Убийца героев

Казаченков Дмитрий

— Итак, ты будешь говорить?

Сейчас она отличалась от той девчонки, на которую я не так давно свалился. Она была предельно серьёзна, собрана. Шутить она явно не намерена. С другой стороны, она не вела бы меня аж до столицы, а прирезала бы по дороге. Значит, она сомневается, думает, что со мной делать.

— Смотря о чём. Предупреждаю, в случае чего буду кричать «насилуют».

— Ну кричи-кричи, вряд ли тебя это спасёт.

— Может, и не спасёт, но просто представь, какие лица будут у твоих товарищей, что стоят за дверью, а я уверен, что они там стоят.

Я старался говорить предельно спокойно. На удивление, мне это удалось, даже, как будто голос стал чуть

более тихим, шелестящим, вкрадчивым. Нет, он был всё ещё моим, но изменения всё же каким-то образом воздействовали на девушку, хоть, она их и не заметила.

— Тем не менее, я хотела узнать, откуда это всё у тебя? Всё это оружие, кроме, разумеется, этого кирпича, просто кричит о том, что к его изготовлению приложил руку эльф. Да и костюм твой тоже явно эльфийский. Будешь отрицать?

— Нет. Не буду. Во-первых, это бессмысленно, потому что заметно невооружённым взглядом. А во-вторых, мне попросту нечего скрывать. Всё это было отдано мне добровольно.

— Знаешь, это всё похоже на нашу работу, но, тем не менее, отличается от неё. Кто это изготавливал? И почему я замечаю гномий почерк на этих перчатках? Эльфы с гномами никогда не работали вместе.

— У вас не работали, а там, откуда я прибыл, они вполне прекрасно сосуществуют.

— Интересно, где это? Мы даже живём на разных континентах. И торговлю не поддерживаем. Только очень редкие частные случаи, но это лишь редкие исключения.

Она взяла в руки один из кинжалов.

— Их изготовил один искусный тёмный эльф.

Кинжал со звоном упал на стол. Я же продолжил:

— Нет, не из тех, которых вы именуете «дроу», и о которых я наслышан, как о конченных демонопоклонниках и сволочах. Это именно тёмный эльф, который отличался от вас только цветом кожи и способностью видеть в темноте. Эти кинжалы мне подарил хороший друг, который, к сожалению, погиб, перчатки я получил от его жены и одного гнома, в кузнице которого она работала.

— И чем же ты это можешь доказать?

— Тем, что всё, что они изготавливают, подстраивается под единственного носителя, исключение составляют лишь кинжалы, которые можно передать по доброй воле, но только так. Костюм всё ещё на мне, так засунь под него руку, коснись меха, что согревает моё тело. Знаешь, что произойдёт? Костюм начнёт пожирать твою плоть и пить кровь. Коль не веришь, так вперёд, проверь.

Девушка замялась. Кажется, я даже триумфально оскалился.

— Или можешь попробовать воспользоваться моим оружием. На него тоже это распространяется.

— Ну, допустим, я тебе верю. Но почему я должна верить, в то, что у тебя есть какие-то счёты с героем?

Я, насколько мог, пожал плечами:

— У меня их и нет. Я просто получил на него заказ и собираюсь его выполнить, иначе моя спокойная жизнь накроется медным тазом. Этого достаточно?

— Откуда бы мне знать, что освободившись, ты не попытаешься меня убить?

— Хотя бы оттуда, что освободиться за весь наш диалог я мог множество раз, но этого не сделал, так что давай так, ты меня сейчас развязываешь и мы забываем, про тот удар поголове, которым вы меня удостоили. В противном случае, я развяжусь сам… Ни в первом, ни во втором случае разговор о нашем будущем сотрудничестве, разумеется, не идёт.

— Пожалуй, я оставлю тебя, а завтра, может, и развяжу, если сочту, что ты можешь быть нам полезен.

Не прониклась, ушла. Щёлкнул замок. А вот вещи мои она оставила. Видимо, думает, что я действительно буду ждать до завтра. Что ж, я предупреждал. В руки потекла тьма. Привычная, тёплая, мягкая. Когда она добралась до верёвок, те рассыпались в прах. Взяв кинжал со стола, я разрезал путы, связывающие ноги.

Револьвер вернулся в кобуру, кинжалы — в ножны, перчатки заняли своё законное место на руках. Подсумки были на месте, как и плащ. Сумка моя лежала в самом углу. Подхватив её на плечо, я быстро проверил своё имущество, в итоге остался доволен.

«Видимо, она действительно думала развязать меня, хотела убедиться, можно ли мне верить. Раз так, убивать я никого не буду.»

«Великодушно, однако.»

«А вот насчёт травм я ничего не говорил.»

С этими мыслями я просунул кинжал в щель между дверью и косяком, повёл вниз. С тихим щелчком запор оказался разрезан. Я резко распахнул дверь на всю ширину. С глухим стуком она ударила стоявшего слева стражника. Того, что был справа я приласкал ударом кулака в темя. Эти ушастые вовсе не озаботились защитой головы, а стало быть, он сразу же потерял сознание. Со вторым случилось то же самое. Из моей комнаты вёл только один коридор, оканчивающийся лестницей, которая уходит вверх. Я же прикидывал, скольким еще эльфам мне придётся наставить шишек. Цифры удручали. Каким бы циничным я бы ни хотел казаться, а количество пострадавших хотелось бы свести к минимуму. Вопреки ожиданиям, охранников наверху было всего двое. Они сидели за маленьким столиком и играли в карты. В комнате было светло, а значит, тьма мне не поможет. Меня ещё не заметили только потому, что я не поднялся до конца, прильнув к холодному камню лестницы. Есть только один вариант, как с ними разобраться — привлечь внимание и жахнуть светом. Эффект будет как от хлопушки, простите, светошумовой гранаты, только без шума.

«Белка.»

«Да?»

«На счёт три?»

«Хорошо.»

«Раз.»

Чуть приподнимаюсь над лестницей, недостаточно, чтобы меня заметили, но достаточно, чтобы я мог одним прыжком переместиться в центр комнаты.

«Два.»

Набираю в грудь воздух.

«Три.»

— ГЛАЗА-А-А-А!

Прыгаю в комнату. Чувствую, как свет заполняет всё тело, заставляя сиять саму кожу. Эльфы оборачиваются, и тут комната моментально погружается в белый свет. В отличие от охранников, я вижу и свет и комнату. Даже когда я уберу свет, они будут подобны кротам, не способным увидеть и собственного носа. Выключив освещение, я беспрепятственно прошёл мимо двух, шарящихся по полу, тел и вышел через деревянную дверь в один из тёмных переулков столицы. Он ничем не отличался от многих таких же переулков. Кругом были каменные дома, улицы покрывала брусчатка, по которой то и дело цокали копытами лошади, катящие повозки, сновали люди, раздавались зазывные крики торгашей.

Планы меняются, я хочу закончить всё быстрее, поэтому опустим поиски этих наёмников и будем разбираться с главной задачей. Тем более, что, похоже, эти ушастые были частью той организации. Но мои мысли были прерваны.

«Чувствую тьму. Оттуда.»

Белка, навострив ушки, смотрела в сторону рынка.

«Это он?»

«Не уверена. Надо подойти поближе.»

«Не нравится мне это. Герои, ведь, тоже могут чувствовать первозданных?»

«Только совсем в упор. У тебя радиус побольше будет.»

Скинув капюшон с головы и сняв перчатки, я направился в сторону рынка. Людей было много. Очень много. Просто толпа. Белка подсказывала направление, в котором я пытался проталкиваться сквозь толпу народа. У одной кузни я заметил светловолосого паренька.

«Это он?»

«Да, это герой, но не тот.»

«В смысле, не тот?!»

«Видимо, король призвал ещё одного героя.»

«А так можно?»

«Ну, в принципе, количество призванных героев не ограничено, так что всё зависит от того, одобрят призыв первозданные или нет.»