Убийца теней

J.M.

Так оно и было: Саулина действительно кидалась на ларва с ножиком, но даже ударить не успевала, как оборотень ее отшвыривал. Но во второй раз упала она на то место, куда Ярлин разорванный пояс отлетел. Саулинина ладонь точно на кинжал-рондель угодила. Этот-то побольше метательного ножичка... Схватила девушка оружие обеими руками и снова на косматую рычащую груду метнулась, острие перед собой выставив, всей душой желая одного: чтобы ее руки не дрогнули, вонзили кинжал в спину ночной твари. И это у нее получилось, лезвие по самую рукоятку вошло. Такая рана почувствительнее оказалась для ларва, чем прежняя атака. Взмахнул

он лапой, пытаясь второго врага зацепить - не достал. А Ярла, почувствовав, что на мгновение ослаб напор, извернулась и ногами уперлась в брюхо зверя, его от себя отталкивая. И все, что произошло, с такой ясностью поняла, как будто сама видела. Саулина кинжалом ударила - выходит, пояс нашла. Не упустить этого преимущества мимолетного...

– Из кошеля камень, кристалл достань!..

– Сейчас!
– тут же сообразила девчонка.

Сознание ночных тварей - загадка. Видуны считают, что отдаленное подобие разума у ларвов есть, поэтому иногда могут они людьми притворяться, некоторые, те же ведьмаки, к примеру, весьма успешно. И об охотниках тени имеют представление. Но порой превращаются они в существа совершенно безумные, человеческую речь не способные понимать. Как этот вот оборотень - вряд ли смысл крика Ярлы до него дошел.

Но как Саулина даст ей кристалл? Просто бросить его не годиться, а руки у Ярлы заняты.

– Нашла?

– Да!

– Отойди дальше и держи перед собой, не делай ничего!

– Но...
– Саулине явно каким-то более значительным действием хотелось помочь, но раз Ярла просит...
– Хорошо!

В последнее мгновение зверь все-таки подвох уловил. Но это ему не помогло, отвлекло только, а Ярле дало возможность лишний раз кинжалом ткнуть. Но кинжал - не главное теперь. Кристалл-ловец к действию готов...

Ярла сосредоточила все свои мысли на одном - чтобы от всех своих мыслей освободиться. От своих...

Талвеон, Воллет, Лорк... "Я делаю это не для себя. Не для того, чтобы добиться справедливости - не мне решать, где справедливость. Просто делаю. Не мне судить других... Этого зверя нет. Не чувствую ненависти... Нет гнева, нет суждений, что плохо и хорошо. Ничего нет. Просто один человек, который живет и, значит, должен жить - останется жив..."

Хватка ларва начала ощутимо слабеть. Ярла почувствовала, что противиться ей становится легче.

"Нет моей воли, есть просто воля, в которой нет никакого "я", ничьего "я".

Ее локти выпрямились, дальше отталкивая рычащую оскаленную морду. Еще немного, и она сможет оплести рукой шею зверя и... что? вонзить нож ему в грудь? Нет... нет.

Кристалл. Думать о кристалле. Кристалл не в ее руке, но он тут, рядом, и...

Сила, противодействующая ей, истаивала, исчезала, испарялась - вот-вот ее руки и ноги будут отталкивать ничто, пустоту. Но нет... она не исчезает бесследно, эта сила. Она перетекает в кристалл, который держит на открытой ладони потрясенная Саулина. Кристалл светится изнутри, жжет руку девушки, струйки красноватого света текут внутрь него.

Саулина испугалась, как бы камень не сделался таким горячим, что его будет не удержать. Но настолько сильно ладонь он ей не обжог.

И - все закончилось. Ярла, лишившаяся соперника, почувствовала это освобождение, но мгновение-другое сила сопротивления еще переполняла ее - ведь казалось,

что борьба не закончится никогда. А потом, поверив в свершившееся и разумом, и телом, она, как театральная кукла, которую перестали дергать за веревочки, уронила руки и ноги в траву.

Кристалл на ладони Саулины продолжал светиться, но красноватые струйки, которые он вбирал в себя, исчезли. А внутри запечатлелось изображение оскалившегося полузверя-получеловека.

Так долгие, долгие, считанные мгновения протекли. А потом сверкнуло и громыхнуло в небе, и хлынул дождь.

11. Неполная победа

Ярла, пошатываясь, поднялась на ноги и подошла к Саулине.

– Ну и кто тебе разрешил за мной ходить? Да еще и штаны где-то утащила...

– Это дядюшки Тиверо, старые, он выбросить велел, а я припрятала. Я... вы не ругайтесь, я как вы хотела... Помочь вам... Я ведь догадалась про вас, разговоры слышала, да и сама еще прежде поняла, что вы сумеречный охотник... А это опасность такая...
– несчастным голосом бормотала Саулина, и вдруг зашмыгала носом, расплакалась. Дождь на ее лице со слезами смешался.

– А сама-то не побоялась опасности?
– продолжала допрашивать Ярла.

Но девушка только сильнее всхлипывать начала. Ярла смягчилась:

– Ну, дуреха, чего ревешь?

Обняла Саулину, прижала к себе. Может, с ней за всю ее жизнь никто вот так по-хорошему, по-человечески не обращался...

– Ну, успокойся. Времени у нас на это все нет.

Саулина действительно прекратила плакать, сдерживая слезы, выдохнула:

– Ой, да он вас ранил, вы посмотрите, кровь! Это он когда ремень на вас разорвал...

На ее руке, обхватывавшей Ярлу за пояс, осталась кровавая полоса. Ярла даже удивилась: боль-то и прежде чувствовала, но думала, не такой глубокий след когти ларва на ее боку оставили. А теперь, как взглянула на рану - так, вроде и засаднило сильнее. Но ничего, потерпеть можно. А угрозы-то большой в этих царапинах нет.

– Да заживет, - успокоила Ярла Саулину.
– Кровища только льется, чтоб ее...

– Перевязать надо!

– Сейчас сообразим что-нибудь.

Ярла сняла перчатки и размотала полоски ткани, которыми были перебинтованы ее руки. Сбросила кафтан и с помощью Саулины оторвала от своей рубахи рукав. Ткань под дождем быстро намокала, но все-таки кое-какую повязку из всего этого они соорудили. Потом Ярла снова кафтан надела.

– Сильно болит?
– спросила Саулина.

– Жить буду.

На другие ссадины и синяки, которых после борьбы с ларвом на теле осталось немало, и вовсе не стоит внимания обращать. Кости целы, и ладно. Удивительно, как уцелели - ребра особенно. Но раз дышать не больно - значит, действительно, невредимы.

Подобрав разорванный ремень, Ярла поснимала с него все - ножны, колчан, кошель. Отыскала в кармане кафтана кусок бечевки, с давних пор завалявшийся, все свое имущество на нее нанизала, подпоясалась. Неудобно, скользить будут крепления - но деваться некуда. Потом принялась недостающие метательные ножи собирать - они в теле зверя торчали, а после того как тот свою форму изменил, на земле валяться остались. В последнюю очередь подняла лук, приладила за спину. И только тут спохватилась: главное-то, кристалл-то где? За всей возней как бы не потерять... Но не потерялся ловец: