Тысяча стрел для нелюбимой...
Шрифт:
– Хорошо… А ты?..
– Быстрее. Я следом…
Настя кивнула и уже повернулась к изгороди, подталкиваемая Арсланом. Ей было так страшно, что она стремилась хоть руками разгребать этот жёсткий каркас, который был перед ней. Холодок вдруг пробежал по спине. И она повернула голову. На заднем крыльце стояли двое мужчин, и они прицеливались в них. А Арслан закрывал её спиной.
Сердце Насти забилось со страшной силой. Время, казалось, замедлилось. И, не до конца понимая, что делает, она со всей силы оттолкнула Арслана и просто заслонила
Раздались выстрелы…
А дальше началось то, что Настя улавливала лишь частично. Она видела, что тех людей, что стреляли, тут же скрутили люди в форме и в масках. Неужели отряд спецназа? Товарищи Арслана? Как они здесь оказались?..
Вот она слышит хриплый, встревоженный голос Арслана. И выдыхает. С ним всё в порядке! Он зовёт её, но она не видит его, потому что у неё нет сил, на то, чтобы поднять только что закрывшиеся веки. Она даже не чувствует боли, всё тело словно занемело.
Вот раздался тревожный вой сирены. Настя слышала тревожные голоса вокруг, но не разбирала, что они говорят. Единственный голос, который она улавливала чётко. Это был голос Арслана.
– Держись, маленькая моя… Держись, любимая…
Любимая…
Уплывающее сознание уцепилось за это слово. Но, даже оно не могло удержать его надолго.
ГЛАВА 17
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Арслан задумчиво смотрел на задремавшую на его плече Настю. Наконец, спустя три долгих месяца её выписали из больницы, и они ехали домой. Четыре месяца с тех пор, как теперь по настоящему убили отца Насти. Четыре месяца спустя всей той неразберихи, которая последовала позже. Потому что отряд спецназа, который автоматически принял вызов, когда Арслан тихо активировал кнопку на телефоне, хоть и прибыл во время, но... Слишком горячей была заварушка. И много парней пострадало. Слава Богу, что все живы остались.
Арслан аккуратно прикоснулся к щеке Насти. Четыре пули...
Они едва не убили её. Одну из них врачи не стали доставать. В их стране никто не взялся за этот случай. Никто не захотел рисковать, и консилиум врачей решил пока оставить пулю в голове Насти. Это было безопаснее, чем хирургическое вмешательство, с почти стопроцентным смертельным исходом. Но, и оставлять всё на самотёк было нельзя. Потому что это пуля была бомбой замедленного действия. И она давила на мозг. И в любой момент могла убить Настю…
Участок, который отвечал за память, она точно задела. Потому что, очнувшись, Настя не узнала его. Никого не узнала. Даже Нелю. И никто из врачей не мог дать гарантии, что она вспомнит хоть что-то.
Арслан осторожно взглянул на телефон, на который только что пришло сообщение. Сообщение от главврача одной немецкой клиники, с которой он связался несколько недель назад. Он отправил туда все данные по случаю Насти. И вот сейчас пришёл ответ. Они готовы их принять!
Арслан напряжённо выдохнул, поймав внимательный взгляд своего помощника, который был за рулём, в зеркальце заднего вида.
–
– Я закажу билеты и всё организую, - отозвался Степанов и кивнул.
Эту неделю Арслан прожил как на войне. Каждую секунду, ожидая удара противника. Это триггерило. И заставляло вспомнить то, что он помнить не хотел.
Настя же на удивление эту неделю чувствовала себя абсолютно нормально. В один из дней они даже пригласили Нелю с детьми на ужин. Настя активно пыталась восстановить свои воспоминания о жизни.
И вот, спустя неделю они, наконец, приземлились в международном аэропорту Дюссельдорфа.
– Настя, что?!!
Как сквозь вату, услышала она голос Джураева, и сквозь туман увидела его встревоженное лицо, начиная оседать на пол. Но Арслан успел подхватить её. Она оказалась практически на нём, только ноги оказались на полу. Настя встряхнула головой, пытаясь хоть немного прийти в себя, стараясь привычно просканировать пространство, которое её окружало. Шикарный VIP-зал ожидания международного аэропорта. Они ждут медицинский транспорт от клиники, которая предоставила им трансфер от аэропорта до клиники.
По губам у неё вдруг заструилось что-то теплое, и она поднесла руку, и коснулась их. Посмотрев на неё, увидела кровь. Видимо, с давлением что-то не так, раз пошла кровь из носа.
Всего пару секунд назад, она, бодро вышагивающая рядом с Джураевым, почувствовала ослепительную вспышку головной боли. А вместе с болью ей, как по щелчку, вернулась утраченная память. По щекам заструились горячие слёзы…
Снова!.. Она сделала это снова!.. Поставила его жизнь выше своей собственной…
Ведь четыре пули, едва не убившие её пару месяцев назад, одна из них до сих пор была у неё в голове, были предназначены ему.
А она, не раздумывая, прикрыла его собой. Того, кто, возможно, этого не стоил!.. Но того, которого так отчаянно и безответно любила целых семь лет.
– Бригада врачей с минуты на минуту будет здесь…
Краем сознания она услышала голос Степанова, помощника Джураева и даже нашла силы усмехнуться. Врачи здесь не помогут…
Потому что ЭТО не лечится. Её нездоровая, ненормальная любовь к Арслану Джураеву…
– Настя, посмотри на меня!! Смотри на меня, чёрт побери!!
Требовательный голос Арслана звучал всё глуше.
На неё вдруг накатилась такая усталость и обречённость. Пусть это всё закончится уже, наконец…
– Настя, не сдавайся! Слышишь меня, не сдавайся!!..
Его голос стал едва слышен, и Настя с усилием прошептала:
– Я хочу домой… Пожалуйста, отвези меня домой…
И отключилась.
Бригада медиков прибыла очень скоро. Её погрузили на носилки, чтобы поскорее загрузить в реанимобиль. И в нём и позже, в больнице её пытались реанимировать. Но…
– Это уже бессмысленно… Время смерти двадцать два тридцать, - устало сказал пожилой врач, накрывая её с головой плотной материей…