Убить зону

Выставной Владислав Валерьевич

— Ступай вниз, умник! — проворчал Варвар.

Сдав оружие молчаливым охранникам, они спустились вниз, в скупо освещенное помещение бара.

Здесь сегодня и вправду было малолюдно — не набралось бы и десятка посетителей. Под низким закопченным потолком за грязным кособоким столом неподвижно сидели на длинной лавке сталкеры. Не самое веселое питейное заведение: многие ходили сюда, будто совершая некий странный ритуал. Некоторые из темных будто бы вообще повиновались какой-то внутренней программе, механически заливая в рот просроченное пиво. Сейчас это место выглядело особенно мрачно. И главное — совершенно непонятно было: на кого указывала красная точка Букиного ПДА, кого же здесь нужно спасать?

Маус

помог Петле усадить мертвеца на одинокий стул, привалив того к бетонной стене. Необычная для трупа подвижность его суставов вызывала некоторое удивление. Сейчас майор напоминал обыкновенного спящего мужика, утомившегося после долгого пути. Сталкеру невольно подумалось: а не притворяется ли этот хитрец, просто чтобы не топать по Зоне собственными ногами? Бредовая, мысль конечно…

За высокими столиками из позабытого советского прошлого стоя отдыхали двое. Одного Маус так и не смог припомнить, второй же оказался старым знакомцем.

— Располагайтесь, ребята, отдыхайте, — хозяйским тоном сказал Маус, — мне с корешем кое-что перетереть надо…

Антонов с Петлей некоторое время недоуменно озирались, не очень хорошо представляя себе, как можно отдыхать стоя. Бука же подошел к одному из столиков и просто облокотился на него локтями, замерев неподвижно, уставившись в стену — точно как темные сталкеры на лавке.

Наверное, явление Буки произвело на угрюмого бармена определенное впечатление. Потому как он собственнолично вышел из-за стойки, небрежно, не глядя, поставил перед Букой бутылку с дешевым пивом и так же молча вернулся на свое рабочее место. Это могло показаться мелочью, но с точки зрения рядового посетителя это был почти немыслимый здесь респект. Маус с открытым ртом проследил за этим движением, после чего подошел к стойке, извлекая из-за пазухи антоновский футляр с небогатым набором артефактов.

— За счет заведения, — не поднимая взгляда, сказал бармен.

— Я не против, — усмехнулся Маус. — Тогда мне на пару пальцев крепкого, и ребятам — что закажут. И закусить.

— За счет заведения — только ему, — монотонно сказал бармен, кивнув в сторону Буки.

— Логично, — согласился Маус, вытряхивая содержимое футляра на стойку. — У меня, конечно, негусто…

— На вашу долю хватит, — сгребая хабар, но при этом так и не посмотрев на посетителя, сказал бармен. Выставил плохо вымытый граненый стакан, плеснул водки, поставил блюдце с куском хлеба и тощей «шпротиной». Стакан был, очевидно, из сдохших автоматов, некогда выдававших газированную воду за монетку. Правда, Маус слышал, что кто-то якобы обнаружил то ли в Припяти, то ли в Лиманске такой автомат — только работающий до сих пор. Принимал он любые монеты, а выдавал не простую воду, а целебную. Тут уже легенда разветвлялась на две версии: одни утверждали, что это нечто вроде «живой воды» — от нее ускоряется регенерация тканей, улучшается обмен веществ, вообще конкретно укрепляется здоровье. Другие шли еще дальше, считая, что автомат дает ни много ни мало эликсир жизни. Или молодости — неважно, и то и другое звучало дико, куда менее правдоподобно, чем слухи о Монолите или Золотом шаре. Странно все же устроен человек: исполняющее желание чудовище его уже не удивляет, а против автомата с целебной газировкой отчего-то протестующе взбрыкивает здравый смысл.

Маус взял стакан с блюдцем и пристроился за столиком напротив знакомого сталкера.

— Здоров, Попугай, — с сомнением разглядывая содержимое своего стакана, сказал Маус. — Что нового в Зоне?

Попугаем этого парня звали вовсе не из-за цветастой внешности. Погоняло происходило не от существительного, а от глагола. Что-что, а попугать он мог, одной только своей внешностью. Грузный мужик, серьезной физической силы, с лицом, на которое трудно было смотреть, не отводя взгляд:

однажды ему повезло вырваться живым из вскипевшей «газировки» — благо был он в защитном костюме типа «скат». Но и продвинутый сьют не спас его от последствий, в том числе и психических. Когда-то Попугай входил в группировку «Долг», но потом забил на это дело и подался в вольные стрелки, то есть в наемники. Стал тягать хабар и нашим, и вашим, а на упреки бывших товарищей по группировке отвечал мрачно и просто: «Деньги нужны». Впрочем, никто не мог попрекнуть его в крайней беспринципности. Во всяком случае, не было информации о том, чтобы он подставлял кого-то или крал хабар у приятелей из-под носа. Маус был знаком с ним по ряду совместных ходок, и ничего плохого в его адрес сказать не мог. К тому же знакомство с ним было довольно полезным: наемник зачастую получал интересную информацию из-за Периметра — от своих работодателей. А таких насчитывалось немало.

— Здоров, Маус, — тяжелым низким голосом ответил Попугай и протянул свой стакан с каким-то мутным пойлом. — За встречу!

Чокнулись, выпили. Маус торопливо заел выпитое шпротиной: водка конкретно отдавала сивухой. Где только достают такую дрянь в двадцать первом веке? Или снова наткнулись на старые запасы?

— Так ты теперь под Букой ходишь? — поинтересовался Попугай, скосившись в сторону спутников Мауса.

— Интересная формулировка, — недовольно отозвался Маус. — С каких это пор я оказался «под кем-то»? Я всегда сам по себе.

— Ну-ну, — неопределенно протянул Попугай. — Новую тему слышал?

— Ну-ка, озвучь.

— Про эликсир.

— Это про тот, который газировочные автоматы дают?

— Что? А, нет. Про другой эликсир. Эликсир разума. Из-за которого бандиты с Кислым сцепились.

Маус отметил про себя: вот этот безликий «Зет-восемь» и обрел имя собственное в номенклатуре артефактов Зоны. Эликсир разума — просто и понятно.

— Не, ничего такого не слышал, — соврал он. — А что, ценная штука?

— Думаю, это будет хит, — со знанием дела сказал Попугай. — Особенно если тот, кто найдет источник, сумеет сохранить его в тайне.

«Это вряд ли, — подумал Маус. — В Зоне ничего не сохранить в тайне. А если узнают, что ты — единственный носитель информации, то найдут, как из тебя эту информацию выбить. А труп скормят слепым собакам».

— Круто, — признал Маус. — То-то я смотрю — народу здесь мало. Небось, все бросились эту хрень искать.

Попугай неопределенно хохотнул:

— Кое-кто и бросился. Только есть инфа, что ни-кто нихрена не найдет. Это был разовый источник.

Маус осторожно кивнул: такое случается, и нередко. Разовый источник дает в руки счастливчику уникальный артефакт, гарантирующий, что ни у кого больше не появится ничего подобного. Тот самый Большой Приз. И с таким козырем на руках можно долго торговаться с теми, кто готов выложить приличную сумму за уникальность. А если добавить реальные свойства артефакта… Серьезная тема, что говорить. Это вам не «мамины бусы».

— Значит, ребята зря грязь месят и под аномалии подставляются? — нарочито равнодушно произнес Маус.

— Похоже на то. Но говорят, где-то есть контейнер с приличным запасом эликсира, — внимательно глядя на Мауса, сказал Попугай. — Кто-то из бандюков припрятал.

Неприятный это был взгляд. Могло показаться, что наемник что-то знает. Хотя это вряд ли — Попугай всегда так смотрит. Пугает. Оттуда и кликуха.

— Да ладно, — сказал Маус. — Откуда инфа?

— «Свободовцы» бают, — сказал наемник. — Как же ты пропустил? Ты из них вроде.

— Давно ребят не видел. Все дела.

— Понятно, — сказал Попугай. Если тебе говорят дела — значит, не хотят продолжать тему. У сталкеров не принято слишком настойчиво лезть с расспросами о делах. Надо будет — сами расскажут.