Удар в спину
Шрифт:
— Вы хотите сказать…
— Вот именно. Я хочу сказать, а вы меня все время перебиваете. элегантный господин негодующе поглядел на стоявшего перед ним с пистолетом в руках Антона и продолжил уже более спокойно, — Это не моя игра. Понимаете? Я просто… просто помогаю.
— Кому?
— Кому? Этого я сказать вам не могу. Вы слишком многого от меня хотите.
— То есть, вы предпочитаете умереть?
— Да бросьте вы! — Владислав Антонович презрительно поглядел на Стахова и передразнил. — Умереть! Вам приходилось когда-нибудь убивать?
Антон не ответил.
— Вот то-то и оно… — теперь баритон хозяина кабинета звучал
— Мне некогда философствовать. И не думаю, чтобы вам хотелось на себе проверить, насколько просто или трудно убить, когда приходится выбирать для себя между жизнью и смертью.
— Я же уже объяснял, что вам ничего не грозит.
— Чего не скажешь о моих близких… и о друге, — напомнил Антон.
— Как вы понимаете, мне моя судьба также не безразлична, — помолчав, заметил Владислав Антонович. — Так что, черт с ним, с вашим другом. Пусть себе живет.
— Вот уж спасибо, благодетель! Но только позвольте напомнить, что спрашивал я вас не о том, позволите ли вы жить Филимонову, а о том, кому вы помогаете.
— Я уже говорил, что на этот вопрос отвечать не собираюсь.
— Вставайте, — коротко приказал Антон, направляя ствол в живот сидящему хозяину кабинета.
— Как скажите.
Немного помедлив, Владислав Андреевич начал подниматься. Взявшись за подлокотники, он с явной неохотой очень медленно наклонился вперед, а затем стал выпрямляться. В какой-то момент, когда Антон меньше всего ожидал неожиданностей, невысокий господин вдруг резво нырнул вниз под руку с пистолетом и одновременно нанес своему противнику молниеносный удар в подреберье. Если бы Стахов рефлекторно не отпрянул назад, ему скорее всего пришлось бы очень худо — своими как будто внезапно окостеневшими кончиками пальцев Владислав Андреевич бил ему в живот, как бьют кинжалом или дротиком. Хватая воздух открытым ртом, Антон молча направил пистолет на вставшего в боевую стойку худощавого господина. Не отрывая взгляда от глаз Стахова, тот немного помедлил, а затем заметил: «А вы — везунчик» и расслабился.
Прошло не менее минуты, прежде чем Антон окончательно пришел в себя.
— Спасибо за урок, — зло бросил он.
— Всегда к вашим услугам. Хотите еще?
Они стояли, молча сверля друг друга глазами.
— Малейшее неподчинение следующий раз закончится для вас пулей в живот, — прервал затянувшуюся паузу Антон. — И постараюсь, чтобы она застряла в вашем позвоночнике. Это чтобы вам в дальнейшем не мучаться умозрительным вопросом, насколько трудно убивать себе подобных. — Он помолчал немного. — А сейчас — на пол. Лицом вниз. И руки на затылок.
Казалось, Владислав Андреевич не принял к сведению предупреждение. Во всяком случае, создавалось впечатление, что он не собирается подчиняться. Не отрывая глаз от лица противника, он продолжал стоять все в той же свободной позе. И тут произошло нечто неожиданное. Антон начал медленно опускать пистолет и одновременно сделал какой-то несмелый шаг в сторону своего противника. Можно было подумать, что его загипнотизировали.
С трудом поднявшийся со своего кресла Петрович мог наблюдать, как Владислав Андреевич внезапно мгновенно переместился несколько вперед и вправо и тут же легко подпрыгнул. Его нога прошла в нескольких сантиметрах от виска вдруг нагнувшегося с поворотом Антона. Это его движение неожиданно завершилось явно незапланированным падением
— Лучше, если вы снова сядете, — посоветовал Антон вставшему Петровичу, но тут же изменил свое решение, — Хотя нет. Ложитесь-ка рядом со своим приятелем.
Петрович не заставил себя упрашивать. Когда он, предварительно встав на колени, неловко упал на бок, а затем уже перевалился на живот, Стахов со вздохом снял с него наручники и соединил ими заведенные за спину руки Владислава Андреевича. Потом скомандовал: «Вставайте».
Когда Петрович поднялся, Антон подтолкнул его стволом к двери. «Сейчас вы попросите принести пару гранат».
— С какой стати? — видимо решил тоже проявить свой характер пучеглазый господин.
— Если я ударю по вашему лысому черепу пистолетом, это будет очень больно. К тому же на нем надолго останутся следы, — счел необходимым дать короткую справку молодой человек. — Поэтому рекомендую делать, что вам сказано.
Этим пояснением взаимное недопонимание было устранено, и Павел Петрович в очередной раз позвал из-за приоткрытой двери Романа.
— Какие гранаты? — выслушав распоряжение, поинтересовался охранник.
— Любые, — проявил инициативу Петрович. — Только быстрее.
Ждать пришлось недолго — менее чем через пять минут Петрович получил от Романа три гранаты, после чего захлопнул перед ним дверь.
— Теперь засуньте руки в брючные карманы, и садитесь на свое место в кресло, — распорядился Стахов.
Пучеглазый господин не возражал. Он уже понял, что в сложившейся ситуации наиболее безопасным было демонстрировать свою покладистость.
— И все-таки, я не понимаю, зачем при вашей «игре» было тащить меня сюда… — раскладывая гранаты по карманам, заметил Антон. — Вы вполне могли провести со мной соответствующие «беседы», не увозя меня за тридевять земель.
Петрович молча кивнул.
— Что вы киваете? Я спрашиваю — зачем меня сюда притащили?
— Все очень просто. Подумайте — на вашего приятеля Филимонова были покушения?
— Были. Вы же знаете…
— Вашего компаньона и друга Снитко уже нет в живых? Так?
— Так. Ну и что?
— А то, что ваше благополучие просто вопиет на этом фоне. Оно неестественно и подозрительно. Неужели вам это не ясно?
— И вы меня..?
— И мы вас «крадем» на несколько дней. С тем, чтобы затем вы имели возможность вернуться домой героем.
— Не понял, — честно признался Антон. — По крайней мере — не совсем понял.
— А здесь и понимать нечего. — Петрович сделал многозначительную паузу. — Вы отсутствуете несколько дней, а затем возвращаетесь после побега от похитивших вас извергов. При этом никто не подозревает, что эти дни вы провели в комфорте и довольстве.
— Наверное, я ещё не совсем пришел в себя, — был вынужден признать Антон. — Вы хотите сказать, что…
— … что мы устроили бы вам «удачный побег». А потом вы могли бы в деталях рассказать о том, как добирались домой. В деталях, — повторил Павел Петрович. — С описанием маршрута и пейзажей. Теперь вы видите, мы действительно рассчитывали на плодотворное сотрудничество с вами.