Тыковка для босса
Шрифт:
– Вызови ко мне Филиппа, - приказал я. Голос по-прежнему звучал предательски ниже, чем обычно.
Фил вошёл через минуту - спокойный, собранный, излучающий полную профессиональную компетентность.
– Что-то срочное, Влад?
– Да, - кивнул.
– Стажёрка. Дочь Кравцова. Ты берёшь её под своё непосредственное кураторство.
Филипп удивлённо моргнул.
– Я? Но ты же вроде сделал девушку своей личной помощницей на время отработки практики.
– Обстоятельства изменились. Я не могу позволить себе тратить время
Вру, но вру убедительно. Филипп слушает внимательно, без тени сомнения на лице.
– Ульяна будет работать в твоём подчинении, Филлип. Ты ставишь ей задачи, ты проверяешь её отчёты, ты следишь за её графиком. Все коммуникации со мной - через тебя. Это касается и подписания любых документов. Мой рабочий день слишком загружен, чтоб я отвлекался на каждого стажера.
Филлип спокойно кивнул.
– Хорошо, Влад. Принято. На самом деле, идея отличная. Её отец - серьёзный человек, и она, кажется, способная. Мне сообщить ей?
– Я сам. Можешь быть свободен, - сказал, отпуская его.
Я снова остался один. Заставил себя откинуться на спинку кресла. Глубокий вдох. Контроль и границы восстановлены.
Взял телефон. Дозвонился до её рабочего стола, и она ответила сразу, после первого гудка, идеально ровным голосом.
– Ульяна. Вы больше не являетесь моим личным помощником по проекту, вы переходите под руководство моего заместителя, Филлипа Эдуардовича. С сегодняшнего дня вы подчиняетесь напрямую ему, и отчитываетесь перед ним. Любые вопросы, документы или даже взгляд в мою сторону должны быть согласованы. Это приказ.
Тишина. Затем она ответила, и её голос звучал так же холодно, как мой, но я уловил в нём нотки разочарования.
– Принято, Владимир Константинович.
Я молча повесил трубку. Периметр восстановлен. Я убрал её от себя, поместил её за щит своего заместителя. Теперь у неё не будет возможности опускаться передо мной на колени, поднимая ручки, или «случайно» касаться моего тела. Это был правильный шаг. И я должен чувствовать себя победителем.
Но почему тогда в голове набатом бьёт от того, что это ложное ликование и я лишь всё усложняю?
9 глава
До встречи с ней
Я потратил остаток дня, чтобы убедить себя: это было единственно верное решение. Элегантный, чистый ход, который сохраняет мою репутацию, её практику и мой покой. Она теперь под контролем Филлипа. Он - мой надёжный, неэмоциональный и профессиональный щит.
Правда, я и себя надёжным, неэмоциональным и профессиональным считал. До встречи с ней. Она быстро показала мне, как сильно я ошибался.
После обеда секретарь напомнила, что у меня по плану участие в планёрке отдела маркетинга. Я отправился туда, взяв блокнот и намереваясь активно слушать. Так и вышло. Только вот активно слушал я не их
Я узнал его мгновенно. Чистый, заливистый, беззаботный. Точно такой, каким я его помню из той ночи, которую стоило бы забыть. Когда она смеялась с моих шуток.
Я резко отложил ручку и сел ровнее. Не может быть. Не может она так быстро начать смеяться. Над чем она смеётся?!
Через десять минут раздался голос Филиппа. Негромкий, приглушённый, но я активно слушал происходящее за стеной.
– Ульяна, ты - молодец! Не ожидал такой хватки от стажёра.
Я встал и прошёл к графину с водой, максимально тихо и не привлекая к себе внимания настолько, насколько можно. Набрал стакан воды и сжал его, борясь с желанием сжать кулаки.
Филипп никогда не хвалит просто так. Он скупой на комплименты, всегда подчёркнуто серьёзен. А тут и «молодец», и «хватка».
Вернулся на своё место так же тихо и посмотрел на выступающего. Его рот открывался и говорил важные вещи, но я не слышал их, хоть и заставлял себя слушать. Мне бы на том, о чём речь, сконцентрироваться. Это доходы компании, контракты, о них нужно думать. А не о том, над чем смеётся стажёрка.
Но я не мог. Меня терзало ощущение, что я не просто убрал её от себя, а подарил, завёрнутую в подарочную юбку-карандаш, своему заместителю.
Совещание подошло к концу, и вместе с ним подошло к концу моё терпение. Мне нужно зайти в соседний отдел, нужно их увидеть. Нужно убедиться, что она работает, а не соблазняет моего заместителя.
Я вышел из кабинета, приняв позу человека, который несёт на плечах судьбу компании. Шёл медленно, с достоинством, и лишь у ручки двери притормозил. Так тихо, как возможно, нажал на неё, заглядывая внутрь.
Они сидели рядом. Ульяна смотрела в монитор, а Филипп совершенно непринуждённо склонился над ней. Его рука была протянута к его столу, чтобы показать что-то на экране, и его пальцы находились в опасной близости от её плеча. А её чопорный пучок слегка рассыпался, и несколько прядей упали на голую шею.
Она что-то тихо сказала, и Фил склонился ниже, чтоб расслышать. На их лицах не было ни грамма профессионального напряжения, только заинтересованное, доверительное общение. Словно они были единственными людьми в этом мире.
Больное воображение легко подкинуло картинку того, чего я не вижу, но что могло происходить - она, поглаживающая под столом его ногу.
Я почувствовал, как меня обдало волной иррациональной, животной ревности. Порыв был таким сильным, что я едва сдержался, чтоб не схватить её за локоть и силой не уволочь в свой кабинет.
– Филипп Эдуардович, - мой голос прозвучал слишком громко и слишком резко.
Оба вздрогнули и повернулись ко мне.
– Владимир Константинович? Что-то случилось?
– Филипп тут же стал по стойке смирно и принял официальный вид.