Удача для Евы
Шрифт:
Аратэх зарычал, прерывая Шакхарда на полуслове, и кинулся в мою сторону.
Отскочить я не успела, а котокроль остановился в метре от меня и грозно зашипел.
– Мне это слышать не надо?
– усмехнулась я, глядя зверю в чёрные глаза-бусины.
Рычание перешло в громкое фырканье, а длинный жёлто-рыжий хвост овил лапы.
Шакхард уже стоял на ногах, в руках сжимая огромный железный молот. И откуда он его только вытащить успел? Тёмные глаза «Халка» осматривали каждый миллиметр у костра, пытаясь обнаружить нарушителя.
– Рассей магию, -
Но котокроль его услышал и ударил хвостом по земле, выбивая комья грязи и травинки.
Я уже думала, что меня вновь подкинет вверх невидимой силой, а следующие три дня я проведу лёжа пластом в спальном мешке, но обошлось. Просто ничего не произошло.
– Не магия?
– хмыкнул Шакхард.
– Что же тогда тебя так вывело из себя, зверёк?
Но аратэх ему не ответил, даже не повернул голову в сторону говорившего, продолжая сверлить меня взглядом.
– Ладно, болтайте, - я медленно встала с земли, - не смею вам мешать.
Котокроль проводил меня взглядом и только после этого издал странный клокочущий звук, словно сообщая «Халку», что опасность миновала.
Надо будет спросить потом у Олана про аратэхов. Видимо, не все так просто, как рассказывали мне Ката с Мореном. И почему этот котокроль так спокойно общался с Шакхардом? Да я более чем уверена, что мужчина понимал все его странные звуки, как слова.
До того момента, как придворный чародей бесцеремонно растолкал меня, я бродила по округе, но к костру, у которого сидел «Халк» с котокролем, не приближалась.
– Ева! Вставай! День на дворе!
Я, не открывая глаз, очень тихо и медленно рассказала мужчине, что думаю о нём и о его семье до седьмого колена, и только после этого встала.
Маг пробормотал что-то о дурном воспитании и покинул палатку. Я зажмурилась от яркого солнечного света, который ворвался в шатёр, пока медленный чародей выходил на улицу, и только после этого свернула свой «спальный мешок» и вышла вслед за Оланом.
Мужчина нашёлся у берега реки, где сидел на камне и всматривался в голубые волны, на которых отблесками танцевали солнечные лучи.
– То есть ты разбудил меня в такую рань, чтобы полюбоваться красотой природы?
– уточнила я, останавливаясь позади полуэльфа.
– Мы выдвигаемся после того, как ты поешь и сменишь обувь, - отозвался он.
– Я не голодна и менять свои балетки ни на что другое не собираюсь.
– Я все же советую тебе прислушаться к Шакхарду и взять у него запасную пару сапог, - продолжил говорить Олан, даже не удостоив меня взглядом.
– Сапоги летом? Нет уж, спасибо, я откажусь.
Мне почему-то сразу вспомнились «модницы» в плетёных сапогах под шорты. Зрелище не для слабонервных. А тут мне предлагают обычные кожаные высокие ботинки, да ещё и не понятно с кого снятые. На такое я точно не соглашусь.
– Как знаешь, - Олан со скоростью молнии сорвался со своего булыжника и устремился в сторону лагеря.
Бегать за ним мне уже порядком поднадоело, но не время было выказывать
Именно с такими мыслями я потопала вслед за магом, надеясь, что он все же додумается притормозить и дождаться свою удачу. Но разумом от этого субъекта даже не пахло.
Олан дошёл до дальнего костра, того самого, где я ночью встретила «Халка» и аратэха, поднял с земли нечто похожее на рюкзак только с одной лямкой и направился дальше по своим делам.
Первым желанием было просто сесть на задницу, протянуть ножки и послать все далеко и надолго.
– А ты чего тут?
– громовым раскатом позади меня прозвучал голос Шакхарда.
Я даже почти не испугалась. Этот мир не только мне нервы расшатал, но и закалять начал. Хоть какая-то польза. Теперь если меня в переулке остановят парни в спортивных штанах и поинтересуются, не травлю ли я свои лёгкие дымом и смолами, я спокойно покачаю головой и потопаю дальше.
– Видишь вот того полуэльфа, - кивнула я головой в сторону удаляющегося от реки Олана.
– Вот он даже не вспомнил о том, что надо меня подождать. Если его что-то не устраивает, так пусть справляется сам.
«Халк» захохотал так, что с верхушек деревьев слетели птицы, а может быть и листья. Утерев выступившую слезу, он заговорил:
– Ох и строга ты с ним, Фэатурнд. Он, между прочим, ради тебя в этот Турнир ввязался.
– Да я в курсе про артефакт. И не ради меня, а ради себя. Чем быстрее он выполнит клятву, данную созидательному народу, тем быстрее я от него отстану и верну удачу.
Шакхард как-то странно смерил меня взглядом, но ничего не ответил.
– Но ты решил сделать из него Героя, - продолжила рассуждать я.
– Зачем тебе это?
– Потому что именно из-за этой мечты он так усердно учился. Он хотел доказать богам, что даже полукровки могут стать значимыми личностями.
Ага, значит, у нашего чародея ещё и комплексов полный мешок. Просто шикарно.
– А ты об этом откуда...
Шакхард перебил меня ответом:
– Знаю я это оттуда, что мы с Оланом знакомы чуть ли не с самого рождения. Как только его забрал в столицу отец, парень замкнулся в себе и очень редко разговаривал с людьми. Он боялся того, что его высмеют.
Мне было неловко задавать вопрос, крутящийся на языке, но «Халк» понял меня с полусекундного взгляда.
– Я тоже не чистокровный человек, как ты могла заметить, Фэатурнд. Мне иногда кажется, что моя семейка хотела получить звание самой разношёрстной, - он хохотнул.
– Кого только не было у меня в родственниках: эльфы, феи, люди, тролли и даже один дракон.
Последнее заявление прозвучало как-то не слишком правдоподобно, но спорить с этим шкафом не хотелось.
– Эх, заболтался я тут с тобой, Фэатурнд, а уже давно пора следить за участниками, чтобы не жульничали. А, и да, передай это Олану, он забыл, - Шакхард протянул мне идеально круглый красный камень.