Убить зверя
Шрифт:
— Какого предназначения? Воровать в магазинах? — усмехнулся другой парень.
— Заткнись, — сказала девушка, сделав вид, что ее возмутило такое предположение. — Я никогда ничего не тырила. Это ты вперся в…
Голос Тома заглушил ее:
— Я имел в виду твою способность воспроизведения. Для этого ты живешь на земле.
— Что ты мелешь, грязный урод? — воскликнула она, воинственно уперев руки в бедра.
— Быть матерью означает выполнить свою священную роль. Не отвергай этого благодеяния.
— Он что, трахнуть тебя хочет? — спросил один из подростков, с ухмылкой глядя на девушку.
Девушка собрала в комок жвачку,
— В чем дело? — спросил кто-то. — Эй, придурок, в чем дело?
Но Том с ужасом смотрел на мокрую жвачку.
Еще один парень вытащил свою жвачку и бросил ее в сторону Тома. Том начал пятиться к другому концу полотенца. Полетел новый комок. Том повернулся и помчался, перепрыгивая с одного булыжника на другой. Вдогонку несся смех.
Он был очень напуган после того, как сбежал из центра города, напуган, что учителя рассердятся на него за то, что он не донес до людей их послание. Он сидел дома и ждал их суда.
Пять дней Том ничего не слышал и уже начал думать, что они избрали кого-нибудь другого, более способного, чем он. Однажды вечером Том смотрел телевизор, приглушив звук. Он прослушал передачу о новых данных относительно изменений климата: об ураганах, все чаще бушующих на западе Америки, многочисленных наводнениях, постигших Европу в этом году. Переключив канал, Том просмотрел документальный фильм про страдания орангутангов в Индонезии, чьи места популяции были уничтожены в погоне за древесиной, в которой нуждался ненасытный Запад. Еще раз щелкнув кнопкой, он увидел ученого, стоящего на скалистом берегу в полосе прибоя, который раньше был покрыт ледником.
«Том! Том! Том!»
Он упал на пол и заполз под журнальный столик, шепча:
— Простите меня, простите.
И снова они заговорили по очереди:
«Не бойся, мы на тебя не сердимся».
«Мы сердимся на тех, кто жует жвачку».
«Из всего того, что мы видим, их поступки самые непростительные».
«Они символизируют бешеное потребление планеты».
«Они собирают все больше и больше вещей и никак не могут насытиться».
«Вместо этого они работают челюстями в отвратительной пародии на потребление».
«Они нам омерзительны».
— Да, — согласился Том, обрадованный, что гнев голосов направлен не на него. — И подумайте, что они делают с пережеванной жвачкой? Они выплевывают ее на улице, уничтожая мир.
Он заявил, что тоже ненавидит тех, кто жует жвачку. Вспомнив подростков, из-за которых он не закончил свою проповедь, Том добавил, что хотел бы, чтобы все они были уничтожены.
Одобрительные голоса смолкли, и вкрадчивый голос спросил, искренен ли он.
— Да, — прошептал Том, веря в то, что говорит всем сердцем.
Тогда они поведали ему, как исполнить свое предназначение.
Если он последует их инструкциям, тогда Золотому веку будет позволено наступить.
На следующий день Том выглянул в балконное окно, чтобы посмотреть на обугленные останки своего кресла. На нем стоял телевизор с почерневшим от дыма и треснувшим от жара экраном и оплавившейся рамкой.
Диван сгорел еще раньше. Телефонный аппарат, автоответчик, музыкальный центр, компьютер, клавиатура, смеситель, видеомагнитофон, кофеварка, радио с будильником,
Том послушно следовал всем приказам голосов и избавил себя от всего земного имущества ради подготовки к своей миссии. Они опять говорили с ним. Том спокойно слушал и понимающе кивал.
Он направился в гараж и собрал самоходную тележку, прикрепив к ней рекламные плакаты жвачки «Экстрим». Зигзаги молний ударили в лимоны и зарядили их электричеством.
Затем Том разыскал коробку, в ней лежали анкеты для участников соревнований, победители которых должны были получить годовой запас жвачки и поездку в Малайзию на двоих. Он открыл ее и изучил анкету. По сути дела, соревнование сводилось к сбору демографической информации для производителя жвачки, который таким образом узнал бы, какие люди покупают его продукт.
Разглядывая глянцевую форму, Том увидел вопросы касательно имени и фамилии человека, его адреса, номера домашнего телефона, номера мобильного телефона, адреса электронной почты, возраста и семейного положения. В заключение задавался вопрос о времени, когда удобнее известить человека, что ему повезло и он стал победителем. Анкету составили тщательно, и заполняющий ее знал: чтобы стать победителем, следует ответить на все вопросы.
Том взглянул на стопку коробок. Похоже, у него хватит жвачки, чтобы раздать половине населения Манчестера.
Джордж набрал номер еще раз, но телефон не работал. Последние несколько недель он часто звонил в дом Тома, но Шарлотта никогда не снимала трубку. Однако ему приятно оказывалось слышать прерывистое дыхание Тома. Но тот факт, что ее там никогда не было, затруднял выполнение его планов, поскольку для этого ему необходимо было выяснить, где она находится.
Он попробовал опять — никаких гудков. Странно, подумал он, не имеет ли это какое-то отношение к костру, который он видел накануне на заднем дворе? Взглянув на часы, он вспомнил, что ее занятия начинаются через час. Он направился к центру здоровья, надеясь увидеть ее с другой стороны дороги. На сей раз он станет следить за ней постоянно, до того момента, как она закроет за собой входную дверь дома.
Она появилась из центра здоровья в десять минут девятого и направилась на Альберт-сквер, где встретилась с мужчиной. Они вошли в модное кафе, и Джорджу пришлось два часа просидеть на скамейке перед мэрией. Наконец они покинули кафе и двинулись к Динсгейт. Миновав несколько сотен ярдов, они скрылись в заведении «Жилая комната».
Джордж приблизился к дверям, но вышибала отмахнулся от него и произнес:
— Не сегодня, приятель. У нас все забито.
Он перешел через дорогу, остановился в тени и принялся ждать. Через несколько минут пришли несколько нарядно одетых людей и вошли в помещение. Шарлотта появилась в два часа ночи в обнимку с тем мужчиной. Казалось, энергия бьет из нее, она громко смеялась и хватала мужчину за ягодицы. Джордж заволновался, когда они остановили такси. Он был на противоположной стороне улицы. Когда они сели в машину, он принялся размахивать руками, подавая знаки другому такси. Водитель затормозил, и Джордж быстро сел на заднее сиденье.