Убийца героев
Шрифт:
Постепенно боль в правой руке начала утихать. Тогда как в ладони левой постоянно нарастало жжение. Ну, по крайней мере, я уже смог дышать носом, а не сквозь зубы. Чуть приподнявшись, я увидел, как из своего костюма выбирается Антон, держась за голову. Видимо, даже в броне его неслабо так приложило. О, а вот он меня заметил. Теперь бежит ко мне.
— Эй, ты как?
— Да, вроде, норм. Только ладонь жжёт.
— Какую ладонь!?
— Левую.
— У тебя правая рука нахрен сломана!
— Да?
Он легонько
— Да.
Опустив взгляд, я смог увидеть подругу дней моих суровых, которая была теперь согнута под углом в том месте, где сгибаться вообще не должна была.
— И всё-таки мы отбили храм, можешь порадоваться. Большинство даже остались в живых.
— Шикарно. Я бы дал тебе пятюню, но как видишь, обстоятельства слегка ограничивают мои возможности.
— Это дело поправимое.
Ничего больше не объяснив, он схватил меня за руку и дёрнул изо всех сил. Из моего рта вырвалось непроизвольное:
— СУКА-А-А-А-А-А-А-А!
От боли потемнело в глазах. Кости с хрустом встали на место. Мой крик слышали, наверное, вообще все. Даже глухие. Даже мёртвые. Антон аккуратно положил руку на пол.
— Слушай, тут я бессилен. К сожалению, я не смогу срастить тебе кости, моих способностей хватает только на мягкие ткани.
Смысл его слов до меня дошёл не сразу. Я пытался привести дыхание в норму. Когда же я смог более-менее отдышаться, то начал давать инструкции:
— Ничего… там… бля, где там? А… в сумке… а где сумка? Точно, в углу у входа… два красных пузыря и один зелёный, тащи их сюда.
— Ага, я сейчас, только не уходи никуда.
За эту свою фразу он удостоился от меня тихого:
— С-с-с-сука.
Обернулся он быстро, неся в руках сумку и фуфырики. Сумка сразу же оказалась у меня под головой, тем самым приподняв её.
— Так, что теперь?
— Два красных по одному дай выпить.
Он послушно откупорил один флакончик и поднёс мне к лицу. Шумно выдохнув, я выпил мутно-красное содержимое. Горько-кислая жидкость тут же скользнула в пищевод, оставив за собой дрянное послевкусие. Когда она достигла желудка, по телу пробежали мурашки и боль в руках тут же погасла.
— Между первой и второй…
Кивнув, эльф протянул второй пузырёк. Эта уже пошла легче, но всё равно противно. Я чувствовал как кости начали срастаться, Я слышал, как при этом они хрустели, но никакой боли я не чувствовал, был только дискомфорт. Левая рука вернулась в рабочее состояние уже после первого пузырька. На правую ушло пара минут, прежде чем я снова смог пошевелить пальцами. Как я и думал, перчатки практически не пострадали. Только когти на левой руке были измазаны той же чёрной кровью. Повреждения же кожаной основы зарастали прямо на глазах, так что через несколько минут я был цел, здоров, но грязен, как стадо бомжей.
— Так,
— А зелёный дай сюда.
Я немного неуклюже схватил последний пузырёк и откупорил его. Вдохнул кофейно-мятный запах и залпом выпил всё содержимое. На языке тут же появился освежающий вкус кислых яблок. В голове прояснилось, а по телу разлетелась приятная лёгкость.
К нам, немного шатаясь подошёл человек в серой форме. В руках он держал свой подобранный автомат. Вот сейчас я его рассмотрел как следует: высокий, широкий в плечах, тяжёлая квадратная челюсть украшена недельной щетиной, уже седеющие волосы обильно припорошены пылью, а голубые глаза смотрят пронзительно.
— Где я оказался?
Его голос был грубым и хриплым.
— Вы понимаете немецкий?
Вот теперь я разглядел на его форме чёрного орла, расправившего крылья.
— Мы тебя понимаем.
За нас обоих ответил Антон. Ты в другом мире, призван в качестве героя.
— То есть меня выдернули посреди боя, пока я защищал свою родину от Фашистских захватчиков, чтобы я что!?
Теперь в диалог вступил я:
— Успокойся. Тебя призвали, чтобы ты спас вот этих вот людей.
Я обвёл рукой помещение разрушенного храма.
— Я должен защищать других людей, в другом месте! Как война закончится — зовите, а сейчас я хочу вернуться!
— Ты не сможешь вернуться. Тебя выбрали рандомно из огромного числа разумных, которые гипотетически могут стать героями, так что смирись, теперь они — твои подопечные.
Он нахмурился, но продолжить гневную тираду я ему не дал:
— А теперь, представься, будь добр.
Он вытянулся по стойке смирно и громко произнёс:
— Майор Вольфганг Хольцман.
— А с кем война?
— С напавшими на нас фашистскими Соединёнными Штатами Америки.
— А твоя страна как называется?
— Союз Германских Социалистических Республик.
— Понятно. Это Антон, мы, с ним бойцы несколько иного формата. В общем, как ты относишься к своей новой задаче?
Майор расслабился.
— Ну, я не против помочь людям, но что нужно делать?
— Чтобы спасти вот этих бедолаг и всех остальных выживших в этом почти уничтоженном мире, нужно убить ту тварь, которая сбежала.
— Она одна?
— Да.
— Что про неё известно?
— Ну…
Я начал загибать пальцы:
— Она очень сильная, она очень быстрая, и простым оружием её не прошибёшь. Тут либо магия, либо силы первозданных. Да и то я сомневаюсь, что магия, кроме боли, ей способна что-то сделать.
— Вы смеётесь?
Мы с Антоном посмотрели на майора, ожидая, что он дальше скажет.
— Какая магия, какие первозданные? Может, мне её ещё молитвами изгонять, как нечисть какую? Я солдат, а не экзорцист! Если тварь не взять пулями, то просто нужно взять калибр побольше!