Убить волка
Шрифт:
Ножки трона оказались отпилены, вместо них стояли стопки золота, накрытые простыми деревянными дощечками.
— Сидя на этом, — раздумывал вслух Гу Юнь, — можно ли откладывать золотые яйца?
Шэнь И кашлянул, жестом попросив, чтобы маршал подбирал более разумные слова.
В это время офицер Сунь, обмочившийся от страха, успел поменять штаны. Улучив момент, он быстро переоделся, осознав, что позже у него не будет такой возможности. И тут офицер Сунь внезапно изменился. Избавившись от прежней трусости, он уверенно шагнул вперед и закричал:
— Кто дал вам
Услышав эти слова, Чан Гэн сложил руки в особом поклоне и, подняв на бандитов взгляд, произнес:
— Ограбление императорского посла расценивается как восстание, но пока у бандитов нет лидера, их можно только изгнать. Для столь мужественных людей, как вы...
Он остановился, многозначительно улыбаясь и игнорируя толпу дрожащих бандитов. Он как будто непреднамеренно начал говорить об этом, переводя взгляд от одного бандита на другого. В конце концов, он переключил свое внимание на Гу Юня и с улыбкой спросил:
— Ифу, твои лук и стрелы очень хороши. Можно мне их взять?
Гу Юнь махнул рукой:
— Бери.
Сунь Цзяо был напуган. Он не понимал, что задумал четвертый принц. Встретившись с ним впервые, он подумал, что молодой господин не был высокомерным, наоборот, казался очень чутким, искусным в беседах и совершенно бескорыстным. Однако теперь офицер Сунь понимал, что он, возможно, был слеп.
Чан Гэн объявил это, но бандиты тоже были не глупы. После его слов они закричали:
— Мы простые крестьяне! Мы не знали, что вы — императорские послы! Господа, пожалуйста, простите нас!
— Не так просто зарабатывать на жизнь на этих дорогах! Мы по несколько дней не видим людей, которые решились бы заехать на южные земли. Кто мог подумать о том, что мы встретим императорского посла! Мы крестьяне, мы не виновны... Нет, ну хотя не совсем, но у нас есть старики и дети! Это все очень непросто!
В этот момент вмешался солдат Черного Железного Лагеря и прошептал на ухо Гу Юню:
— Маршал, императорский инспектор южной границы, господин Куай, прислал посла. Он объяснил, что уже в курсе того, что на Аньдинхоу напали местные бандиты. Он скоро прибудет и приведет двести человек из личного состава.
Гу Юнь поднял невозмутимое лицо и встретился с Сунь Цзяо взглядом. Кровь на одеждах маршала еще не высохла, и победоносный блеск в глазах офицера Сунь смениться испугом.
Фу Чжичэн оставался горным разбойником, даже если он сдался когда-то, и его завербовали в армию; даже имея военные заслуги и ратные подвиги, нерационально было бы оставлять его на южной границе в качестве главнокомандующего.
К сожалению, в этом году разбойники с южных границ воспользовались восстанием на западной границе и захватили небольшую территорию Великой Лян. Тогда Гу Юнь был вынужден отправиться на запад. При императорском дворе не нашлось другого человека для службы на южной границе, поэтому у императорской канцелярии не оставалось выбора, кроме как «воскресить мертвую лошадь» и приказать Фу Чжичэну возглавить войско на южной границе.
Однако Его Величество ему не доверял. Императорский инспектор
Фу Чжичэн и Куай Ланьту оказались врагами, что столкнулись на узкой тропе. Каждая из сторон давно желала противнику скорейшей смерти, полагая, что от него определенно не стоит ждать добрых намерений.
— Я только переступил порог разбойничьего логова, а инспектор Куай уже «услышал» известие об этом. Похоже, что информация тут распространяется быстрее, чем у Тудигун [6].
Сунь Цзяо знал и то, что Куай Ланьту обычно не тратил время, выжидая подходящий момент, и отправлялся на место происшествия слишком уж незамедлительно. Офицер Сунь тут же попытался оправдать его:
— Маршал, честно говоря, наша поездкаявляется секретом. Мы не ожидали, что встретим по пути Его Высочество. Как я мог позволить принцу подвергнуть себя опасности? У меня не было другого выбора, и я попросил у инспектора подкрепление...
— У господина Сунь благие намерения, — улыбнулся Чан Гэн. — Но откуда вы знали, что поездка на юг окажется настолько рискованной?
Сунь Цзяо, знавший, что вот-вот прибудет его сторонник, выпрямился и пояснил:
— Вашему подданному было приказано отправляться на юг, чтобы успокоить южные пограничные войска. Мне давно известно о беззаконии в этом регионе. Поэтому чтобы предотвратить любой непредвиденный инцидент, я специально попросил Его Величество перед уходом о «Цзигу Лин» — как видите, кое-что пошло не так, как планировали, но, к счастью, Аньдинхоу очень опытен и не испугался опасности.
Гу Юнь беззаботно улыбнулся, не обратив внимания на лесть.
— Эти бандиты, — продолжил Сунь Цзяо, — буйствуют без страха, и с каждым разом становятся все наглее и опаснее. Если они осмелились напасть на императорских послов, то что говорить о простых людях? Если мы не избавимся от этой проблемы, ситуация на юго-западе не стабилизируется. Похоже, я был прав, взяв с собой «Цзигу Лин». Первый «Цзигу Лин» Великой Лян вот-вот обрушится на генерала Фу.
Примечания:
??? — Синхуа цунь — «Деревня Синхуа».
Написание очень похоже на то, что на самом деле было написано на флаге: ??? — Синцзы Линь — «Абрикосовая Роща».
2. ?????,?????
1) «Огонь не может полностью сжечь [траву], весенние ветры снова дают ей жизнь».
2) «Пожар не выжег ее (траву) дотла, весенний ветер повеял и она проросла вновь».
3. ??? — qianliyan — «бинокль»; «телескоп».
4. ? — jin — «цзинь» (китайский фунт; 10 лянов/500 грамм в КНР и Малайзии, 16 лянов/600 грамм в Гонконге, Сингапуре, на Тайване и других территориях) — полкилограмма.