Удобная
Шрифт:
Кирилл ругался, матерился, бегал в бешенстве по кабинету, но исправить уже ничего нельзя было. Он только набрал свое руководство, которому сообщил о своих выводах по редакции и предложил уволить Оксану. Ему повезло, что его непосредственный шеф Сергей Андреевич Боровицкий, такой же любитель женщин, и который знал историю женитьбы Кирилла, занял его сторону. Они даже посмеялись на эту тему, что все их проблемы от баб-с.
Во вторник Орехову из Москвы пришло указание уволить Воропаеву. Ее отец пытался надавить на директора, но Москва сказала свое слово.
Карасев был досрочно
***
Из-за всех негативных событий Кирилл не вспомнил о Марии, которая даже не попадалась ему на глаза. Он вечером попрощался с руководством редакции и выехал домой.
Квартира встретила Кирилла тишиной. Жена на некоторое время вместе с сыном уехала к своим родителям. Он собрал свои вещи, договорился со своим знакомым, который помог снять квартиру, перевез туда все вещи. В кратчайшие сроки отец жены добился их развода, запретил своей дочери общаться с Кириллом. Даже запретил подходить к сыну, что Карасев воспринял совершенно спокойно. Сын его мало интересовал, считал достаточно, что у него ежемесячно высчитывают на него алименты. А женщин по жизни ему хватало.
Он почти сразу же нашел себе бизнес-леди Ангелину (которая просила называть себя «Гелика»), владелицу сети фитнес-клубов, старше его на десять лет, и почти два года не жалел о разводе, наслаждаясь новыми отношениями. Его сожительница совершенно спокойно воспринимала его связи с другими женщиными.
На работе, слава Богу, у Кирилла все обошлось. Его докладная записка полностью удовлетворила шефа, руководство редакции было решено оставить на месте. Предлагаемые Кириллом изменения в концепции работы тоже пришлись по вкусу и могли принести доход. Ему также удалось уговорить своего шефа перевести Инессу к ним в главный офис.
Забегая вперед скажем, что между Боровицким и Инессой позднее возникло что-то похожее на взаимные чувства и она приняла его покровительство, позволяя содержать себя.
Прошло более пяти лет с той командировки. Кирилл уже начал забывать Оксану с ее прибабахами и стремлением выйти за него замуж. Где она сейчас, он не знал и не стремился узнать.
О Марии он почти не вспоминал. Ну или старался не вспоминать, уговаривая свою иногда внезапно просыпавшуюся совесть тем, что у них все было по взаимному согласию и он Маше ничего не обещал. И она знала о то, что он женат и разводиться не собирается. Хотя иногда с удовольствием вспоминал ее такое теплое притягательное тело.
Глава 12
Когда Кирилл не появился в воскресенье, Мария снова расплакалась, долго лежала на своем диване, глотая слезы. Ей не хотелось верить в то, что она очередная дурочка, попавшая под обаяние «кобеля обыкновенного». Она передумала все, что угодно, даже хотела позвонить в приемный покой больницы, морг и отдел полиции. Но остановила себя. Кто она ему? Что она скажет? Что он обещал к ней прийти и не явился? Смешно. Она снова долго не могла заснуть. Отключилась незадолго до будильника.
Утром она поняла, что пойти на работу не сможет, поэтому позвонила Звягинцеву, попросила
— Машуня, что случилось? Голос у тебя больной? Может возьмешь нормальный больничный? Пока ничего срочного по твоей работе нет, если что Лидочка все сделает, — сказал Михаил Ильич, услышав в трубке ее гундосый голос.
— Вы правы, возьму больничный, спасибо. Видимо прихватило на сквозняке, — поддакнула ему Маша, не желая называть истинную причину, что просто плакала два дня подряд и сейчас похожа на опухшего колобка.
Она сходила в свое отделение семейных врачей. Их участковый терапевт хорошо знала ее семью и саму Машу. Сразу, без лишних разговоров дала ей больничный на неделю.
— Отдохни хоть один раз, а то похожа на приведение, — сказала врачиха. — Когда мама приедет, пусть сразу ко мне придет. Посмотрю, как она и выпишу ей бесплатные лекарства.
Маша вернулась домой, нашла валерьянку, сразу накапала себе и выпила. Потом просто забылась каким-то больным сном, в котором Кирилл приходил к ней, начинал ее целовать, а потом отталкивал ее и хохотал прямо ей в лицо, обзывая дурой и толстухой, которую никто и никогда не полюбит и что она должна быть ему признательна, что сделал ее женщиной. Она металась по постели и под вечер проснулась вся в поту. Ее всю трясло.
Маша нашла в себе силы, дошла до кухни, достала аптечку, померила температуру. Когда столбик поднялся выше 39 градусов, она просто села на табурет и молча смотрела в окно.
Потом нашла свой телефон, который оказался отключенным, села батарея. Она поставила его на зарядку, включила. Посыпались сообщения о не принятых звонках мамы, Татьяны. Несколько раз звонил Звягинцев. Она перезвонила ему и сообщила, что была у врача, тот дал ей больничный на неделю. Тот поинтересовался, не нужна ли ей помощь.
Она не успела дать отбой, как позвонила Татьяна:
— Ты где пропала? — встревоженно спросила подруга. — Тут у нас такое было! А ты опять мимо прошла.
— Я дома, приболела, температура. Где-то простыла, — не стала рассказывать правду Мария. Ей самой хотелось все забыть и вычеркнуть из своей жизни Кирилла.
— К тебе приехать?
— Спасибо, не надо. Я уже выпила лекарства.
— Хорошо, тогда я завтра днем к тебе забегу, скажу, что на репортаж пошла.
Потом Маша позвонила и успокоила маму, которая надумала себе уже кучу неприятностей, которые могли случиться с дочерью. Ей оставалось еще две недели санатория, Машу это вполне устраивало. За это время она успеет зализать свои душевные раны и сможет не волновать маму своими душевными метаниями и заплаканным лицом.
***
На следующий день пришла Татьяна, принесла кучу фруктов и бутылку красного сухого вина:
— Это лучшее лекарство. Мы его сейчас вскипятим с медом и перцем и все пройдет! Готовь посуду.
Вскипятив вино, подруги сели за стол на кухне.
— Машка! Вчера такое было! Вся редакция на ушах. Короче, слушай! Эта дура Оксана приревновала Кирилла к Инессе, написала в соцсети его жене, что он ей изменяет, скинула какие-то фотки. Его тесть приказал ему забрать вещи и Кирилл вечером умотал домой. Это было что-то!