Ученик
Шрифт:
— Простите, милорд. Я стар, устал и забыл о манерах. Но правда остается правдой. Это могучая нация, даже, скорее, империя, состоящая из многих наций, и если они хотят до нас добраться, это может оказаться ужасным. Но самое главное — это то, что этот Великий, возможно, высокоискусный маг или жрец. Ведь если он не один, если в этой Империи есть еще такие и если они действительно попытаются достигнуть этого мира с помощью магии, то нас ожидают действительно печальные времена.
Никто за столом, казалось, все еще не понял, к чему клонит Талли, он продолжил, как терпеливый
— Появление корабля может быть случайным, и в таком случае, это просто любопытная вещь. Но если он попал сюда по замыслу, то мы в большой опасности, потому что я не могу себе представить, как перенести корабль из одного мира в другой с помощью магии. Если этот народ, цурани_, как они себя называют, если они знают, что мы здесь, и у них есть средства добраться до нас, то мы должны страшиться не только армий, превосходящих армии Великой Кеши в ее рассвет, когда она простиралась даже до этого уголка мира, но и магии намного более сильной, чем известная нам.
Боррик кивнул: теперь, когда ему указали, вывод был очевиден.
— Мы должны немедленно посоветоваться по этому поводу с Калганом.
— Еще одна вещь, Арута, — сказал Талли.
Принц поднял взор. До этого он, казалось, был глубоко погружен в размышления.
— Я знаю почему Зомич пытался убежать от тебя и твоих людей. Он принял вас за обитателей его собственного мира, похожих на кентавров. Цурани их называют тунами_ и страшатся.
— Почему он так подумал? — озадаченно спросил Лиам.
— Он никогда не видел лошади, и даже кого-нибудь отдаленно похожего на нее. Я думаю, у них нет лошадей.
Герцог сел. Барабаня пальцами по столу, он сказал:
— Если то, что говорит отец Талли правда, то мы должны принять некоторые решения, и быстро. Если этих людей к нашим берегам принес случай, то бояться нечего. Если же они сюда прибыли специально, то над нами висит серьезная угроза. У нас здесь самые маленькие гарнизоны во всем Королевстве, и нам будет тяжело, если они в силе явятся сюда.
Остальные согласно забормотали, и герцог продолжил:
— Неплохо бы понять, что все, что здесь сказано, все еще лишь предположение, хотя я и склонен согласиться с Талли по большинству пунктов. Мы должны узнать, что думает Калган насчет этих людей, — он повернулся к Пагу.
— Дружок, посмотри свободен ли твой учитель, чтобы присоединиться к нам.
Паг кивнул, открыл дверь и побежал по замку. Он подбежал к башенной лестнице и, перепрыгивая через ступени, взбежал по ней. Он поднял руку, чтобы постучать, но тут его охватило какое-то странное чувство, как будто рядом ударила молния, и волосы на его руках и голове встали дыбом. Он почувствовал, что что-то не так, и забарабанил в дверь.
— Калган! Калган! С тобой все в порядке? — кричал он, но никакого ответа не было. Он попробовал открыть дверь, но она была заперта. Он попытался вышибить ее плечом, но она держала прочно. Странное чувство прошло, но Калган молчал, и Паг испугался за
Он подбежал к длинному залу. Тут стояли стражи в крайдийской форме.
— Вы двое, со мной, — крикнул он двум ближайшим. — У моего мастера неприятности.
Не медля они пошли за ним по лестнице, стуча сапогами по каменным ступеням. Когда они дошли до двери мага, Паг сказал:
— Сломайте ее!
Они быстро отложили копья и щиты и прислонились к двери плечом. Ударили раз, два, и с третьего раза дерево вокруг замка с треском сломалось. Последний толчок — и дверь открылась. Стражи чуть не упали через дверь и отошли назад. На их лицах было написано удивление и смущение. Паг протиснулся между ними и заглянул в комнату.
На полу без сознания лежал Калган. Его синее одеяние было растрепано, а одну руку он, словно защищаясь, прижал к лицу. В полуметре от него, где должен был стоять стол, в воздухе висело мерцающее ничто.
Паг уставился на это место.
Большой серый шар, вернее, не совсем серый, мерцал всеми цветами радуги. Он не был прозрачным, но не был и сплошным. Из серого пространства торчали две человеческие руки и тянулись к магу. Когда они дотронулись до его одеяния, то остановились и стали щупать ткань. Приняв решение, они прошлись по телу, пока не опознали руку Калгана. Они взялись за нее и попытались утянуть к себе в дыру. Паг был в ужасе: кто бы или что бы ни было с той стороны, оно пыталось утащить толстого мага к себе. Вынырнула еще пара рук и схватила руку мага рядом с первыми, и Калгана потащили к дыре.
Паг повернулся и взял одно из прислоненных к стене копий, поставленных опешившими стражниками. Прежде чем два воина успели что-либо сделать, он прицелился в серое пятно и метнул копье.
Оно пролетело три метра, отделяющие их от Калгана, и исчезло в дыре. В следующее же мгновение руки отпустили Калгана и убрались. Внезапно серая дыра мигнула и исчезла с хлопком: воздух быстро заполнил ее место. Паг подбежал к Калгану и опустился рядом со своим учителем на колени.
Маг дышал, но лицо его было белым и в капельках пота. Кожа казалась холодной и липкой. Паг подбежал к койке Калгана и стащил с нее одеяло. Укрывая мага, он крикнул стражникам:
— Приведите отца Талли.
Паг и Томас сидели рядом. Заснуть этой ночью они не могли. Талли ухаживал за магом и давал благоприятные обещания: Калган был шокирован, но через день-два поправится.
Герцог Боррик расспросил Пага и стражей о том, что они видели, и теперь в замке поднялось волнение. Вся стража была выставлена, а патрули, высланные в окрестности были удвоены. Герцог все еще не знал, какая связь была между появлением корабля и этим странным происшествием в жилище Калгана, но он не мог рисковать безопасностью своих владений. По всей длине стен замка были зажжены факелы, а на маяк Лонгпойнт и в близлежащий город тоже была послана стража.