Удар молнии
Шрифт:
Внезапно он взял ее за горло и откинул голову назад. Сердце Сары екнуло, но он всего лишь хотел, чтобы она прочитала мрачное упорство в его глазах.
— Ты больше никогда не увидишь Локвуда, а значит, не сможешь наслаждаться его телом. И я решил помочь тебе. — Его голос звучал угрожающе, а в глазах сверкала жестокая насмешка. — Ты чертовски сексуальна. Ты использовала меня, чтобы удовлетворить свою похоть в отсутствие Локвуда. Так вот, чтобы тебе не пришлось страдать от одиночества, — с его губ словно сочился яд, — я буду иметь тебя до тех пор, пока ты с кровати встать не сможешь. У тебя
Я ненавижу его! Ненавижу! — думала Сара, сидя за столом и чувствуя на себе циничный взгляд Дэвида. Она пыталась слушать, что говорит сэр Томас.
Этот невысокий кругленький человечек явно любил покушать — это было видно по тому, как он смаковал седло барашка. Сыром он тоже, без сомнения, займется всерьез, решила Сара. И это продлит ее мучения.
Невыносимо было сидеть напротив Дэвида, смотреть ему в глаза и играть роль счастливой жены. Но аппетит сэра Томаса по крайней мере избавлял ее от необходимости постоянно поддерживать беседу.
Сара не смогла проглотить ни кусочка, хотя Дэвид, наверное, заметил, что пила она, не думая о последствиях. Он почти не сводил с нее глаз. Это была утонченная пытка.
У нее мороз пробегал по коже, когда она вспоминала его угрозу заниматься с ней любовью до изнеможения. Поэтому, стараясь не глядеть в сторону мужа, она занялась сэром Томасом и Айрин, его костлявой, безвкусно одетой женой.
Эта пара не замечала натянутых отношений между красивым, любезным, светским руководителем «Бартон и Торн» и его молодой женой. Под притворными улыбками и лживыми знаками внимания Дэвиду удавалось умело скрывать свое презрение к Саре.
А она, глупая, верила в то, что разумный разговор сможет все исправить. Ведь ей, как никому другому, было известно, что Дэвид — рационалист до мозга костей. Но ее высокомерный муж уже все для себя решил. В его глазах она была хитрой, коварной, похотливой шлюхой. И никакие мольбы и объяснения не заставят его изменить свое мнение.
И тут Сара снова случайно встретилась с его полным ненависти взглядом. Он обратился к жене, отвечая на вопрос леди Редфорд:
— Я уверен, Сара даст вам рецепт, Айрин. Не правда ли, дорогая? — В его голосе звучала издевка. — Я счастлив иметь такую преданную, домовитую жену. Она, рад сказать, не пренебрегает ни одной областью... моего комфорта.
Сара почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Она поняла, что слова о «комфорте» имели особый смысл.
— Ваша супруга очаровательна, — галантно вставил сэр Томас.
Надеясь, что Редфорды объяснят ее румянец смущением, она нацепила на лицо любезную улыбку.
— Конечно, я попрошу у Энн рецепт. Айрин, может быть, мы выпьем кофе в гостиной? Оставим мужчин с их деловыми разговорами.
К счастью, леди Редфорд оказалась разговорчивой дамой, и от Сары требовалось только вовремя кивать, даже не вслушиваясь в ее слова.
Рано или поздно гости уедут. И что потом? Он выполнит свою угрозу прямо сегодня? От этой мысли ей становилось дурно. Она боялась остаться с ним наедине.
В отчаянных поисках выхода Сара
Сара из последних сил старалась справиться с охватившей ее паникой и сидела смирно, пытаясь к месту поддакивать без умолку тараторящей Айрин. Но внутреннее напряжение было так велико, что она чуть не подпрыгнула, когда дверь отворилась и Дэвид ввел в комнату сэра Томаса.
Толстенький человечек довольно потирал ручки и широко улыбался. Увидев мрачное удовлетворение на лице мужа, Сара поняла, что ему удалось убедить сэра Редфорда открыть счет в «Бартон и Торн».
Вскоре гости уехали и дом затих.
Дэвид вошел в комнату, закрыл за собой дверь и распустил узел галстука.
— Ты разобралась в бумагах «Торн Иншуранс»? Как я понял, ты начала эту работу в мое отсутствие?
Сара собиралась пожелать мужу спокойной ночи, но, услышав его вопрос, передумала. А может, судьба дает ей шанс?
Если бы только им удалось начать снова нормально разговаривать о чем-то, представляющем общий интерес! Может быть, тогда ей удалось бы найти путь к его сердцу и заставить признать свою неправоту.
— Насколько я могу судить, компания на грани краха.
Сара заставила себя сесть в кресло и говорить ровным тоном. Необходимо сохранять спокойствие. В этой теме нет ничего личного, речь идет о бизнесе, а она давно научилась разговаривать с Дэвидом о делах. Но удастся ли ей справиться с эмоциями?
— Ну и?
Он хотел услышать идеи о выходе из ситуации и уже начинал терять терпение. Но она не способна была сосредоточиться на проекте — невозможность объясниться с ним, ожидание новых пакостей от Марка Локвуда совсем доконали ее.
— Я жду твоих заключений.
Он снял галстук и пиджак и стоял перед ней с бокалом бренди в руке — загорелый, стройный, мужественный.
— Честно говоря, я пока не готова говорить об этом. Мне и без того есть о чем подумать, — с нескрываемой горечью произнесла она.
— Локвуд? — мгновенно среагировал Дэвид.
Сара почувствовала, что рухнула ее последняя надежда. Она побледнела как полотно.
— Нет, — устало ответила она.
Голова раскалывалась, внутри — полная пустота. Конечно, это была неправда. Она думала и о Локвуде, но совсем не в том смысле, который имел в виду муж.
— Я тебе не верю, — равнодушно заявил он. — Но сейчас ты должна выбросить его из головы и заняться «Торн Иншуранс». В конце концов, — он грохнул бокалом об стол, напугав ее, — я теперь заинтересован в успешном развитии этой компании. Ведь ты передала мне акции как плату за то, чтобы получить наследство и иметь возможность содержать своего любовника, не забывай об этом! Когда ты подготовишь планы возрождения компании, дай мне знать. — Он взял пиджак и пошел к дверям. — А теперь я собираюсь в постель и советую тебе сделать то же самое. — Он резко остановился, повернулся к ней и отчеканил: — Я считаю «Торн Иншуранс» только авансом в оплате моих услуг в качестве твоего мужа. И намереваюсь получить все, что мне причитается. С процентами. — И он вышел, хлопнув дверью.