Уцелевший

Хелм Эрик

— Нет. Нет! Нет!

— Жаль, — повторил Родриго и трижды постучал кулаком в дверь.

Вошли двое басков и проворно расстелили меж очагом и ложем толстую войлочную попону, покрыв ее плащом. Толстый Алонсо игриво подмигнул баронессе, прищелкнул языком.

— Вечера нынче прохладные, — пояснил Родриго, — и крошке Иветте будут давать уроки любви здесь же. Постель, безо всякого сомнения, отводится благородной даме. Хижина тесновата, и всех сразу не вместит, но малышку свяжут, и будут навещать по очереди, а уж в твою честь, козочка, пригласим двух помощников.

Я любопытен, и не прочь поглядеть на утонченную высокородную даму, распяленную холопскими лапами.

Эрна широко распахнула глаза, приоткрыла рот, медленно поднесла к щекам ладони.

— Ты чересчур заносчива, чтобы снизойти до простого кастильского дворянина. Согласен, мы не ровня по части гербов. Но сделаешься шлюхой, солдатской девкой — и спесь как рукою снимет. А я подыму тебя из грязи... Молодцы!

* * *

— Танит... — повторил де Ришло. — Девушка дала тебе адрес? Настоящий?

— Разумеется!

Впервые за несколько часов Рекс расхохотался.

— Понимаете, впервые разговорившись с прекрасной незнакомкой, не мог же я уйти не выведав, где она обитает.

— Признаюсь, не понимаю, как ты умудрился вытянуть...

— Безо всякого труда. Пока Саймон и вы не прервали нашу великолепную беседу, Танит была убеждена, что я принадлежу к Обществу. Она живет в гостинице Кларидж.

— Моката сейчас пуще всего заботится о двух вещах, — задумчиво сказал герцог. — Скрыться самому и уберечь Саймона. Понимаешь, собрать новый Круг Тринадцати сравнительно легко. Утратить человека, чье астрологическое сочетание способно в урочное время привести в действие неназываемые силы — значит потерять уникальную, выпадающую раз в несколько сотен лет возможность. Опасность физического свойства Саймону вовсе не грозит: Моката бережет его сейчас пуще зеницы ока. Аарона ждет куда худшая участь... Слушай, Рекс.

Ван Рин выпрямился.

— Предупредить сообщников немедленно Моката едва ли в силах. Не потому, чтобы не хватало собственных возможностей, а потому, что перципиенты могут оказаться недостаточно восприимчивы. Магическая связь — посредством хрустальных шаров или простой передачи мыслей — маловероятна. Рискнешь извлечь девушку из отеля нынче поутру?

— Не извольте беспокоиться, извлечем.

— Будь осторожен, Рекс. Танит невероятно соблазнительна, согласен... И может оказаться столь же опасна.

— Никогда в жизни я не боялся женщин, ваша светлость.

— Весьма и весьма опрометчиво с твоей стороны.

— Насколько следует понимать, эта публика не способна применить колдовство при свете дня?

— Полагаю, нет. Однако даже заурядный удар по голове, и даже нанесенный меж восходом и закатом, отменно чувствителен.

— О’кэй. Отправлюсь в Кларидж, едва рассветет по-настоящему.

— Верно, верно... И по какому же имени ты намерен спрашивать ее?

— Повторяю, не беспокойтесь. Второй такой во всем Лондоне ищи — не сыщешь. Тем паче в гостинице Кларидж.

Де Ришло встал и, словно громадный кот, мягко прошелся по ковру.

—

Что ты скажешь ей, Рекс?

— Что мы глаз не сомкнули, гадая, где сейчас может обретаться Аарон. Что помощь требуется немедленно. Что мы ни слова не проболтаем ни Мокате, ни кому иному изо всей шайки...

— Чушь собачья, — вздохнул де Ришло. — Я употребляю твое собственное выражение. Девица пошлет тебя ко всем чертям — и только.

— Пообещаю вызвать полицию. Это, надеюсь, подействует.

Герцог пожал плечами:

— Покуда за Мокатой и его бандой не числится обычных преступлений, полиция пошлет тебя туда же — и Танит понимает положение вещей, будь покоен.

— Но мерзавцы похитили Саймона. Это равняется, если не ошибаюсь, отягощенной разбоем торговле наркотиками, а то и работорговле.

— Если бы Саймона оглушили и уволокли — да. Но любой скажет: Аарон отправился к сатанистам по собственной воле, пребывая в здравом уме и трезвой памяти. Лишь мы с тобой знаем, каким образом воздействовали на волю похищенного. Собираешься устроить процесс по делу о ведовстве перед судом британских присяжных?..

— Я просто заберу Танит из отеля. Наплету с три короба, обману. Силой увезу, наконец.

— Полегче, mon ami. В таком случае за разбойное похищение придется отвечать самому.

— Слушайте, ваша светлость, а к чему вообще рисковать? Она мне понравилась. Возьму и приглашу на прогулку по Темзе — если, разумеется, разрешите использовать лодочную станцию Пенгбурн.

— Мою собственную? Рекс, прими поздравления!

— Вы, разумеется, объявитесь вовремя и приложите руку.

— Едва ли. Большую часть наступающего дня придется провести в Британском Музее. Позабылась тысяча необходимых вещей — годы прошли, Рекс! Настоятельно необходимо освежить познания. Особенно по части защиты. Управишься своими силами — и помни: безопасность Саймона зависит лишь от тебя. Замани Танит в Пенгбурн, а я приеду к вечеру.

Американец ухмыльнулся.

— Сплюнем, чтоб не сглазить.

— И это способ защиты, хоть и не самый надежный. Да, кстати, — ни слова о сверхъестественном. Вспомни, как сражался со мною до последнего, и говори в точности то же. Ты уверен, будто Саймон угодил в когти вымогателей, ты возмущен и хочешь вмешаться. Но речь об этом заведешь только по прибытии. О моем грядущем визите — ни словечка.

— Понятно.

— Я опасаюсь лишь одного, — медленно сказал де Ришло. — И опасаюсь крепко...

* * *

Баски умело и уверенно втолкнули упиравшуюся Иветту в хижину и отпустили. Молоденькая служанка отскочила подальше, пробежала по застеленной плащом попоне и остановилась, прижавшись к бревенчатой стене справа от Эрны, отделенная от госпожи широким ложем и тремя с половиной ярдами прямого расстояния. Девятнадцатилетняя вострушка — бойкая, темно-русая, круглолицая, — полная противоположность золотоволосой, томной баронессе — явно отказывалась понимать предстоящее и готовилась лишь к обороне от очередного неделикатного толчка.