Убить сёгуна
Шрифт:
Дети с восторгом смотрят спектакль, жуя дешевые сэнбэи, рисовые шарики, покупка которых явилась ценой за вход на представление. Несколько оборванцев за спинами остальных наблюдают за зрелищем бесплатно. Сегодня ками-сибаи не обращает на них внимания. Дела идут очень хорошо, ибо царит праздничное настроение, которое передается и продавцам еды, и уличным актерам. И те, и другие от души кормят и развлекают людей.
Народ ликует: Токугава сделал Эдо новой столицей, чему весьма способствовал пожар, после которого город отстроили заново. Появились дворцы сановников и замок правителя. После пожара купцы, занимающиеся торговлей лесом, черепицей и камнем,
Победа армии Токугавы в битве при Сэкигахаре три года назад утвердила превосходство его клана в Японии и позволила Иэясу претендовать на звание сёгуна. В Эдо хлынул огромный людской поток, так как правитель нанял множество умелых каменщиков, плотников и разного рода мастеровых для перестройки города в масштабах, подходящих для новых хозяев страны. Увеличившееся количество богачей способствовало притоку торговцев, проституток, актеров, игроков и воров. Все они хотели нажиться в столице.
Из сонной рыбацкой деревушки Эдо превратился в большой столичный город. Теперь любой его житель — эдокко, «дитя Эдо» — мог посвятить себя роскоши и удовольствиям. И не столь важно, был ли он рожден здесь, потому что эдокко — это состояние ума. Вскоре всех граждан города обуял повсеместный дух восторга.
Иэясу славился бережливостью и считал транжирство оскорблением небес. Он даже заставлял придворных дам складывать в коробку грязные таби, носки. Когда коробка наполнялась, Иэясу лично осматривал ее содержимое и решал, какие носки можно отдать служанкам, а какие пустить на тряпки. Человек с таким складом характера с трудом мирился с духом расточительства, который царил в столице. Он пытался бороться с роскошью, однако ничто не могло остановить волну оптимизма, питающую эдокко и заставляющую их безрассудно тратить деньги.
Жители столицы использовали любую возможность, чтобы повеселиться, будь то празднование Нового года, О-бона, или приезд сёгуна на строительство Эдо-е, замка Эдо, новой резиденции правителя. Сейчас здесь собралась огромная толпа: люди, держась на приличном расстоянии, наблюдали за тем, как проходит инспекция.
Токугава Иэясу был правителем Канто, богатой равнины в районе Эдо, всего тринадцать лет. Сёгуном он стал только год назад. Многие из зевак никогда не видели нового могущественного повелителя Японии, а сейчас им представилась такая возможность. Народ постепенно прибывал; собирались актеры и торговцы, развлекая людей, ожидающих появления даймё и самого сёгуна.
Четыре воина со своим командиром ходили среди толпы, наблюдая за порядком. Начальник стражников задержался на минуту, заглядевшись на кукол ками-сибаи. Фигурки, танцующие на кончиках бамбуковых палочек, живо напомнили ему детство.
Он окинул взглядом толпу, собравшуюся на краю строительной площадки, у широкого рва, который скоро зальют водой. Вырытая земля использовалась для засыпки болот, окружающих Эдо. Ров спиралью уходил от замка и шел через весь город, давая возможность рыть новые каналы; но ним торговцы смогут перевозить товары. Над ямой высилась каменная стена, которая должна была стать внешней частью крепости. Камни сюда привозили на лодках по реке Сумида, а уже здесь их обрабатывали умелые каменотесы.
Дома и торговые лавки за спинами толпы стояли вплотную друг к другу. В густонаселенном Эдо каждый клочок земли ценился на вес золота, а город возник в то время,
Частенько пожар выходил из-под контроля и уничтожал целые кварталы. Везде стояли пожарные вышки, ягура. Отсюда высматривали тонкие струйки дыма, предвещающие несчастье.
Командир знал, что замок Эдо велик по размерам и осмотр его правителем займет весь день. В конце концов новый сёгун придет и сюда, так что нужно обеспечить порядок в толпе. Пока все было тихо: люди мирно веселились. Только что поймали вора, которого по закону казнят в течение недели. Что ж, одним негодяем станет меньше.
Стражники оставили детей, столпившихся возле кукол, и пошли в ту сторону, откуда раздавались громкие удивленные крики. Командир велел своим подчиненным проложить ему дорогу, чтобы он мог видеть происходящее. Как только зеваки поняли, что к ним приближается самурай, они тотчас начали сторониться, сгибаясь в поклонах.
В центре круга, образованного толпой, стоял мужчина. Среднего роста, мускулистый. Темя не выбрито, как у самураев, а волосы завязаны сзади в узел. Однако, судя по осанке, он мог быть военным. После победы Токугавы при Сэкигахаре пятьдесят тысяч побежденных самураев остались не у дел и теперь различными способами добывали себе пропитание. Многие занялись крестьянским трудом, некоторые подались в разбойники, кто-то стал купцом, счастливчикам удалось пристроиться при даймё, но огромное количество самураев просто бродило по стране, пытаясь найти применение своим мечам. Их называли ронинами — буквально «людьми волн».
Незнакомец был очень похож на ронина, но разве мог самурай пасть так низко, чтобы превратиться в уличного комедианта?
Командир стражников внимательно наблюдал, как мужчина взял большой детский волчок и обвязал его пеньковой веревкой. Легким движением кисти он заставил игрушку крутиться, а потом из ножен, лежащих на земле, выхватил меч, резким движением поймал вращающийся волчок и поставил его на плоскость клинка.
Некоторое время комедиант держал меч неподвижно, затем слегка повернул его и направил волчок вниз по сверкающей стали. Стражник был поражен качеством клинка. Как и все представители своего класса, он с детства умел ценить хороший меч. Одно из двух: или ронин в прошлом был знатным самураем, или ему посчастливилось найти оружие на поле битвы.
Когда волчок достиг рукоятки меча, человек перевернул клинок, заставив игрушку вернуться назад, к острию, затем ловким ударом подбросил волчок в воздух и поймал другой стороной меча. Потом снова направил игрушку вниз по лезвию и возвратил к концу. Начальник был восхищен тем, как мужчина владел оружием. Тот действовал настолько уверенно, что находил время заглянуть в лица зачарованных зрелищем детей. Странно: создавалось впечатление, будто он кого-то искал.
Когда волчок возвратился к острию меча, человек резко взмахнул им, но на этот раз поймал игрушку на режущую кромку клинка. В толпе завопили от восторга. С безразличным видом ронин направил волчок вниз к самой рукоятке, а потом назад к острию. Кругом захлопали в ладоши.