Ты - не вариант
Шрифт:
Если честно, мне совершенно не хочется оставлять ее одну в таком состоянии и, если еще честнее, мне не хочется больше называть себя ее другом, но что делать с этим, я пока не знаю.
— А что, если твой бывший нагрянет к тебе с извинениями или что хуже с очередными оскорблениями, — продолжаю, — не будет ли безопаснее остаться у меня, хотя бы до утра?
Я вижу, как она анализирует всю ситуацию и пытается принять решение, но уже через пару секунд она сдается:
— Ты прав. Этот диван раскладывается? — девушка указательным пальцем показывает
— Да.
— Отлично, значит я сплю на нем.
— Есть одна проблема.
— Какая? — недоверчиво спрашивает она.
— У меня нет дополнительного комплекта постельного белья, — я пожимаю плечами. — Я не думал, что он мне когда-то будет нужен.
— И что ты предлагаешь?
— Давай переспим?
— Что? — ее глаза округляются и после этого я понимаю, что сказал не то, что должен.
— Я имею в виду, переспим ночь вместе на кровати, — я говорю быстро. — Обещаю, приставать не буду.
Она слегка краснеет, смотря на меня темно-карими глазами.
Ох, Дашка, если бы ты только знала, что я хочу с тобой сделать, не болтала бы так много.
— Обещаю, — я протягиваю мизинец правой руки.
— Обещаешь? — спрашивает она, но соединяет свой мизинец с моим.
— Конечно, — мы разъединяем пальцы, и я чувствую легкое покалывание. Да что со мной такое? Веду себя как сопляк. — Давай я тебе принесу во что переодеться.
— Все, что могу предложить, — спустя пару минут я отдаю ей плотную белую футболку, подаренную командой на один из моих дней рождения.
— Спасибо, — она берет приготовленную для нее вещь и направляется в спальню. — Пойду переоденусь.
Она уходит в другую комнату, но не закрывает за собой раздвижные двери. Эта изюминка в этой квартире. Раздвижные белые двери с черными полосками, огораживают зону спальни и прихожей. Стоя на кухне, мне отлично видно зеркало в полный рост, стоящего в прихожей и открывающий вид на девушку.
Я не должен смотреть, не должен. Но не могу оторвать взгляд.
Даша через голову снимает свою толстовку, которая оказывается на флисе, и я обнаруживаю, что под ней ничего нет, кроме кружевного черного лифчика с широкими лямками, сужающиеся к плечам. Я нервно сглатываю. Чувствую себя подростком, впервые увидевшего женскую грудь. Девушка надевает футболку, выглядящая на ней как платье-мини, снимает легинсы и заново натягивает длинные белые носки. Видя Дашу в своей одежде, в районе сердца начинает ныть. Каждый день бы видел ее в этой одежде в своей квартире. Возникшая мысль не пугает меня, а, наоборот, радует.
Проходя мимо зеркала, Даша хмурит бровь, сначала я думаю, она замечает меня, потому что я никак не могу отвести от нее свой взгляд, но потом я понимаю, она рассматривает небольшую черную надпись с левой стороны футболке.
— Если хочешь меня — улыбнись, — читает Даша вслух. — Ты правда носил эту футболку на людях?
— Да, — не могу сдержать улыбку. — Парни подарили
— Почему?
— Потому что в команде есть так называемые весельчаки, которые каждый раз подкалывают сокомандников, когда те улыбались, не специально и не осознано. В общем и целом, детский сад.
— Трусы на лямках, — продолжаю она.
— Ты запомнила? — смеюсь я.
— Есть такое, — Даша входит на кухню. — А значит, ты хочешь меня?
— Что? — я чуть ли не давлюсь собственной слюной.
— Когда я прочитала надпись на твоей футболке, ты улыбнулся, — она мило пожимает плечами. — Не значит ли это, что ты хочешь меня?
«Конечно, хочу», — хочется ответить мне.
Я смотрю в ее глаза и подхожу чуть ближе, оставляю между нами небольшое расстояние. Ее улыбка пропадает, а дыхание учащается. Я отчетливо это ощущаю. Я слегка наклоняюсь и у меня кипит в жилах кровь, когда я осознаю, что Даша не отстраняется, а, наоборот, смотри на меня с вызовом.
Громкий звук рядом с нами рассеивает всю атмосферу. Хватает совсем немного времени, чтобы понять, звонит телефон Даши. Я недовольно морщусь, когда она бросается к нему. Девушка опускает уголки рта и сужает глаза.
— Кто звонит? — задаю вопрос я.
— Леша, — она приоткрывает рот, я встречаю ее настороженный и напряженный взгляд.
— Не бери трубку, — я сжимаю челюсть. Она несколько секунд смотрит на меня, выключает звук и кладет телефон обратно на столешницу.
— Ты прав, я не буду брать, я обещала себе.
— Вот и умница. — Но телефон продолжает звонить и звонить. — Давай я отвечу или заблокирую его.
— А не будет ли это еще хуже?
— Мне плевать, — я делаю шаг вперед, но телефон перестает вибрировать и дальше звонки не идут. — Вот и чудесно. Пошли спать.
Я выключаю освещение, а Даша молча вытаскивает телефон с зарядного устройства и идет следом за мной. Мы также молча ложимся на кровать и мне не нравится появившееся напряжение. Этот придурок портит все, даже не находясь рядом.
— Дашка, — зову ее, когда мы оба лежим под одеялом на спине. — Все будет хорошо.
— Надеюсь, — говорит она. Я чувствую, как она расстроена, как пытается сдержать вырывающиеся слезы.
— Если пообещаешь мне не плакать, то можешь задать один любой вопрос, — в темноте улыбаюсь я.
— Любой?
— Совершенно любой, — я переворачиваюсь на бок, чтобы быть лицом к девушке. — Валяй.
— Ты сам мне разрешил, — предупреждает она, а я киваю, как будто, она может увидеть это. — Боишься ли ты разочаровать отца, если и в этом году не пройдете в плей-офф и не выиграете кубок?
Я морщусь и нервно сглатываю. Я ожидал любого вопроса, но только не этого. Почему Даша не могла спросить про девушек или еще про что-нибудь? Хотя, чему я удивляюсь? Это же Даша. Она лезет в самый центр, забирается под кожу и ковыряет самые болезненные раны и переживания.