Убить фейри

Уайлд К. С.

Если бы Посейдон действительно был ее отцом, он бы давным-давно забрал Меру из этой жалкой жизни.

Одним быстрым движением королева схватила ржавый меч, прикрепленный к ее боевым кораллам, и прижала его к горлу Меры. — Еще раз бросишь мне вызов, малявка, — она наклонилась ближе, — и не проживешь ни дня.

— Я бросаю тебе вызов! — закричала Мера, и благодаря устройству на губах матери ее голос прогремел так громко, что не только зрители и солдаты, но и вся Атлантида, должно быть, ее услышала.

Повсюду раздались потрясенные вздохи.

Какой

бы безумной ни была ее мать, она знала правила. Королева могла обречь свой народ на бессмысленную смерть, но когда кто-то из ее собственной родословной бросил ей вызов, она обязана согласиться. Если убьет Меру прямо сейчас, беззащитную и без шанса сражаться, то атлантийцы обязательно сделают то же самое с ней. Мера догадалась, что многие в этом атриуме хотели это сделать, им просто нужен был повод.

Особенно Белинда.

Да, закон защищал Меру. Королевский вызов требовал битвы, но она надеялась, что разозлила королеву достаточно, чтобы та сделала ход. Если бы мать убила Меру прямо сейчас, то дала бы атлантам повод разорвать ее на части.

Пусть смерть Меры послужит определенной цели.

Толпа вокруг них замерла в гробовом молчании, несомненно, ожидая конца Меры.

Она была готова.

— Я вызываюсь добровольцем! — профессор Керентер подплыл вперед с отчаянием в глазах, сжав руки в кулаки. — Я вызываюсь занять место принцессы!

У Меры перехватило дыхание, на нее накатила паника. Профессор был единственным хорошим человеком в ее жизни. Если бы он умер вместо нее… Мера не могла представить, что бы она сделала.

К счастью, ее мать быстро сообразила. — Отказано. Испытание кровью отменить нельзя.

— Она всего лишь ребенок, моя королева, — умолял профессор. — Смилуйся!

Ариэлла прищелкнула языком, с отвращением наблюдая за ним. — Такой мягкий… Умный, ценный, — сказала она, словно оправдывая его существование, — но такой ужасно мягкий. — Потом повернулась к Мере. — Вызов принят. — Королева убрала устройство от уголка рта и опустила меч. — Тебе следовало броситься на этот барьер, слабачка, — прошептала она. — Тогда от твоей смерти было бы больше пользы.

Глава 19

Все еще в прошлом…

Профессор Керентер закрепил ремни на броне Меры.

К боевой одежде из акульей кожи пришиты синие и белые кораллы, которые защищали ее грудь, живот, талию и колени. Под одеждой надето темно-синее чешуйчатое боди, отражающее свет от неоновых кораллов, украшающих пещеру профессора.

Мера смотрела на себя в зеркало на стене рядом с круглым окном. Профессор заплел ее волосы в высокую косу, какие носили большинство женщин-солдат.

Зеркало напоминало о времени, проведенном им на поверхности, когда разразилась война, сотни лет назад, он был тогда подростком. Сейчас во многих домах Атлантиды висели зеркала. Их легко сделать, направив тепло лавовых ям в очищенный песок — спасибо технологиям ее матери.

Темные

каменные стены дома профессора были неровными и неотшлифованными, в таких жили атланты в те далекие времена.

В большинстве домов теперь гладкие изогнутые стены самых ярких цветов, и во многих имелись специальные приспособления, помогающие справляться с повседневными делами, например, переделанные радужно-неоновые кораллы с усиленным свечением, которые мать Меры назвала лампами.

Забавно, что устройство напоминало разбитые лампы, найденные при кораблекрушениях.

Королева любила свои драгоценные технологии, но, в конце концов, это не более чем копия из верхнего мира. Она стремилась иметь те же вещи, что и у людей.

Через окно Мера наблюдала за городом, его огни приглушены слабым солнечным светом с поверхности. Свет падал на серебристую точку, мерцавшую вдалеке.

Замок Атлантиды. Красивый снаружи и убогий внутри.

Мера ненавидела мрачные и пустые каменные коридоры, молчаливых слуг, бесконечные избиения и отдающиеся эхом крики.

Все это закончится сегодня.

Замок мог быть маяком эпохи модернизации, которую продвигала безумная королева, вершиной ее правления, давшей ей много сторонников, но эти залы стали такими же прогнившими и уродливыми, как и сама Ариэлла.

Профессор Керентер потуже затянул ремни, и Мера снова повернулась к зеркалу. Она выглядела маленькой и тощей в своей броне.

Большинство атлантийцев вступали в армию только после достижения совершеннолетия. Доспехи созданы не для защиты ребенка, и даже несмотря на то, что профессор Керентер постарался найти доспехи самого маленького размера, они все равно были огромными. И тяжелыми.

Хотя скорость все равно не смогла бы ее спасти.

Ничто не могло.

— Ты не сможешь победить, используя силу, — советовал профессор, застегивая ремни, отчего Мере стало трудно дышать. Сегодня на нем желтые боевые кораллы поверх черной чешуйчатой одежды, его белые волосы собраны в тугой пучок.

Надев свой собственный боевой костюм, он оказал ей честь.

В конце концов, это были похороны Меры.

— Используй воду, — тихо добавил он, не смотря ей в глаза. — Сражайся так, как мы много раз тренировались. И используй жуть. Я знаю, что говорил тебе контролировать ее, но позволь ей поглотить тебя, только в этот раз.

Он что, сошел с ума?

— Использовать жуть в королевском поединке запрещено, — напомнила она ему. — Наказание — смерть.

— Мы пересечем эту долину, когда доберемся до нее, — заверил он. — Ты должна выжить, несмотря ни на что, Мера.

Она покорно покачала головой. — Мама сильнее меня во всем. Я не уйду с этой арены живой.

Он этого не отрицал.

— Королева называет тебя дочерью Посейдона, — заявил он, поправляя доспехи на ее спине и затягивая ремни в попытке приспособить их к ее хрупкому телу. — Боги, может быть, и ненастоящие, но я знаю, что она называет тебя так, потому что ты ей нравишься.