Убить Ганди
Шрифт:
— Добро пожаловать в Дели! — проворковала хозяйка, удерживая руку Малко в своей руке.
Малко подумал, что подтолкни ее легонько, и она покорно опрокинется на роскошный, в тропическом исполнении честерфилдовский диван, покрытый сиреневым шелком.
— Вам нравится моя обстановка? — спросила она. — Я все заказала у Клода Даля из Парижа.
— Очаровательно, — сказал Малко, усаживаясь в глубокое кресло с золотыми блестками.
Мадху устремилась навстречу вновь прибывшим гостям — какой-то индусской паре. Малко огляделся и заметил
— Ваша подруга действительно великолепна! — признал он.
— Да, ничего, — обронил Алан Праджер с кривой ухмылкой. — А в постели настоящий муссон: повышенная влажность и порывы бури, которые портят вам прическу.
— А по виду не скажешь, что она такая бешеная...
— Не то слово! Она без ума от иностранцев и только о том и думает, как к кому приколоться.
Мадху в этот момент направлялась к ним с двумя бокалами моэт-и-шандона. Каждый жест ее был откровенно вызывающ. Они принялись болтать о разных пустяках, и Малко никак не мог найти удобный случай, чтобы задать интересовавший его вопрос. В конце концов, видя, что пышная вдовушка тает при виде его золотистых глаз, Малко решился — и пошел напролом:
— Мне дали адрес одной сикхской женщины, — сказал он, — она живет в южной части Дели, в Хауз Кхасе, но я ухитрился адрес потерять. Мне надо ей кое-что передать, и вот теперь не знаю, как быть.
Взгляд Мадху Гупта слегка помрачнел.
— Вы знаете, как ее зовут?
— И имя забыл тоже. Знаю только, что отец ее погиб по время «Голубой Звезды».
Мадху ответила грудным смехом:
— Тогда вам будет трудно ее разыскать... Если она действительно из сикхов, ее фамилия обязательно будет Сингх. Но этого слишком мало... Нет, решительно не знаю, кто бы это мог быть. — И тут же добавила, впиваясь глазами в зрачки Малко: — Но если вы просто ищете красивую женщину, то в Нью-Дели их легко найти.
Мадху стремительно повернулась, сиреневое сари всколыхнулось перед носом Малко, и он оказался один.
Вечер продолжался, нежная индийская музыка лилась как будто из стен — это звучал «Акай», лазерная вертушка, спрятанная за сиреневой софой. Индийские гости накинулись на бутылки с виски «Ж и Б» и добросовестно нагружались.
Малко, вознамерившись установить добрые отношения с хозяйкой, нашел ее возле огромного лакированного (тоже от Клода Даля) стола, расписанного под золото и лазурь, на котором и был сервирован буфет.
— По-моему, это сари великолепно на вас смотрится, — начал он.
Вновь вся растаяв от золотистых глаз, Мадху жеманно просюсюкала:
— О, оно уже старенькое. Вроде меня...
Внезапно погас свет. У Мадху вырвалось с досады:
— Начинается! Опять крысы перегрызли кабель. Нет, надо переезжать. Помогите же мне зажечь свечи.
Малко последовал за ней на кухню. Там Мадху взобралась на стул, сняла огромный пакет со
— Помогите мне, — сказала она, — а то я упаду.
И спрыгнула с табуретки прямо в объятия Малко. Он почувствовал, как тяжелые груди прижались к нему, их лица соприкоснулись, и, несмотря на то, что потерянное на секунду равновесие было тут же обретено, Мадху Гупта на некоторое время замерла, прижавшись к нему и источая аромат своих духов.
— Какой вы сильный, — сказала она.
Вообще-то Малко, если и приподнял ее, то сантиметров на десять, не больше... Мадху зажгла свечу, которая осветила красное пятно тику на ее лбу. Взгляд ее ясно говорил, о чем она думала. И она совсем не торопилась уйти из кухни. Обернувшись, она задела Малко грудью и едва не лишилась чувств.
— Нет, не надо, — пробормотала она.
Малко, впрочем, стоял как вкопанный. От Мадху Гупта его отделяли какие-то сантиметры. Рот ее был приоткрыт. Волна адреналина хлынула Малко в кровь. При мысли овладеть этой аппетитнейшей, вдовой всего в нескольких метрах от ее гостей он весь загорелся. И положил руку на упругое бедро.
— Мамочка, нам нужен свет!
Мадху Гупта резко отстранилась. При свете свечи возникло маленькое чудовище — и застыло на пороге кухни.
Прекрасной мечте не суждено было осуществиться.
Как только зажгли свечи, гости — те, кто еще стоял на ногах, — поспешили улизнуть. Малко и Алан Праджер ушли в числе последних. Малко успел сообщить вдове телефон своего номера в «Тадж-Махале».
Праджер фыркнул:
— Ну как, торчал, небось?
— Само собой, — сказал Малко, — но я все-таки закинул удочку насчет той таинственной особы.
— Подождите, вы еще ее увидите.
Алан на полной скорости гнал «Мерседес».
— Мадху до сих пор действительно не знает, что вы тут делаете?
— Понятия не имею. Но я снабжаю ее виски «Ж и Б», моэт-и-шандоном и иногда еще икрой. Так что она не откажется сотрудничать до тех пор, пока от нее не потребуется чего-либо, представляющего опасность. И она никогда не задает лишних вопросов.
Малко продолжал ощущать на руках стойкий аромат вдовы. Вся надежда теперь была только на нее...
— Так. Завтра четверг, — вслух подумал он. — По логике вещей, Лал и Амманд Сингхи должны приехать в Дели. Первым же поездом.
Алан Праджер ответил не сразу. Наконец, со вздохом произнес:
— Так вы, стало быть, хотите туда заглянуть? Вы правы. Иначе было бы просто глупо. Только ставлю сто долларов против одной рупии, что они там не появятся.
— Я попросил бы у вас бинокль, — сказал Малко. — И вашего шофера с «Амбассадором».
— Без проблем! Но захватите еще кольт 45. Оба типа сверхопасны. Они не моргнув убьют двести человек, только чтобы спасти свою шкуру.
«Мерседес» остановился под навесом у входа в «Тадж-Махал». Поднимаясь по ступеням, Малко увидел молодую женщину, похожую на Амарджит, и сердце его болезненно сжалось...