне даже пальцем шевельнуть, хотя не прикладывал к этому никаких усилий. Возвышаясь надо мной, Кирилл перекрывал собой выход, а заодно и кислород. Я жутко запаниковала.
Где же Тима?
— Может тебе нужны деньги? Я могу заплатить тебе кругленькую сумму, скажем, за одну ночь, проведённую со мной, — с самодовольным видом он прошёлся пятернёй по своим золотистым волосам, откидывая их назад, я же не осмеливалась смотреть на него. Мне казалось, если я взгляну на него ещё хотя бы раз, то ничем хорошим это не кончится. — Лапуль, я знаю, что нравлюсь тебе. Я всегда тебе нравился, но я рад тому, что в своё время выбор пал не на меня.
— Ты больной? Что ты несёшь? — в ярости процедила я.
— Почему сразу больной? Я хочу, чтобы после вечеринки ты пошла со мной в номер. И да, можешь не переживать, Тимоха об этом не узнает. Он также не узнает, что ты скрываешь от него свой маленький секретик.
Секретик? Только не это…
— Ты в своём уме? — с ненавистью произнесла я, вытаращив, наконец, свои глаза на него. — Мне плевать на тебя, а Тима, между прочим, твой друг, если ты забыл! И нет у меня никаких секретов, чтоб ты знал! Так что катись отсюда или дай мне пройти!
Несколько напряжённых секунд Кирилл ещё держал этот серьёзный и устрашающий вид, затем его мышцы на лице вмиг расслабились, являя мне расплывавшуюся улыбку. Надув щёки, он вдруг громко рассмеялся, как это уже было заведено в моём присутствии.