Ученица
Шрифт:
Я резко остановилась.
— Я отведу? Ну конечно, меня же спросить не надо.
Кевин тоже остановился и посмотрел на меня:
— Извини, Ада. Я не привык.
— Не привык спрашивать чужое мнение?
— Не привык к свободе выбора.
Понятно, что-то сноходческое. Тогда, пять лет назад, он упоминал о том, что ни у одного сноходца на самом деле нет свободы выбора. Но я сейчас слишком злилась для этих серьезных философских материй, так что в ответ я лишь тихо вздохнула и продолжила путь.
Постепенно злость на него уступала
Я громко постучалась в крупную дверь и вошла. Так уж повелось, что к нему в дом в любой момент мог прийти любой член нашего братства с проблемой, так что домом это место назвать было можно с трудом, скорее уж, огромным рабочим кабинетом, но он здесь жил, а значит, это и дом тоже.
Лестер вышел из соседней комнаты, где была кухня, и, увидев новое лицо, нахмурился и напрягся. Он сразу предположил худшее: что меня привели силой. Однако никаких угроз он не заметил, так что уже через секунду немного расслабился и перевел свой вопросительный взгляд на меня.
— Познакомишь нас?
— Его зовут Кевин. Он мой старый… знакомый.
Другом бы я его сейчас для Лестера не назвала, поскольку не знала, друг ли Кевин для нашего братства. И тут вмешался сам Кевин, зайдя с козырей безо всякой моральной подготовки:
— Я — сноходец и пришел, чтобы обсудить, чем могу помочь.
Это он лихо. Теперь уже напряглась я, но реакция Лестера меня удивила.
— Сноходец, значит? — Лестер задумчиво прищурился, а потом махнул рукой. — Ну проходи, сноходец, пообщаемся.
Мы расположились за столом, и Лестер кивнул ему:
— Ну что ж, я готов тебя выслушать.
Они пристально смотрели в глаза друг другу, когда Кевин заговорил:
— Сны показали мне многое. Меньше, чем я хотел бы знать, но больше, чем вообще стоило бы кому-то знать. Я знаю, что произошло и откуда этот внезапный крах Уробороса. Я знаю, кто в этом виноват и что будет дальше. И пришел, чтобы помочь.
— И какая же тебе с этого выгода?
Лестер — в своем репертуаре, вечно второй круг всех во всем подозревает.
Я уже хотела вмешаться и возмутиться, что иногда люди могут и просто от всей души помочь, но Кевин ответил раньше:
— Я просто хочу видеть меньше печальных снов.
А кстати, чего это мы тут втроем? О приходе сноходца надо бы всем советом обсуждать, так как Лестер хоть и лидер, но в одиночку, без сбора совета, решение за всех он принимать не может.
— Подождите, — вмешалась я. — Давайте для начала позовем остальных из совета нашего братства, чтобы сразу все послушали.
— Не стоит, — возразил Кевин.
— Это еще почему? — сразу вскинулась я.
— Потому что все, что я расскажу,
— Поддерживаю, — вмешался Лестер. — Пусть расскажет сначала нам, а мы потом расскажем остальным все, что потребуется.
— Ах вот значит как, — я поднялась, опираясь на стол ладонями. — Вот ты и проявил опять свою натуру, Лестер. Маг второго круга, всегда им был и будешь. А ты, Кевин? В тебя я верила, но сейчас ты ведешь себя точно так же, как Змея и как этот вот магический ублюдок.
Я ткнула пальцем в Лестера, но он ни капли не обиделся, а ответил мне Кевин:
— Змея начала это все, Ада.
— В каком это смысле? — не поняла я, медленно в шоке усаживаясь обратно.
— Кто такая Змея? — уточнил Лестер.
— Моя бывшая наставница, — буркнула я, отводя взгляд в сторону.
— То есть сейчас передо мной сидит ученица той, что уничтожила Уроборос? — Лестер откровенно веселился.
— Не пойму, что тебя забавляет! — возмутилась я. — И вообще, я ее ненавижу!
Ученик, ненавидящий своего учителя, для Уробороса не новость, так что Лестер моим словам значения не придал.
— Как она это сделала? — Лестер посмотрел на Кевина.
— История долгая, но я постараюсь укоротить. Некоторые маги второго круга иногда сталкиваются с магами более высокого статуса, которых можно смело называть третьим кругом. Эти люди принимают решения на мировом уровне, буквально определяя политику и направление развития многих стран. При этом даже не весь второй круг знает об их существовании.
— О, а я, похоже, знаю кое-кого из них в лицо, — сообщила я с кислой миной на лице, с таких новостей сразу сообразив, кем были архимагистры Рихард Кросс и Наоми Дия.
— Ты могла с ними сталкиваться, — кивнул Кевин. — Но при этом никто, кроме них, не знает о том, что и над ними есть кое-кто постарше. Верхний круг правления Уробороса, которых третий круг зовёт Старейшинами.
Я сидела, широко распахнув глаза, а вот Лестер был очень серьезен и посмотрел на меня:
— Ты видела кого-то из Старейшин?
— Да я о них впервые слышу! — ошарашенно отозвалась я.
— И почему ты вдруг заговорил о них? — спросил у Кевина Лестер.
— Потому что все это из-за них, — пристально глядя ему в глаза, ответил Кевин. — Из-за их междоусобной войны Уроборос не развивался, и третий круг решил, что с этим пора кончать. Третий круг долго готовил план уничтожения Старейшин и пять лет назад наконец привел его в исполнение. И Змея была одной из членов третьего круга, сотворившего все это.
— Судя по твоим словам, — задумчиво ответил Лестер, — не Старейшины всему виной, а третий круг, Старейшины лишь стали поводом, который третий круг посчитал достаточной причиной. Но в любом случае, информация ценная, теперь я, по крайней мере, понимаю, что случилось. Но нынешним делам это никак не поможет. А значит, ты пришел, чтобы сообщить что-то ещё, не так ли?