Ты - не вариант
Шрифт:
— Да чтоб вас! Уже второй раз не дают сказать, — на его лице отображается смесь усталости и раздражения. — Считай разговор окончен.
— Илья, Марк, вам отдельное приглашение нужно? — кричит Николаич, выходя на лед в тренерской экипировке с логотипом команды.
— Нет, тренер, — отвечаем мы хором и присоединяемся к команде.
Тренировка проходит очень интенсивно и результативно. Мы разбираем ошибки прошлой игры и настраиваемся на следующую. Каждый из нас старается вывести команду в плей-офф и поэтому нужно сокращать оплошности к минимуму, а лучше вообще их не допускать. Неважно,
— Сколько мне раз еще повторять вам? — стоя за бортом, строго произносит тренер. — Не старайтесь обыграть соперника на своем пятаке. Вы можете быстро потерять шайбу, и она окажется в ваших воротах, и вы даже не успеете глазом моргнуть. Поняли?
— Да!
— Отлично, — он что-то отмечает в своем планшете. — Илья, после тренировки останься, я отдам билеты на завтрашнюю игру для команды.
— Хорошо, тренер. — Отзывается капитан.
— Парни, на этом тренировка окончена. Идите отдыхать и настраиваться на предстоящий матч, — глядя на нас, произносит Николаич. — Все свободны.
— До свидания, — восклицаем мы и направляемся к выходу со льда.
— Ах да, Марк, ты тоже задержишь, — в последнюю минуту просит тренер. Сокомандники с ухмылками смотрят на меня, проходя мимо. Я объезжаю к бортику, где, уже облокотившись на него, улыбается Илья.
— Что на этот раз? — спрашивает он. Я молча пожимаю плечами, совершенно растерянный просьбой остаться.
— Так парни, начнем, — обращается к нам Николаич. — Сначала, ты, Марк.
— Да, тренер? — я нервно сглатываю. Поймите меня правильно, я достаточно стрессоустойчивый и меня мало что может напугать, но, когда этот мужчина нависает над тобой, честно скажу, становится не по себе.
— В последних играх я вижу значительное улучшение твоей игры. Однако, я замечаю, что ты боишься плотно удерживать игроков противоположной команды.
— Но для этого нужно использовать силовые приемы или приемы блокировки.
— И? — хмурясь, Николаич скрашивает руки на груди. — Ты защитник и использование приемов одна из твоих задач.
— Но если я не рассчитаю силы, то могу заполучить удаление и подвести команду, — сообщая я ему. — А вы попросили меня не удалятся, так как это портит мою статистику.
— Парень, а ты постарайся выполнять свою работу четко и слаженно, без удалений! — холодно говорит он, но затем смягчившись, продолжает. — Я вижу в тебе отличного хоккеиста, но в твоей голове явно что-то происходит, и ты никак не можешь с этим справиться. Мой тебе совет, приятель, разберись с этим и поскорей.
— Да, тренер, — после недолгой напряженной паузи киваю я.
— В другом я не сомневался, — отвечает Николаич и переводит свое внимание на капитана.
Я едва слышу, о чем они говорят, продолжая стоять неподвижно возле борта. Обычно окружающие люди замечают изменения в другом человеке только тогда, когда оно радикально отличается от привычного поведения. Однако, у тренера получается увидеть изменения при мельчайшем отклонении. Он способен видит каждого из нас насквозь. Даже сейчас Николаич прав. Мое стремление угодить отцу, но в тоже время, сделать все, что только можно, чтобы нас перестали сравнивать,
— Белый, ты чего завис? — Илья вырывает меня из моих размышлений, слегка дергая за форму.
— Да так.
— Снова об отце думаешь? — он отходит от меня и направляется к выходу со льда. — Может тебе уже стоит с ним поговорить? И как советует тренер выкинуть уже это из головы?
— Я подумаю! — злобно отвечаю я, но через пару секунд остываю. — Если бы было все так просто.
— Все реально просто, друг. Стоит только попробовать.
— Наверное, — опустив голову, бреду за парнем в раздевалку.
— Все только в наших головах и стоит только начать об этом говорить, все становится не так страшно, — произносит капитан, держа ручку дверцы. — Ты этим только загоняешь себя в угол.
— Было бы проще, если бы он ходил на мои матчи, — признаюсь я, не глядя Илье в глаза.
— Ты даже не знаешь, почему.
— А что тут знать? Ему стыдно за меня, я не самый лучший, каким был он, — я чувствую, как злоба подходит к горлу.
— Это он сказал?
— Нет, но это и так понятно.
— Кому понятно? — друг усмехается.
— Всем.
— Не говори ерунды, — по-доброму отвечает капитан, открывая дверцу раздевалки. — Еще раз говорю, лучше поговорить с ним, чем что-то придумать себе и верить в это.
Я оставляю без ответа последние его слова, молча пройдя внутрь. Он прав, он чертовски прав. Я взрослый парень и мне нужно взять и поговорить со своим отцом, но меня что-то останавливает. Вот только что?
Выйдя из душа в одном полотенце, я направляюсь к своему месту, как раз в тот момент, когда мой телефон издает звук входящего сообщения. Его отчетливо слышно почти в пустой раздевалке. Большинство парней уже ушли, осталось только я, Илья, Мороз и братья Власовы.
Хватаю телефон в руки и ловлю себя на мысли, что жду сообщения от Даши, но на экране появляется контакт сестры и легкое разочарования проходит по телу.
— Подруга твоя пишет? — слышу я насмешливый голос друга. Я испытываю дежавю. Вот Илюха завязывает шнурки на кроссовках, вот Мороз полирует своей шлем, и вот сейчас они оба заладят, что Даша мне нравится.
— Нет, Мишель, — сухо отвечаю я.
— Передавай ей от меня пламенный привет, — широко улыбаясь, поднимается Илья.
— Разбежался.
— Не ревнуй, — он слегка бьет кулаком о мое плечо. — Какие планы на вечер?
— Все, на что меня хватит — это ужин, подготовка к экзамену и может посмотреть парочку серий сериала.
— Хотел сказать скукота, но понимаю, что буду занят тем же самым, — капитан надевает куртку и застегивает ее, оставляя шею открытой.
— У тебя когда конец сессии? — я быстро переодеваюсь в спортивный костюм. Реально дежавю какое-то.
— Завтра с утра экзамен, а потом на следующей неделе последний и можно забыть про это все до конца апреля. А у тебя что?