Ты студент, Гарри
Шрифт:
— Боря! Твой выход! — скомандовал Гарри и отошёл в сторону.
Борис поднял руку и принялся создавать пока ещё трудное и сложное для него плетение напрямую из силы. Сначала вокруг его руки от жара задрожал воздух, затем появились язычки пламени, но спустя шесть секунд на доске вспыхнули те самые три буквы.
— Дамы? — произнёс Гарри и тут же получил в руки две пипетки с кровью.
Быстро нанеся капельки крови одаренных девственниц на нужные места, он кивнул Борису. Тот отпустил силу и надписи почти погасли.
Гарри взял иголку и проткнул себе палец. Он принялся обводить те самые три буквы своей кровью. Крови было недостаточно, и ему пришлось уколоть палец ещё два раза. На каждую букву.
— Готово, — произнёс он и обернулся к остальным. — Господа...
Мрак-Беленький выпустил силу и направил её в проклятье.
— Отныне эта школа, наконец, проклята официально!
Линии на доске почернели, пламя из лёгкого голубого стало чёрным. Лёгкий хлопок, и всё мгновенно исчезло, а молодой некромант подошёл с тряпкой к доске и стёр рисунок.
— Дарья? — обернулся Гарри. — Кабинет надо удержать полчаса. Этого хватит, чтобы проклятье невозможно было бы повернуть вспять.
Девушка кивнула.
— Хорошо.
— Все уже построились, — заметила Катя, выглянув за штору. — Скоро начнётся!
— Уходите вдвоем. Я за вами, чтобы не заподозрили, — скомандовал Гарри.
Борис отодвинул стул и отпёр дверь. Выглянув, он удостоверился, что в коридоре пусто и кивнул подруге.
Когда парочка покинула кабинет, Гарри подошёл к двери и принялся прислушиваться к удаляющимся шагам.
— Гарри, — произнесла Даша.
— М-м-м?
— По поводу слов, что я дала.
— Мы с тобой об этом уже говорили, — вздохнул парень.
— Я знаю, но давай попробуем рассмотреть это в другом русле. Это очень нужно мне и... — тут девушка отвела взгляд. — Будет приятным тебе.
— То есть мы уже торгуемся? — хохотнул Гарри.
— Это не торг, а взаимовыгодное сотрудничество. Мне очень дорого моё слово. А ощущать, что оно не имеет никакого значения для посторонних... Для тебя. Меня это очень сильно...
— Ты буквально пару дней назад тряслась от моего вида.
— У меня было время подумать, — глубоко вздохнула девушка, отчего её грудь заметно приподнялась.
Гарри невольно скосил взгляд на то, что было видно с двумя расстегнутыми пуговицами.
— Если тебе будет проще, я могу её показать полностью.
— Цвет? — ответил вопросом парень, не сводя взгляда с груди.
— Желтый. Кружевной комплект, — произнесла Дарья, поднеся руку к пуговице и расстегнув белую блузку, демонстрируя краешек лифчика.
— Подготовилась, значит... Дарья... Я ведь некромант, — попытался взять себя в руки парень. — Я ведь сейчас шторы открою и окно распахну.
Девушка демонстративно подошла к занавескам, сорвала прищепку, и раскрыла их. После этого молча открыла
— Отсюда неплохой вид, — обернулась она, вытащила края блузки и принялась ее расстегивать.
— Демидова, ты понимаешь, что последствий у этого не будет никаких? — не сводя взгляда эпичнейшего зрелища желтого нижнего белья, произнёс Гарри, остановив взор на причудливом кружевном узоре. Он складывался в желтую пятиконечную звезду на центре лифчика.
Парень несколько секунд размышлял, после чего пробормотал себе под нос:
— Значит, жёлтые...
Он поднял взгляд ей в глаза и произнес:
— Мы не станем любовниками.
— Да и друзьями будем вряд ли, — кивнула Даша и слегка приспустила юбку. Ровно до того момента, когда над её краями появились желтые кружева, после чего выгнулась назад, опершись на подоконник, чтобы не выдать дрожащих рук и продемонстрировать фигуру. — Ничего личного, Гарри. Я держу слово и получаю новый опыт. Ты — удовольствие. Всё честно.
Гарри с трудом проглотил ком в горле, подошёл к девушке вплотную и выглянул в окно. Оценив вид, он прошептал на ухо Дарье.
— Ну и сука же ты, Даша!
— Это значит нет? — деловым тоном, сдерживая дрожь, поинтересовалась девушка.
Гарри скосил взгляд на группу родителей и столкнулся взглядом с Георгием Романовым, что уже заметил их и наблюдал.
— Финал должен быть эпичным!
— И как он? — спросил Александр, задумчиво смотря на зеленый парк, усеянный цветами.
— Старый он, близко все к сердцу принял, — вздохнул Георгий.
— Работать то сможет?
— Я думал, что сдуется, после такого, но нет. Силен. Крепкий еще.
— Доделал?
— Угу. Выдал мне полный расклад. Он готов выйти на испытания Русской чумы.
Император усмехнулся, после чего тяжело вздохнул.
— Лишь бы этот ящик пандоры никогда не открылся...
— ...Ты уж меня извини, но если нас припрут — я бы предпочел, чтобы его все же открыли.
— Думаешь дойдет?
— Надеюсь, что нет, — буркнул младший брат, поднес кружку с крепким черным кофе к носу и втянул аромат. — Гарри, должен успеть встать на ноги.
— Как он, кстати?
— Ну... — вздохнул глава тайон канцелярии, сделал глоток кофе, после чего достал из кармана фотографию и протянул брату.
На фото, на переднем плане была изображена стоящая спиной директор с поднятой рукой. За ней строй учеников, обернувшихся назад, на здание школы, где белыми буквами было написано нецензурное слово. Рядом с надписью, в окне виднелась довольная физиономия Гарри, показывающая большой палец.