Учиться, влюбиться... убиться?
Шрифт:
— Они — не здесь. Вы — восстановились? — подчеркнуто вежливо спросил Тёрн.
— Да. А что?
— Пошли весточку Азэлли, — попросила я.
— Но мой медальон…
— Лютик! Пошли через мой!
Приятель не стал слишком долго ожидать. Он опустился рядом со мной на колени, вытащил у меня из-за шиворота медальон и сжал его ладонями.
В полном молчании прошло десять секунд.
Минута.
Три минуты.
Десять минут.
Наконец я не выдержала и тряхнула приятеля.
— Что случилось!?
— Азэлли
Лютик с трудом оторвался от медальона и протянул его мне.
— Как это — не отвечает!? — взвился Дайр.
— А вот так.
— И что это значит? — поинтересовался Реллон.
— Ничего хорошего. Эти медальоны настроены друг на друга, — принялась объяснять я. — С помощью моего медальона даже самый распоследний бездарь сможет связаться с остальными. А Лютик — очень талантливый маг.
— Что есть, то есть, — вставил приятель.
— Его талант даже выше его скромности, — не удержалась я. — Но если даже он не сможет достать до Азэлли, значит либо она без сознания, либо она потеряла медальон, либо…
— Нам остается предполагать самое худшее, — кивнул Тёрн. — Но я слышал, что такие медальоны нель-зя снять просто так?
Слышал он, как же…. Лазят тут всякие особо умные клыкастые по чужим мозгам, небось, еще и бо-тинки не чистят при входе…
— Нельзя, — принялась объяснять я, в основном для элваров. Волшебники и так все отлично знали. — Если тебе дается такой медальон, то снять его не можешь даже ты. Снимает его только тот, кто надел. Вот, как с нашими цепочками. Даже Лютику, чтобы воспользоваться моим медальоном пришлось сто-ять рядом со мной. Хотя есть и еще несколько вариантов.
— Очень сильный волшебник может снять любой запрет, дайте только время, — подхватил Лютик.
— А можно уничтожить медальон, не снимая его?
— Можно. Но это не несет Азэлли ничего хорошего.
— И ты так спокойно говоришь об этом!? — не удержался Дайр. — Мы немедленно должны…
Я подняла руку, обрывая его на полуслове.
— Должны. Очень многое. И в первую очередь наш долг — это защита законного короля Элвариона. — Потом — поиски драконочки. А уж потом — помощь нашим товарищам. Пора бы это и понимать. Будь я на месте Азэлли, ты думаешь, я позволила бы вам рисковать жизнью ради моего спасения. То есть по-зволила бы, да, но только после эвакуации элваров в безопасное место.
— Ты на что это намекаешь!? — взвился Реллон.
— Да я прямо говорю. Сейчас мы вас провожаем подальше от этого опасного места, телепортируем в
Универ, а потом отправляемся на поиск наших пропавших приятелей. Что непонятного?
— Только одно. Как ты собираешься это сделать? — насмешливо осведомился Тёрн.
— А ножками пойдете, — огрызнулась я. — Сам понимаешь, пока вы здесь, за нами будут охотиться. Ес-ли вас не будет, мы сможем, во-первых, затребовать подкрепление, во-вторых, нам не надо будет гля-деть в оба глаза за разными там
Что там будет в-третьих я даже не успела придумать. Потому что Тёрн преспокойно выдвинул свое условие.
— Мы идем все вместе и телепортируемся все вместе. И уже из Универа направляем сюда спасатель-ную команду. В которую, если пожелаешь, войдешь и ты. Согласна?
Ага, как же! Так мне и разрешат в таком состоянии из Универа выйти! Скорее всего, меня опять заго-нят в лазарет…
— И поделом тебе! Не будешь доводить себя до полусмерти!
— Жаль, что не довела! По крайней мере, сейчас надо мной бы не издевались слишком умные элвары!
— И если ты надеешься схитрить, можешь сразу забыть об этом. Я с тебя глаз не спущу!
— Да, папочка… —кисло протянула я.
— Умница, дочка.
И громко возвестил на все ущелье:
— Молчание — знак согласия.
Я уже говорила, что некоторые особо умные телепаты просто напрашиваются на трепку?
— Давайте тогда отправляться в путь, пока Ёлка не решила повторить свой вчерашний опыт, — предло-жил Тёрн.
И спокойно поднялся на ноги, продолжая держать меня на весу.
— Эй, пусти меня! Я прекрасно могу идти сама!
— Уверена?
— Более чем!
— А то, может, все-таки тебя понести? Ты же единственная человеческая женщина среди нас, а вы та-кие хрупкие, слабые и чувствительные создания…
Тёрн осекся и поставил меня на ноги.
— Главное, не кусайся. Я же только правду сказал.
Вовремя. А то я всерьез бы его укусила. За что придется. Я уже говорила, что зубы у меня теперь то-же с добавлением кремния?
Надо было идти, но тут у меня появилась еще одна мысль.
— Дайр? Ты можешь как-нибудь связаться с Азэлли?
— Нет, — Дайр кусал губы.
— А узнать что с ней сейчас?
— Тоже не могу, — подозрительно быстро откликнулся приятель.
— Врет.
А то я сама не поняла!
— А если подумать?
— Не могу!
— А если отойти за скалу и попробовать? Сам понимаешь, нам надо хотя бы примерно знать, что с ни-ми. Вдруг они в трещину провалились?
— И выбраться не могут?
— Это горы, — закатила я глаза. — Дайр, ты же не вчера родился!
— И отлично знаю, сколько нужно усилий, чтобы угробить элвара.
— Я это знаю не хуже тебя. Так ты пробуешь, или
— Или что?
— Или я прошу директора Универа не включать тебя в спасательную экспедицию.
— Ёлка!
— Да, дарагой?
Дайр сверкнул на меня глазами, отошел за скалу и что-то достал из кармана. Потом я почувствовала легкий укол магии и посмотрела на элвара. Тёрн, как всегда, не подвел.