Удача или МИФ
Шрифт:
– Это тяжело, Ваше Величество. Желал бы я иметь возможность как-то помочь вам.
Король перестал расхаживать и снова обратился ко мне:
– Но вы можете мне помочь. Поэтому-то я здесь и нахожусь.
– Я? Я не могу предоставить вам отпуск. Даже если бы это было в моей власти, а это не так, королевству все время нужен король на троне. Трон не может пустовать ни одного дня.
– Именно. Поэтому-то я и не могу оставить трон пустующим. Если я хочу уйти в отпуск, то мне нужен дублер.
В голове у меня включилась сигнализация.
Так вот, сколько
– Наверняка ведь Ваше Величество не может подразумевать меня?
– Конечно же, я подразумеваю вас, – подтвердил Родрик. – Фактически, досточтимый маг, именно об этом я и думал, когда нанимал вас на ваш нынешний пост.
– Да?
Я чувствовал, как смыкаются челюсти капкана. Если король и впрямь нанял меня именно для этого, то мне будет накладно отказываться от такого поручения. Родрик мог решить, что мои услуги ему больше не нужны, а меньше всего после исчезновения Ааза мне хотелось бы оказаться отрезанным от своего источника дохода. Я не знал наверняка, каков спрос на рынке труда для бывших придворных магов, но был уверен, что не хочу узнать это на собственном опыте.
– Как вы ранее изволили заметить, способности придворного мага в полном моем распоряжении, и одна из способностей, продемонстрированных вами при нашей первой встрече, заключалась в умении менять свой облик или облик других.
Заклинание личины. Оно было одним из первых заклинаний, усвоенных от Ааза, и одним из наиболее часто применяемых мной в последних наших приключениях. После всех тех случаев, когда оно вызволяло меня из крупных неприятностей, кто бы предположил, что именно это заклинание и ввергнет меня в беду? Ну, правда, был случай, когда меня из-за него повесили…
– Но, Ваше Величество, я никак не могу вас заменить. Я не знаю, как быть королем.
– Пустяки, – улыбнулся Родрик. – В должности короля то хорошо, что, даже когда ты не прав, никто не смеет указывать на это.
– Но…
– И кроме того, это всего на один день. Что может случиться худого за один день?
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Раз ты рыцарь, то рыцарь ты всегда.
Но раз ты король – то раз этот лишний.
Так вот, я не хочу, чтобы вы думали, будто я податлив. Прежде чем согласиться, я долго и упорно торговался с королем. Я не только сумел уговорить его на премиальные, но и выбил себе большой процент авансом. Совсем неплохо для застигнутого врасплох желторотого мага.
Конечно, коль скоро я взялся, то уже не был захваченным врасплох, а был подхвачен потоком.
Чем больше я об этом размышлял, тем мрачнее казалась мне мысль дублировать
Выход существовал. Вопрос только в том, далеко ли я смогу убежать за день? Не надо быть семи пядей во лбу, дабы быть уверенным, что обманывать королей не самое приятное занятие в мире (или мирах, если уж на то пошло).
Это будет серьезным решением, определенно самым серьезным, какое мне когда-нибудь приходилось принимать самостоятельно. Королю (или, точнее, его дублеру) не требовалось появляться до завтрашнего полудня, и поэтому у меня имелось немного времени обмозговать это дело. И, думаю, мне необходимо было поговорить об этом с единственным другом, оставшимся у меня во дворце.
– Как ты думаешь, Глип? Удрать мне или остаться и попробовать денек проблефовать вместо короля?
Ответ был краткий и по существу.
– Глип!
Для тех из вас, кто подключился к этой серии с запозданием, поясню: Глип – это мой домашний зверек. Он живет в королевской конюшне и представляет собой голубого дракона шестиметровой длины… совсем юного. (Я содрогаюсь при мысли о том, каким он будет с виду, когда станет вполне взрослым. Мамочка!) Что же до его остроумной речи, то вы должны его простить. В его словаре есть только одно слово, но частое его употребление с лихвой компенсирует этот недостаток. Во всяком случае, в этот момент кризиса я обратился именно к нему, потому что с исчезновением Ааза он стал единственным существом в этом измерении, способным хотя бы смутно посочувствовать моей беде. Это само по себе много говорит о светской жизни мага.
– Брось, Глип, будь серьезней. Я действительно попал в беду. Если я попытаюсь дублировать короля, то могу сделать страшную ошибку… например, начать войну или повесить невинного человека. С другой стороны, если я обману короля и исчезну, то мы с тобой проведем остаток жизни, скрываясь от преследователей.
Единорог в соседнем стойле фыркнул и сердито топнул ногой.
– Извини, Лютик, преследуемых беглецов будет трое…
Боевые единороги совсем не такое уж обычное явление, даже в королевской конюшне. Этот конкретный боевой единорог принадлежал мне. Я получил его в качестве подарка вскоре после того, как приобрел Глипа. Как я уже говорил, образ жизни мага – более чем экзотичен.
– В королевстве с плохим королем пострадает много людей, – рассуждал я. – А я буду ужасно скверным королем. Черт, я и маг-то не больно уж хороший.
– Глип, – строго возразил мой любимец.
– Спасибо за доверие, но это правда. Я не хочу, чтобы кто-то страдал, но и не в восторге от мысли быть преследуемым беглецом.
Устав оглашать свою приязнь, Глип решил продемонстрировать свои чувства, лизнув меня в лицо. Ну, помимо оставленного после себя липкого осадка, поцелуй моего дракона произвел еще один побочный эффект. Дыхание его – это волна зловоний, которые превосходят только запахи изврской кухни.