Удар в спину

Матюхин Леонид

— Ну ладно. — Отдав Антону большую сумку, Сека вновь сел на мотоцикл. — А машина, я вам скажу..! — и он показал большой палец.

— Давай-давай, — поторопил его Мишка. — Потом будешь восторгаться. И не забудь, мы ждем вас.

Еще до возвращения Секи Антону удалось переброситься с Филимоновым парой слов. Стахова интересовало, для чего тот привез их всех сюда.

— Ты что, действительно не понимаешь, что у нас наконец-то появились реальные шансы выяснить, откуда дует ветер? — сердито поглядел на него Мишка.

— Я не понимаю, почему этого нельзя было сделать в городе.

— Да потому, что наш «заклятый друг» уже пытался лишить

нас этой возможности и убить Картушина.

— И что же по-твоему из этого следует?

— Что теперь, когда Анатолий у нас, им уже просто терять нечего. Они готовы на все… А теперь подумай, почему они или, скорее всего, он пошел на это именно сейчас.

— Ну и почему? Как сам-то ты считаешь?

— Все просто, — Мишка слегка приподнял плечи и затем как бы «уронил» их; по всей видимости, так выражалось его недовольство непонятливостью друга. — Все просто — он каким-то образом узнал, что мы вышли на Анатолия.

— Предположим. И что?

— А то, что нечего недооценивать этого деятеля. Уверен, сейчас он уже наверняка «поставил на уши» всю свою команду, чтобы не дать нам возможности спокойно пообщаться с Картушиным.

— Не хочешь рисковать, — констатировал Антон. — Понятно. А может быть, нам как раз лучше было бы дать ему возможность «прорезаться»?

— Хватит. Он уже прорезался со мною и с Игорем. Довольно. Теперь пора нам навязывать ему свою игру…

— Может быть, ты и прав, — был вынужден признать Стахов. — Но зачем было тащить сюда эту..? — и он выразительно дернул подбородком в сторону озера. — Готов спорить, что она практически ничего не знает.

— Это ты брось. И от неё мы имеем шансы узнать многое.

Их беседа была прервана звуком приближающихся шагов.

Пришедший вместе с Секой Илларион Дмитриевич нагрузил своего низкорослого спутника половинкой ведра свежеотваренной картошки, а сам как большую ценность осторожно нес «закатанную» трехлитровую банку мелких и хрустящих огурчиков, а также литровую банку соленых свинушек.

Успевшая вернуться с купания Ирина была облачена теперь в мешковатые расклешенные брюки, туго обтягивающие её достаточно широкие бедра, и в потертую ковбойку, которая чуть ли не лопалась под напором её пышной груди. Будучи тут единственной представительницей прекрасного пола, она без чьих-либо просьб и уговоров сразу же взяла на себя обязанности хозяйки. Обследовав шкафы и холодильник, девушка с помощью мужчин быстро накрыла на стол. При этом она по-хозяйски покрикивала на своих неуклюжих и нерасторопных, как ей казалось, помощников. Попадало за то, что кто-то из них слишком толсто нарезал хлеб, кто-то неровно вскрыл банку консервов. Но свое недовольство мужчинами она облачала в такую форму, что её замечания лишь поднимали настроение, а не портили его. И вообще, следовало отдать ей должное — девушка вела себя абсолютно естественно и непринужденно. Никто не напоминал ей, что она пленница, и она сама, казалось, забыла об этом. Даже Картушин, ещё час тому назад волком глядевший на Ирину, теперь смирился с её присутствием.

Уже вскоре они все вместе сидели за большим столом. Было шумно. Привезенная Секой водка подействовала быстро.

— До чего ж хороши у тебя огурчики! — отдал дань талантам хозяина Сека. — Всегда такие хрусткие, твердые… Я вот все хотел спросить — почему они у тебя за целый год не становятся мягкими?

Стороннему наблюдателю могло бы наверное показаться, что тут собралась большая дружная компания, или даже встретились члены одной семьи.

Все оживились. Лица раскраснелись, в глазах появился блеск. Картушин более уже не жаловался на головную боль и тошноту, и лихо «закидывал» в рот рюмку за рюмкой. Забыв о своих травмах, он вместе с остальными весело смеялся над рассказываемыми Мишкой старыми анекдотами.

ГЛАВА 10

— Слушайте, мужики, а как это вас угораздило оказаться у Люськиного дома, когда я туда подъехал? — после очередной рюмки решился поинтересоваться Анатолий.

— Очень просто — мы тебя там поджидали, — лаконично ответил Мишка. Как раз в это время.

— Брось! — не поверил Картушин. — Откуда ж вам было знать, что я п-подъеду?

— Откуда? Оттуда, — усмехнулся Мишка. — Мы о тебе многое что знаем. Очень многое…

— Да брось ты! — широко улыбнулся Анатолий. — Я в эти шпионские истории не особенно верю.

— А причем тут шпионские? Вот он, — Мишка показал на Секу, — следил за тобой более двух недель.

— Смеешься? — Анатолий искренне удивился. — Это с к-какой же это стати?

— Ну а ты вспомни красную «Шкоду». Из гаража от дома, где ты жил до этого, — напомнил Филимонов.

— Какую такую «Шкоду»? — Картушев непроизвольно отвел взгляд и зримо напрягся.

— Не делай вид, будто не понимаешь, — прищурился Мишка. — Ты немного подумай, и все сразу вспомнишь.

— Постой, постой. Так это, значит, все-таки были вы…

— … Кто хотел убрать тебя? — закончил за него мысль Антон. — Нет. Мимо. Нам-то как раз ты был нужен только живым.

Некоторое время все молчали. Лишь сладкоголосый певец рассказывал: «Es la historia de un amor, como no hay otra igual…» [6]

— Тогда почему же вы за мной следили?

Филимонов молчал, предоставив Антону отвечать на вопросы Картушина.

— Все очень просто. Красную «Шкоду» начинили взрывчаткой и подорвали рядом с его машиной, — Стахов кивнул на Мишку и снова перевел взгляд на Картушина. — Вник? Ну вот и ладушки… Тогда ты должен понять наше любопытство. Тебе не кажется?

6

– «Это история любви, подобной которой никогда не было…», (исп.)

— Так вы считаете, что это я…?

— Не держи нас за идиотов, — вступил в разговор Мишка. — Мы достаточно знаем о тебе, чтобы не думать ничего подобного. Ко взрывчатке ты не имеешь ни малейшего отношнения.

— То есть, вы хотите… Вас интересует, каким образом та «Шкода»…?

— Вот именно, — подтвердил Антон. — Нас это очень интересует. Интересует, кому ты отдал тачку.

— Но откуда вы это..?

— Пусть это будет нашим маленьким секретом, — усмехнулся Мишка. — Ты, Толян, подумай о том, чем тебе эти люди хотели отплатить за… Отплатить за все. А если что запамятовал, погляди на Ирину.

Картушин послушно перевел взгляд на молодую женщину, которая в этот момент что-то увлеченно обсуждала с Илларионом Дмитриевичем. Во всяком случае, она делала вид, что её живо интересует эта беседа.

— Ну… — протянул Анатолий и налил себе в стакан из банки рассола. А откуда мне знать, что вы не из одной с ней компании?

— Понятно, — зло хмыкнул Мишка. — И мы затеяли все это с единственной целью — чтобы проверить… э-э-э….

— …твою лояльность, — подсказал Антон.

— Вот-вот. Проверить твою лояльность, — подтвердил Филимонов.