Ты — все для меня
Шрифт:
Женщина шла прямо на него.
— Здорово! — прозвучало энергичное приветствие. Голос у нее оказался выше, чем он предпологал. Обветренность ее форм делала невозможным определить ее возраст. Женщина остановилась и ухмыльнулась Уэстмору.
— Магазин лектроники здесь находится?
Уэстмор счел ее деревенский акцент очаровательным.
— Магазин электроники, да. Телевизоры, компьютеры, стереосистемы, и все такое.
Она вздохнула, ее улыбка сменилась разочарованным выражением.
— Вот ведь, столько
Уэстмор рассмеялся.
— Почему вы так говорите? — Хотя он обращался к ней, глаза у него были прикованы к ее груди — довольно пышной груди. Сквозь изношенную ткань блузки было видно, что, во-первых, она не носит лифчик, во-вторых, соски у нее диаметром больше двух дюймов. Уэстмор даже почувствовав легкое покалывание в области промежности, когда мимолетный взгляд вниз уловил намек на пышный пучок лобковых волос.
— Вот, блин, я никогда не была в таком магазине, и ничего о нем не знаю. — Она вдруг спохватилась. — Ой, простите! Меня зовут Истер!
Женщина протянула руку.
— Привет, Истер, я — Уэстмор. — Но когда он пожал руку, он снова ощутил покалывание. Рука у нее была горячей и влажной. Ладонь мозолистая от работы, но верхняя сторона — изящная, элегантная, белая, как алебастр. Наконец, он спросил:
— Полагаю, вам что-то нужно в этом магазине?
— О, да, мне нужен магнитофон. Его еще называют «кассетник».
— Наверняка, они у них еще есть.
Она обеспокоенно посмотрела на него.
— Что значит, «еще есть»?
— Кассетники в наши дни — антиквариат. Сейчас все цифровое. Айподы, музыка чрез интернет, цифровые плейеры…
— Е-мое… О таких вещах я ничего не знаю. Я — с холмов, как вы, наверное, догадались. Теперь ее взгляд выражал полное замешательство.
— Уэстмор, если я не смогу найти магнитофон, я попала.
— Должен быть именно кассетный? — недоверчиво поинтересовался он.
— Ну, я даже не знаю. Мне просто чтобы разговор записать.
Уэстмор тщетно пытался не поддаваться ее очарованию. В ложбинке между грудей словно медовая глазурь блестел пот, призрачные очертания сосков убивали наповал. Он подумал, что могло бы прийти в голову писателю. Эта женщина… нетипично привлекательная. Он извлек из нагрудного кармана свой мемо-рекордер.
— Возможно, подойдет что-то вроде этого, — он показал ей устройство размером с мобильник. — Эта штучка для напоминаний.
— Напоминаний?
— Видите, когда хотите что-то записать, просто нажимаете эту красную кнопочку и говорите.
Он поднес рекордер к ее лицу.
— Скажите что-нибудь, Истер.
Она уставилась на устройство, с трудом переваривая услышанное.
— Э…э…
— Отлично. Когда вы записали, что хотели, отжимаете красную кнопочку. А если хотите проиграть запись, нажимаете большую черную кнопку с надписью «Играть», и все.
Из мемо-рекордера раздалось:
— Э…э… ну, э… привет! Меня зовут Истер!
Истер взвизгнула, как будто только что стала свидетелем какого-то умопомрачительного фокуса. Даже подпрыгнула от восторга. Уэстмор тоже испытал восторг, увидев, как подпрыгнули у нее при этом груди. СРАНЬ господня. Эта деревенская баба просто ВОСХИТИТЕЛЬНА.
— Именно то, что мне нужно, — хихикнула она. — Думаете, у них в магазине есть такая машинка?
— Конечно, есть…
— Ох-ох-ох… — Она неловко протянула себе за спину руку, немного наклонившись. Тут Уэстмор заметил у нее на спине очень старый рюкзак. Но он не успел упасть духом, поскольку, когда она наклонилась, он увидел кусок сногсшибательной голой груди и края темных, цвета розового мокко сосков. Ох, блин…
Она извлекла неряшливую пачку купюр.
— Думаете, шестьдесят пять долларов хватит на такую?
Уэстмор рассмеялся.
— Они стоят гораздо дешевле, Истер. Может, баксов десять, включая аккумуляторы. Но потом он пожал плечами. Какого черта?
— Оставьте деньги себе. Возьмите себе эту.
— О, я не могу.
— Нет, берите. У меня много таких штучек.
Он настойчиво протянул ей рекордер, и она, после долгих колебаний, взяла его.
— Я же даже отблагодарить вас как следует не могу, — воскликнула она. — Позвольте мне вам заплатить…
— Нет. Просто возьмите. Поверьте мне, Истер. Клянусь, в машине у мня еще три таких.
Женщина изумленно уставилась на простое маленькое устройство.
— Батюшки, какой вы хороший человек, Уэстмор. Теперь мне даже не придется идти в этот магазин, где меня бы уж точно облапошили. Спасибо вам большое!
— Да на здоровье.
Глаза у нее буквально светились от радости.
— Позвольте мне, хотя бы, угостить вас кофе.
Все чувства у Уэстмора, казалось, обострились. Тебя же тянет к ней, кретин. Не делай этого.
— Конечно, — ответил он.
3
Они расположились возле «Старбакса», стоявшего прямо через дорогу. Уэстмор чувствовал себя неловко, со своим полувозбужденным членом в штанах. Из-за жары им пришлось взять кофе со льдом, и Уэстмор заводился лишь еще сильнее, глядя, как Истер посасывает свои кубики льда, словно они из нектара.