Уфолог
Шрифт:
- Он придет в себя минут через двадцать, - сказал Дантист.
- Уверен? – спросил Макс.
- Придет.
- А что потом?
Дантист пожал плечами:
- Может быть, вернется в Интернет-кафе и ограбит Шандора. Мо-жет быть, попадет в полицейскую ловушку и сядет в тюрьму. Кто зна-ет?
- Или прямиком в аквариум с прожорливыми рыбками, - сделал предположение Макс.
- Это его судьба…
Харизма молча собирал с капота и складывал в сумочку свой пере-носной антураж. Что будет с Гением Линном Крессом, его не интере-совало.
12.
- Мичманов Арнольд Святославович.
- Чем мудренее имя и отчество, тем больше путаницы в генах, - за-метил Макс, разглядывая цветное изображение дружка Вошкулата на мониторе компьютера. – Что не Арнольд, то педераст, что не Ариадна, то лесбиянка. Харизма, а как тебя звать по-настоящему?
- Зови меня Харизмой. – Ядвига уже сняла с себя парик, переоде-лась и смыла косметику. Теперь за компьютером снова сидел наголо остриженный пацан с невыразительным лицом, облаченный в свобод-ную серую рубашку и широкие брюки. От шикарной девицы не оста-лось и следа.
Лицо Арнольда Мичманова отличалось порочностью и слащавой, не мужицкой, красотой. Глаза масленые и нахальные, как у нализав-шегося валерьянки кота, губы пухлые, слега тронутые гаденькой улыбкой, нос прямой с тонкими трепетными ноздрями, на щечках ру-мянец, а на подбородке ямочка.
«Вот гадость, какая!», - подумал Макс. Ему захотелось сплюнуть.
- Итак: Мичманов Арнольд Святославович. Временно не работаю-щий москвич двадцати трех лет, не женат, детей не имеет, и т.д. и т.п., - сообщил Дантист, уже изучивший текст, присланный вместе с фото-графией.
– Последняя любовь Вошкулата. Первый контакт между ними зафиксирован в декабре прошлого года. Познакомились в одном из московских гей-клубов. Встречались не часто, обычно Вошкулат из Степного приезжал в Москву, но иногда и Мичманов проведывал в Степном своего визави. Установлено, что с двадцать шестого июня сего года по шестое июля Арнольд Мичманов пропадал неизвестно где, во всяком случае, в Москве его не было.
- Как это неизвестно? – вклинился Макс. – Очень даже известно. Помогал своему любовнику убивать Бугаева и Москаленко.
- Очень может быть, - согласился Дантист и продолжил: - Шестого июля, как ураган, пронесся по всем правильно и неправильно сориен-тированным друзьям-приятелям, навестил всех своих более или ме-нее обеспеченных родственников, даже побывал у родителей в Пуш-кино, что вообще крайне для него не характерно.
- Прощался что ли?
- Деньги занимал. Кто-то дал, а кто-то послал куда подальше.
- Я знаю, куда его послали, - проявил догадливость Макс. – В жопу, да?
- Здесь об этом ничего не сказано. Зато известно, что через неде-лю, тринадцатого июля он самолетом авиакомпании «ЛурАэро» выле-тел в Айзенбург. Харизма, будь добр, проверь списки постояльцев всех гостиниц, пансионатов и мотелей Бенкельдорфа.
- Этим я сейчас и занимаюсь, - отозвался Харизма из-за соседнего компьютера. – На всякий случай, помимо Бенкельдорфа, проверяю Айзенбург и другие города. Хотя, это лишнее, я думаю. Электронная
- Нет, не лишнее, - возразил Макс. – В Лурпаке расстояния между городами незначительные, а дороги…, знаю, ездил. Стало быть, Ар-нольдик вылетел в Лурпак заранее, чтобы подготовить мягкую посадку для драгоценной задницы своего дружка. Могу предположить, что идея поторговаться с Йозефом принадлежит не Вошкулату, а его сла-дострастному другу.
- А какая разница кому принадлежит эта идея? Главное сейчас най-ти эту сладкую парочку раньше, чем их разыщут люди Берга. Поверь, Макс, Берг, хоть и молод, но опыта ему не занимать. У него в России не один Вошкулат агентом трудился, запросто может вычислить наше-го Арнольда, если уже не вычислил. Харизма, что у тебя по гостини-цам?
- Пусто, - отозвался Харизма. – Один господин Мичаев в Айзенбур-ге и супруги Мичурины в Бенкельдорфе.
- Мичурины нам не нужны, - покачал головой Макс.
- У кого есть соображения, как нам отыскать уфолога и его дружка? – спросил всех Дантист.
- У меня есть идейка, - подал голос Харизма.
- Говори.
- Время сейчас подходящее, ночная жизнь только начинается. Прошвырнусь-ка я по гей-клубам. Будто бы ищу своего сбежавшего парня, возьму с собой фотографию Арнольда, буду показывать бар-менам. Чем черт не шутит? Голубые народ общительный.
- Хорошая идея, - похвалил Дантист Харизму. – Думаю, ты прав: Арнольдик вряд ли удержится от соблазна проверить местную голу-бую тусовку... Мы с Максом составим тебе компанию.
- Вы? – удивился Харизма. – Да от вас неприязнью к голубым за версту несет, особенно от Макса. Педики вмиг нас расколют. Да и при-кида соответствующего у вас нет. Достать не проблема, но времени мало. Если хотите, поехали, но сидеть будете в машине, меня дожи-даться. В клуб не ногой.
- Договорились, - согласился Макс. – А то я и впрямь могу какому-нибудь «противному» физиономию помять.
- Тогда пойду, переоденусь. – Харизма спустился вниз.
На этот раз перевоплощение заняло у него минут десять. По лест-нице поднялось существо, в облике которого присутствовали признаки как мужского, так и женского пола. Рыжий кудлатый парик смахивал на львиную гриву, а косметика была наложена ярко и вызывающе. При-клеенные ресницы торчали, как у дешевой куклы, а на мочках ушей висели кольца, похожие на браслеты. На Харизме было черное ве-чернее платье с разрезами вдоль стройных ножек, но было совершен-но ясно, что это не женщина, а мужчина-трансвестит. На шее у него болталась маленькая бархатная сумочка.
Макс склонил голову набок, оценивающе оглядев юного спецагента, и сказал, причмокнув губами:
- Ты оправдываешь свое прозвище: харизма в тебе есть. Если бы ты не пошел в шпионы, стал бы великим артистом.
Возле зеркальных дверей первого вертепа было полно полицейских и стояла карета скорой помощи, ожидающая выноса тела. Невдалеке от клуба небольшими группками стояли возбужденные голубки и что-то обсуждали. Харизма потерся между ними минут пять, и вернулся к машине, которую Макс остановил, не доезжая с полквартала до гей-клуба, значащегося в их списке под номером один.