Уцелевший

Хелм Эрик

— Хорошо. Можешь идти, прислуживать не надо. Приготовь постели мистеру ван Рину и мне, а сам ложись — мы засидимся до утра.

Дверь закрылась, медленная поступь Макса постепенно стихла. Герцог развернулся к Рексу:

— Саймон, разумеется, проснулся, натянул первую попавшуюся одежду, выбрался из окна и спустился по пожарной лестнице.

— Конечно, — согласился Рекс. — И прямиком торопится домой, в Сент-Джонс Вуд.

— А мы поторопимся ему вослед! Нужно вырвать Аарона у этих дьяволов. Не знаю, чего им потребовалось от Саймона, — полагаю, за всем предприятием кроется нечто значительное и страшное, иначе нет смысла пускаться

на столь сложные ухищрения, лишь бы заманить в сети очередного профана. Игра, повторяю, идет очень крупная. И Саймон в этом сатанинском гамбите — простая пешка. Только бы не та, которую намерены пожертвовать...

— Надеетесь опередить? — пропыхтел Рекс, во весь опор летя за де Ришло по лестнице и выскакивая на улицу.

— Сомневаюсь... Эй, такси! — Де Ришло помахал рукой.

— У него форы минут пять, не больше.

— Да, но фора велика — бегу-то всего минут пятнадцать!

Герцог раздраженно умолк и друзья втиснулись в затормозившее рядом авто.

— Что-нибудь пошло вопреки вашим расчетам?

— Не уверен, однако думается, бедняга полностью подпал влиянию Мокаты — и уже давно, месяца два или три миновало. В таком случае, власть Мокаты куда значительнее моей, примененной лишь единожды и только сегодня вечером, с целью помочь. Я боялся, что Моката начнет противодействовать исцеляющим приказам — он способен влиять и на большом расстоянии, — заставит Саймона возвратиться. Потому и надел на шею нашему другу символ Света.

— А Макс его срезал, и развязал Мокате руки?

— Пожалуй, Моката взялся за дело еще раньше. Следил, стервец, глядя в хрустальный шар или вопрошая медиума, за творившимся в моем доме, приложил усилия и затянул шнурок на шее Саймона едва тот улегся, в надежде, что нити не выдержат и лопнут. Вышло иначе — и удобнее для Мокаты.

Рекс еще не вполне опомнился после всего услышанного от столь разумного и рассудительного человека, как де Ришло. Неужто герцог и впрямь верит чуши, именующейся черной магией, ву-ду, оккультными науками? Убедить ван Рина отнюдь не удалось, но Рекс воздержался от надлежащих комментариев и, покуда такси неслось по Бейкер-Стрит, рыча мотором и скрежеща передачами, вспомнил о чисто практической стороне этой несуразной ночной вылазки. Когда они покинули дом Саймона, там оставалось по меньшей мере восемь взрослых мужчин.

Ван Рин скосился на герцога:

— Пистолет при вас?

— Нет, и ни к чему он сегодня.

— Полный восторг и упоение! Четверо на одного — не многовато ли будет? Ладно, поживем — увидим...

Пожав широкими плечами, ван Рин спросил себя, а не в пьяном ли сне происходит нынешняя затея. Тогда самое время проснуться и протрезветь...

А Танит? Загадочная, умная, прелестная, словно только что сошла с холста, написанного итальянским мастером Возрождения... Нет, не во сне же встретились они посреди залитого электрическим блеском салона, окруженные странной публикой, которую герцог уверенно зачислил в поклонники сатаны. Если Танит — существо из плоти и крови, значит и остальные тоже.

На северной стороне герцог велел шоферу остановиться и подождать.

— Прогуляемся немного, — сказал он Рексу, оставляя задаток. — Саймон уже у себя, и пышно подъезжать в автомашине было бы откровенной глупостью.

— А вы же говорили, Моката способен видеть нас повсюду злобным глазом, — не удержался и съязвил Рекс.

— Весьма вероятно. Я уповаю на то, что он и мысли не допускает о повторном вторжении

через пару часов, а посему и бдительность поослабил. Следует соблюдать осторожность — и есть надежда застать милую компанию врасплох. Пока негодяй не пользуется противоестественными способностями, он уязвим, подобно любому простому смертному.

Бок о бок они прошагали две улицы, где низенькие крыши старинных домов едва виднелись над высокими оградами, скрытые от любопытствующих глаз, безмолвные, чуть пугающие темными очертаниями среди шепчущихся деревьев. Затем проникли в уже знакомый Рексу неосвещенный тупик.

Неужто здесь угнездилось вековое зло, крадущееся в ночи, заклятое и вызванное к жизни страшными приверженцами неназываемых обрядов? Надо все-таки очнуться — и посмеяться вместе с Саймоном над идиотским сном, за доброй кружкой Пимовского эля, в уютном ресторанчике...

Осторожно ступая, де Ришло и ван Рин покрыли последние две сотни ярдов, остававшихся до входа и остановились, глядя на погасшие окна верхних этажей, возносившихся над каменной стеной. Ни лучика света, ни единого признака, говорящего, что дом вообще обитаем. А ведь, помимо слуг, там еще недавно собралось тринадцать человек, собиравшихся творить непонятный полночный ритуал. С тех пор миновало чуть более часа.

— Смылись, как по-вашему? — прошептал Рекс.

— Не уверен.

Де Ришло шагнул вперед и осторожно подергал прочно замкнутую калитку.

— Давайте вызовем полицию, пускай постучатся, войдут и все выяснят на собственный лад.

Герцог нетерпеливо пожал плечами:

— А на каком основании? В чем обвинить этих субъектов? Да любой лондонский сержант упечет нас в каталажку за преднамеренное издевательство над властями.

— Обвинить в похищении человека, — настаивал Рекс. — Дома, в Штатах, я вызвал бы сюда целый отряд менее чем за полчаса. Ребята сгребли бы всю шайку и определили под арест, покуда суд не соберется. И ни Моката, ни кто иной не мешали бы нам. А компенсацию за понесенный моральный ущерб я охотно заплатил бы потом, лишь бы остановить Саймона и обеспечить уходом хорошего специалиста. По нервным расстройствам, разумеется.

— О Рекс, Рекс... — Герцог усмехнулся. — Мысль сама по себе недурна, и находись мы в Штатах, следовало бы внять хорошему совету. Но здесь-то, mon ami, Великобритания.

— Что предпримем, ваша светлость?

— Войдем. И поглядим, не вернулся ли Саймон.

— Согласен, однако соотношение сил далеко не утешительное.

— Если попадемся, проложим себе обратную дорогу и удерем.

— О’кэй. Но если попадемся и не сможем удрать? Уж тут, будьте благонадежны, полицию вызовут они. Взлом, нападение на чужое жилище, потасовка... Тюрьмой пахнет, ваша светлость.

— Нет-нет, — пробормотал герцог. — Внимание полицейских им нужно примерно так же, как нам с тобою болотная лихорадка. Рукопашная — возможно, судебное преследование — никогда. Саймона следует вызволять любой ценою, Рекс.

— Добро, — вздохнул Рекс ван Рин.

Американец пригнулся, уперся ладонями в колени, напряг могучие мышцы плеч и уперся головой в кирпичную стену.

— Взбирайтесь.

Де Ришло склонился к его уху:

— Слушай! — прошелестел он. — И повинуйся. Едва только мы попадем внутрь, не отдаляйся ни на шаг, необходимо держаться вместе, что бы ни приключилось. Понятия не имею, какая именно дьявольщина творилась в доме Саймона, однако от здания прямо-таки разит черным злом!