Убить садистов
Шрифт:
Вовка нервно оглянулся на Борю, стоявшего у него за спиной, вытянув шею, и внимательно слушавшего весь разговор.
— Телега дал ему десять тысяч долларов как аванс под наш героин, — начал объяснять он, но тут дверь приемного покоя вновь отворилась.
— Насчет Телеги пусть не волнуется, — быстро проговорила Ольга, подходя к вышедшей медсестре.
— С врачом будете разговаривать? — спросила медсестра, и Ольга вбежала внутрь.
— Ну? Ты все понял? — очень солидным тоном спросил Вовка у Бори. — Решено твое дело, можешь спать спокойно.
— Ну, как же… — Боря не решался уходить, желая конкретизации обещания. — Она так
Вовка же, наоборот, хотел, чтобы он быстрее ушел: не то Ольга выйдет и скажет, что деньги не нужны, Мостовой и так все решит. Вовка очень рассчитывал на комиссионные. Разве он их не заслужил?
— Ты что же, хочешь, чтобы она при постороннем человеке открыто сказала: да, грохнем твоего Телегу или наедем на него? Мозги-то включи, парень!
Боря был почти убежден — по крайней мере, давить на Вовку дальнейшими вопросами поопасался: кто ж его знает, возьмет и увеличит плату. Неизвестно же, какими делами он заправляет в этой бригаде.
Вовка стоял на крыльце и просто балдел от раскрывшихся перспектив: сколько раз он пытался заработать денег, а получилось так неожиданно и интересно, черт побери!
Тут он заметил, как от больничной стены слева отделилась какая-то фигура и быстрым шагом направилась к ним.
Вовка почувствовал, что это как-то нехорошо. Проще говоря, испугался. Вглядевшись внимательней, он сначала не зрением, а перепуганными кишками своими узнал того бандита, который бил его у Алены дома, а потом и в бане.
Сергей Жест, выползший из джипа, все это время просидел на заднице у холодной стены. Сначала он просто боялся засветиться, пока руоповец не уехал, потом разминал закаменевшие мышцы. Ну а затем ему уже стало интересно. Услышав последний разговор, Сергей ощутил нервную дрожь: весь товар сейчас лежит в сумке у того самого лоха, из-за которого вся бодяга и началась. Теперь, когда Купава мертв, бригада разгромлена, концов не найдешь. А товар — вон он. Бабки-то какие немереные! Взять и залечь с ним на дно, спуская по чуть-чуть. На всю жизнь хватит!
Сергей решил, что думать больше не хера, все равно лучшего шанса не будет. Он вскочил на ноги и быстрой походкой направился к двум лохам на ступеньках.
Вова-художник, увидев его, замер, как загипнотизированный кролик. Окончательно узнав страшного бандита, он долго соображать не стал, а, завертев головой, шарахнулся в больницу — там коридоры длинные, это точно.
Дернув за ручку двери, он в одно мгновение покрылся холодным потом, подумав, что дверь заперта. Но она открылась со второй попытки. Влетев в тамбур, он услышал сзади топот и Борин крик. Боря против своего желания послужил сперва буфером, потом трамплином для Жеста, но подзадержал его всего на несколько секунд.
Вовка вбежал в приемный покой и увидел стоящую слева Ольгу с пожилым бородатым мужчиной в зеленой пижаме и такой же врачебной шапке, на шее у него висела приспущенная маска.
— Ни в коем случае, — говорил врач. — После операционной его отвезут в ПИТ, форсировать пробуждение никто не будет…
— Ой!! — заорал Вовка, кидаясь к Ольге, все остальные слова были слишком длинны, чтобы их произносить.
Ольга обернулась и увидела появившегося в дверях того самого бандита, которого она успокоила в бане. Бандит был весь какой-то помятый и грязный. Он рванулся за Вовкой, но, увидев Ольгу, слегка замешкался. Встреча для обоих была неожиданной. Вовка забежал Ольге
Ольга чувствовала себя очень усталой и не стала встречать врага в лоб. Она сразу переместилась влево, сработала руками, наклонившись, поймала бандита за поднятую для удара ногу. Рванула ее вверх, тот грохнулся на пол, еле успев в последнюю секунду подстраховаться ладонями. Перевернувшись, он вскочил на ноги и, схватив стоящую в углу металлическую вешалку, перекрутил ее в руках и швырнул эту вешалку в Ольгу. Ольга, отпрыгнув в сторону, не стала мешать вешалке лететь в наглядную агитацию. Подбежавшего бандита она встретила уходом в низкую стойку, змеей перешла вправо и обрушила на него каскад ударов в печень и почки. Тот по инерции проскочил дальше и, легко ткнувшись в стену, упал под ней, задыхаясь от приступа рвоты. Вовка подскочил и начал выкручивать бандиту руки за спину. Тот почти не сопротивлялся.
Ольга тяжело поднялась, посмотрела на Вовку и сунула ему сотовый телефон:
— Позвони.
— Ага. — Вовка был сильно удивлен порученным именно ему делом, выхватил трубку и начал набирать номер. — В милицию, да?
Ольга молча кивнула и подошла к обалдевшему от показанного представления врачу:
— Извините, нас прервали…
Врач выставил перед собой ладони:
— Не волнуйтесь вы так! Я сейчас же распоряжусь, там можно приготовить коечку…
Эпилог
За столом собралась небольшая компания — все свои: Игорь, бледный и вялый после лечения, но не потерявший своего мягкого юмора; Ольга, тоже бледная и похудевшая после нескольких бессонных ночей в больнице; Алена, то и дело жалующаяся на головные боли и Вовкино разгильдяйство, и Василий Семенович Мостовой. Он единственный был таким же, как всегда: слегка брюзгливым и хмурым. Общий разговор крутился вокруг синей «БМВ» третьей модели.
— Не уверен, — сказал Мостовой, стряхивая пепел с сигареты в пепельницу, — и дело вовсе не в том, что он был грабитель и убийца. Не в нем дело, а в обиженных им людях.
— Правильно, — с улыбкой подтвердил Игорь. — И мы тоже были ограблены.
— Игорь пролил свою кровь, — горячо встряла Алена и всех повеселила немного напыщенной фразой. — Да, да! — не унималась она. — И Ольга тоже, а еще они защитили нас с Вовкой. По нынешним временам, знаете ли, Василий Семенович…
— Вы не поняли меня! — пресек прения одним движением руки Мостовой. — Я же не закончил.
В это время раздался звонок в дверь. Ольга пошла открывать. Голоса, послышавшиеся из коридора, принадлежали Вовке и Боре. Все переглянулись: визит Бори или ничего не значил, или значил слишком много. По крайней мере, происходивший сейчас разговор напрямую касался тех десяти тысяч долларов, которыми Боря расплатился за свой покой. Игорю с Ольгой пришлось даже немного поспорить с Мостовым по поводу Бориных левых заработков. В конце концов Гриншпун ограничился несколькими пренеприятнейшими часами общения с опытными работниками РУОПа и зарекся на всю жизнь оказывать услуги авторитетам. Да теперь к нему никто бы и не обратился: все заинтересованные лица знали, где он побывал и с кем пообщался. Поэтому Боря стал для них нежелательным знакомым.