Убийца для Пономаря

Ширянов Баян

Присев в кресло, стоявшее за спиной визитера, молодого человека, которого Дарофеев лечил от искривления позвоночника, экстрасенс набрал в грудь воздуха и запел:

– О-о-о-о-оммммм!

Это тоже было действие, рассчитанное лишь на сознание пациента. Раньше, когда опыта у Игоря Сергеевича было меньше, он использовал пение этой тибетской мантры для самонастройки. Теперь же он мог настраиваться и без нее, но звучание этого магического слова погружало пациентов в легкий транс, что несколько облегчало процесс энергетического воздействия. Когда затих последний звук и воцарилась умиротворяющая тишина, Дарофеев приступил непосредственно к сеансу целительства.

Мысленным взором он прошелся по позвоночнику парня, отметил про себя, что некоторый прогресс уже есть, и, вырастив у себя дюжину энергетических рук, стал снимать ими напряжение в мышцах спины, накачивать праной [1] межпозвоночные диски, выстраивать в прямую линию сами позвонки.

1

Прана. – Согласно индуистской мифологии, энергия, наполняющая все пространство.

Все эти операции заняли у Игоря Сергеевича не более тридцати секунд. Но сказать пациенту, что уже все, целитель пока не мог.

Дарофеев знал, что со стороны, в том числе и с точки зрения больного, такая продолжительность сеанса покажется непомерно малой. Обвинений в шарлатанстве Игорь Сергеевич с недавних пор не боялся, но поддерживать свою репутацию, считал делом необходимым.

Десять минут вынужденного безделья Дарофеев обычно посвящал тщательному исследованию сидящего перед ним человека, просматривал своим астральным взором его внутренние органы, наблюдал за работой сердца, печени, разглядывал тонкие тела. Занятием это было бы бессмысленным, если бы с помощью такого наблюдения Игорь Сергеевич не знакомился со своим пациентом гораздо лучше, нежели во всех предварительных беседах.

Кроме того, Дарофеев считал, что вообще любому человеку полезно так посидеть, расслабившись. Эти десять минут чистого отдыха, полной релаксации, были как раз тем, что необходимо пациенту в его суматошной жизни.

Когда время сеанса подошло к концу, Игорь Сергеевич неслышно поднялся. Он, осторожно ступая, встал перед парнем и резко дунул ему в лицо.

Пациент, очнувшись от транса, заморгал, словно не понимая, как он здесь очутился.

– Как самочувствие? – Участливо спросил Дарофеев.

– Спасибо. – Отозвался пациент. – Очень хорошо. Ничего не болит...

– Тогда, на сегодня все. – Сообщил целитель. – Я запишу вас на послезавтра. На это же время.

– Спасибо, доктор. – Парень смущенно улыбался, прислушиваясь к своим ощущениям.

Экстрасенс улыбнулся в ответ. Случай у этого молодого человека был достаточно простой, но Игорь Сергеевич для себя решил, что сделает ему пять сеансов, хотя, без особых усилий, мог бы вылечить и за один-два.

Дело тут было не в деньгах, хотя они тоже играли некоторую роль. Излеченный должен был прочувствовать, что с ним работают, что на него тратят время и силы. И, поскольку Дарофеев пытался показать, что сил уходит немало, пациент должен был оценить эти усилия и понять, что легче, да и дешевле, поддерживать себя в здоровом состоянии, чем чуть что прибегать к услугам экстрасенса.

Еще год назад при акте самого банального, самого простого целительства Игорь Сергеевич закатывал целые представления, торжественные ритуалы. Это производило неизгладимое впечатление на людей, прибегавших к его услугам. Дарофеев облачался в черный халат, подозрительно смахивающий на рясу священника, надевал поверх него большой золотой крест, нараспев читал молитвы.

За такую приверженность к показухе и, словно немного осуждая его пристрастие к атрибутике, знакомые экстрасенсы прозвали Игоря Сергеевича Пономарем.

Теперь все происходило гораздо проще. Крест благополучно лежал в стенном сейфе, извлекаемый лишь для психотерапевтического воздействия на богомольных старушек. Чтение молитв сократилось до необходимого минимума, черный халат, пересыпанный нафталином, валялся где-то в кладовке, а Дарофеев принимал народ в обычном медицинском халате.

Парень, который был предпоследним пациентом на это утро, ушел. По записям, должна была прийти какая-то женщина. Первичная, то есть наносящая первый визит к известному целителю. Но она немного задерживалась, и Пономарь стал приводить в порядок свои записи.

– 2 -

– Я вас так долго искала!.. – С порога заявила визитерша. Игорь Сергеевич сразу почувствовал ложь, но, очевидно у женщины на то были какие-то причины, а узнавать их, прибегая к ясновидению, Дарофееву было недосуг, он и так опаздывал на работу в один из филиалов Центра Традиционной народной медицины, где он читал лекции так называемого «курса повышения квалификации» народным целителям.

Проводив даму в комнату, служившую кабинетом,

Пономарь начал заполнять карточку больного.

– Фамилия, имя, отчество. – Задал он первый обязательный вопрос.

– А чьи говорить? – Нервно замялась женщина. Она уже достала из сумочки конверт из желтой плотной бумаги и крутила его в пальцах. – Я ведь по поводу дочери пришла...

– Пока ваши. – Строго сказал Игорь Сергеевич. – А там, если надо, дополним.

– Простова Мария Михайловна. – Представилась женщина. Дарофеев записал.

– У меня дочка пропала... Вы найдите ее... – И Мария Михайловна немедленно разрыдалась. Чувствовалось, что делает она это уже далеко не в первый раз и приобрела немалый опыт по разжалобливанию собеседника.

– Успокойтесь, пожалуйста. – Устало проговорил Пономарь. – Я ее обязательно найду. Но сперва надо все заполнить. Какого вы года рождения?

Глотая слезы, но постепенно приходя в норму, Простова ответила на все дарофеевские вопросы. Когда данные оказались в карточке, Игорь Сергеевич позволил себе откинуться на стуле. Целитель пристально оглядел притихшую женщину:

– Итак?..

– Ее уж и милиция искала, и экстрасенс один, Да все без толку, лишь деньги взял...

Почувствовав, что женщина сейчас опять разрыдается, Пономарь изобразил на лице благожелательную улыбку:

– Не волнуйтесь. Отыщем. Никуда она не денется... А если дело в деньгах – заплатите по результату. Если захотите... Игорь Сергеевич не раз разыскивал таких заблудших девушек. Большей частью оказывалось, что у них просыпалась тяга к познанию окружающего мира. Одну такую путешественницу Дарофеев обнаружил во Владивостоке, куда та непостижимым образом добралась автостопом, другая нашлась в Стамбуле, куда ее взял знакомый «челнок». Но такие дальние вояжи были скорее исключением, чем правилом. Подавляющее большинство девиц не забиралось дальше границы Московской области. Некоторые вообще никуда не уезжали, оседая во всякого рода притонах, откуда их приходилось извлекать с помощью милиции. С особой ненавистью Пономарь отслеживал наркотические притоны. И если обнаруживал юную наркоманку в одном из них, то не успокаивался, пока средствами ясновидения не обнаруживал его хозяина, которого незамедлительно передавал своим знакомым из МВД.