Убийца
Шрифт:
Вода была темно-зеленой. Большие утесы, погруженные в мрачную глубину, напоминали остатки затонувших кораблей. Я заметила нескольких рыб и двух маленьких крабов, ползавших среди валунов у края воды, но далее отмель казалась холодной и безжизненной. На мели из песка и грязи покоилась бутылка из-под пива. Невдалеке причалили две патрульные лодки.
Я увидела линию яликов, привязанных у одного из доков внизу, и это меня заинтересовало. Четыре пристани были заперты, и в них можно было попасть только имея кодовую карточку, выдаваемую Управлением гавани, но эта пристань была доступна. Я спустилась вниз по склону, чтобы
Я снова поднялась по склону и повернула налево по дорожке, ведущей к доку номер один. У подножия склона я увидела цепную ограду и запертые ворота. Я прошлась по тропинке, наблюдая за прохожими. Наконец подошел мужчина среднего возраста с кодовой карточкой в одной руке и с сумкой с продуктами в другой. Он был мускулист и с загаром до красноты. На нем были бермуды, топсайдеры, свободный хлопчатобумажный свитер, в вырезе которого был виден клок седых волос.
— Извините,— сказала я.— Вы живете здесь, внизу?
Он остановился, глядя на меня с удивлением.
— Да.
Его лицо было таким же помятым, как и хозяйственная сумка после многократного использования.
— Вы не возражаете, если я пройду с вами на эту пристань? Я собираю сведения о человеке, которого выбросило на берег в субботу.
— Конечно, пошли. Я слышал об этом. Ялик, который он украл, принадлежит моему другу. Между прочим, меня зовут Аарон. А вас?
— Кинзи Миллхоун,— ответила я, спускаясь вприпрыжку по склону за ним.— Как давно вы здесь живете?
— Шесть месяцев. Я развелся с женой, и ей достался дом. Прекрасная перемена, лодочная жизнь… Много хороших людей… Вы полицейский?
— Частный детектив,— сказала я.— А чем вы занимаетесь?
— Недвижимостью,— ответил он.— Как вы попали в это дело?
Он вставил свою карточку, толкнул ворота и придержал их, пока я пройду. Я подождала его с другой стороны ворот, чтобы пропустить его вперед.
— Меня наняла дочь умершего,— сказала я.
— Я имел в виду, как вы попали в сыскное дело?
— О, я привыкла быть полицейским, но мне не очень это нравилось. Что касается работы по соблюдению законности — это прекрасно, но вся эта бюрократия… Сейчас я независима и более счастлива.
Мы прошли мимо тучи морских чаек, быстро слетавшихся на какой-то предмет, качавшийся на воде. Крики птиц привлекали чаек, проносившихся, как ракеты, в радиусе четверти мили.
— Авокадо,— лениво сказал Аарон.— Чайки любят их. Вот и моя.— Он остановился около двухдизельного траулера, длиной тридцать семь футов, с перекидным мостиком.
— Боже, какая красивая лодка.
— Нравится? Она может разместить восьмерых,— сказал он удовлетворенно. Он спрыгнул в кубрик и протянул мне руку.— Сбрасывайте свою обувь, проходите на борт и осмотритесь. Хотите выпить?
— Спасибо, лучше не надо. У меня еще много работы. Не могли бы вы представить меня тому парню, у которого украли лодку?
Аарон пожал плечами.
— Не
Я не ожидала, что из этого что-то выйдет, но подумала, что лучше не пренебрегать и такой возможностью. Я достала свою визитную карточку, записала на обратной стороне свой домашний телефон и протянула ее ему.
— Пусть он позвонит мне, если знает что-нибудь,— сказала я.
— Я скажу вам, с кем вы, может быть, захотите поговорить. Спуститесь вниз на шесть стапелей и в одном из них увидите парня. «Сискейп» — название лодки. А его зовут Филипп Розен. Он знает здесь все сплетни. Может, он поможет.
— Спасибо.
«Сискейп» был двадцатичетырехфутовой Флиской с двадцатифутовой мачтой и палубой из тикового дерева, с корпусом из стекловолокна, имитирующим дерево, оснащенной гафелем и шлюпкой.
Я постучала по крыше каюты и крикнула: «Привет!» в открытую дверь. Появился Филипп Розен. Выходя наверх, он пригнулся. Его появление было, как оптический обман: он был одним из самых высоких людей, которых я когда-либо видела, за исключением баскетболистов. Его рост был, видимо, шесть футов десять дюймов. Он был бос. Огромные руки и ноги, большая голова с копной рыжих волос, крупное лицо с рыжей бородой и усами, широкая голая грудь — если бы не потрепанные голубые джинсовые шорты, он был бы похож на викинга, попавшего на судно, недостойное его. Я представилась, сказав, что Аарон рекомендовал мне поговорить с ним, и вкратце рассказала ему, что мне нужно.
— Ну, я не видел их, их видела моя подруга. Она приходила сюда, чтобы встретиться со мной и видела их на стоянке. Мужчину и женщину. Она сказала, что старик был зверски пьян и выделывал зигзаги по всей стоянке. Его девушке приходилось очень стараться, чтобы удержать его в вертикальном положении.
— Вы знаете, как она выглядела?
— Нет, Дина не говорила. Я могу дать вам ее номер телефона, если вы хотите расспросите ее сами.
— С удовольствием,— сказала я.— В какое время это было?
— Я бы сказал, в два пятнадцать. Дина работает официанткой на пристани и заканчивает в два. Я знаю, что в эту ночь она не закрывала бар, и ей нужно было только пять минут, чтобы добраться сюда.
— Она случайно сейчас не на работе?
— Сегодня понедельник? Может быть. Я не знаю ее расписания на эту неделю, но вы можете попытаться. Она работает в коктейль-баре. Рыжеволосая. Вы ее сразу заметите, если она там.
Что оказалось действительно так. Я проехала полмили до пристани, оставила машину служащему на стоянке у ресторана. Затем поднялась по лестнице на деревянную палубу бара. Дина шла через бар от стойки к столику в углу, балансируя с подносом, уставленным коктейлями под названием «маргаритки». Ее волосы были скорее оранжевые, чем рыжие, слишком рыжие, чтобы быть натуральными. Ростом она была около шести футов — на каблуках,— на ней были черные колготки в сеточку, голубой матросский костюм и юбка, едва прикрывавшая промежность. У нее была маленькая матросская шапочка, приколотая к волосам, и такой вид, как будто она могла отличать правый борт от левого с тех пор, как достигла половой зрелости.