У забора
Шрифт:
Я подтянула повыше лиф неудобного топа, задумавшись, просвечивался ли он. Материал был таким тонким.
– Спасибо.
Линда удивленно взглянула на девушку.
– Скай. Когда ты пришла?
– Только что. Зашла через черный ход.
– Она плюхнулась на красный круглый пуфик рядом с зеркалами и намотала лапшу на вилку.
– Не знаю, сколько уже этой лапше. Несколько дней точно.
Линда принялась разделять одежду на две стопки.
– Купить сейчас.
– Она указала на одну стопку.
– Купить потом.
– Кивнула на другую. Потом посмотрела на наряд, который все еще был на мне. Зеркало напротив заверяло, что топ не просвечивался, но он был таким легким. И с цветочным узором! Прежде я никогда не носила ничего с цветами. Ну, возможно, только лет в пять.
– В этом будешь сегодня работать, - сказала Линда, указывая на наряд на мне.
– Э-э... не знаю, готова ли моя аура смириться с цветами.
Она засмеялась, будто услышала шутку, но потом все же бросила мне полосатую блузку, в которую я быстро переоделась.
– Сейчас пробью эти вещи, и ты сможешь приступить к работе.
Вот только мне казалось, что я уже отработала тяжелый час, примеряя одежду. Утомительное занятие, надеюсь, мне больше никогда не придется этого делать. Еще раз окинула взглядом свое отражение. Я была не похожа на себя.
– Ты отлично выглядишь, - уверила меня Скай, набив полный рот лапшой.
Когда я вышла из-за ширмы, Линда улыбнулась.
– Прекрасно.
– Она вздохнула так, будто только что совершила какое-то чудо и была довольна его результатом. По крайней мере, пока ее взгляд не достиг моих лица и волос. По-моему, она хотела что-то сказать, но одно дело - попросить кого-то приодеться, совсем другое - поработать над лицом.
Она начала пробивать одежду, а я наблюдать, как число на маленьком черном экране становилось все больше и больше.
– Скай, - позвала Линда.
– Я купила новую краску.
Девушка соскочила с пуфика и подошла к комоду в углу.
– Зеленая. Круто! Поможешь мне после закрытия?
Линда помогала ей красить волосы? Должно быть, родители Скай реально пофигисты. Хотя она выглядела старше меня. Может, она уже не жила с родителями.
Линда убрала чек в ящик своего стола, вероятно, чтобы позже вычесть эту сумму из моей зарплаты.
– Конечно, - ответила она.
– А теперь смойся отсюда. Мне нужно обучать Чарли.
– Ладно. Хорошо.
– Скай направилась к служебному помещению, и мне вдруг в голову пришла одна мысль.
–
– Ох, нет. Ее мама сбежала, когда она была маленькой.
– На лице Линды вспыхнула жалость, когда она посмотрела на дверь, за которой только что скрылась Скай.
– Просто ей нужно больше любви. Вот и все.
У меня перехватило дыхание. Вот как Линда видела отсутствие матери? Как недостаток чего-то? Я ничего не сказала, да и не надо было. Линда заполнила тишину обучением того, как складывать кофты, сортировать стойки по размерам и должным образом вешать брюки.
Два часа пролетели незаметно. Вновь переодевшись в свою обычную одежду, я взяла рюкзак с новыми вещами и ключи от машины.
– Итак, жду тебя в субботу в десять, Чарли.
– Линда замолчала, призадумавшись.
– Это прозвище?
– Это сокращение от Шарлотты. Чарли мне больше подходит.
– Это точно.
– Женщина указала на рюкзак с вещами.
– Можешь носить их дома, они пригодны для стирки в машинке.
– Эм, да...
– Я пожала плечами.
– Если братья увидят меня в этой одежде, то проходу мне не дадут.
– Каждый живет своим умом, малышка.
Не в моем доме. В моем доме мы постоянно лезли друг другу в головы. Было трудно не поддаваться влиянию братьев.
– Ну да.
Со связкой ключей в руке она последовала за мной к двери, очевидно, чтобы закрыться.
– А как же твоя мама? Уверена, ей понравится, когда она увидит тебя в этой одежде.
В голове всплыл жалостливый взгляд Линды, когда она говорила, что у Скай не было мамы. Я очень хорошо знала этот взгляд. Видела его прежде. Он всегда следовал за строчкой "Моя мама умерла, когда мне было шесть лет". Эта строчка была моей точкой отсчета. Далее следовали соболезнования слушателей, а затем этот взгляд. Иногда взгляд задерживался на месяцы и появлялся при каждой встрече со мной. Сложно сказать, что было хуже: этот взгляд или когда он наконец исчезал и воспоминание о моей истории растворялось в затаенных уголках их разумов. Как они могли забыть, когда я не могла?
Давненько я уже не видела на себе этот взгляд. Большинство людей знали о маме. Мы почти всю жизнь жили в одном доме и ходили в одну школу.
Я открыла рот, чтобы уйти от ответа, но внезапно произнесла:
– Моя мама, как и я, не разбирается в моде.
– Мое лицо покраснело, и я, не оборачиваясь, вышла на улицу. Я только что притворилась, будто моя мама была жива? Более того, я одарила ее своим чувством моды. Хотя знала, что это было ложью. Видела достаточно ее фотографий, чтобы знать наверняка - она всегда выглядела потрясающе. В моей памяти всегда была свежа фотография, на которой мама в длинном желтом сарафане стояла на пляже и смотрела на волны.