Ты - Моя Вера
Шрифт:
– Черт бы тебя побрал, Анна!
Анна не сразу поняла, что произошло. Просто в один момент она оказалась зажата в крепких тисках. Его губы накрыли ее рот. Девушка не успела испугаться или удивиться. Ее мгновенно окутал его дурманящий запах. Его поцелуи настолько настойчивые, настолько порочные не давали ей возможности отстраниться. Сильные мужественные руки подхватили ее, как пушинку, и понесли в спальню. Несмотря на молниеносный порыв, он положил ее на кровать так бережно, словно Анна была хрупкой хрустальной вазой. Когда же его пальцы потянулись к застежке ее платья, девушка зажмурилась и задрожала от едва сдерживаемого страха.
–
Его руки застыли. А сам он словно замер в ожидании ее реакции, готовый в любой момент вновь накинуться на нее. Вопреки своему изначальному плану расставить все точки над “i” с упрямым олигархом, сейчас девушка уже не была так однозначно уверена в принятом решении.
– Девочка, я тебя не съем, — она уловила легкую нотку иронии в мужском голосе.
– Ха! А я вот вам нисколечки не верю! — у Анны вырвался нервный смешок и, осознав, что она только что сказала, от испуга она резко распахнула глаза. — Ой!
По его ужесточившемуся профилю трудно было догадаться, о чем он сейчас думает. И только несколько мелких морщинок вокруг строгих серых глаз показывали, что эта ситуация, кажется, его забавляет. Он криво усмехнулся и, нависая над ней, спросил:
– У тебя всегда так получается? Сначала делаешь, потом думаешь?
– Я творческая личность. Мне свойственна некоторая спонтанность, — Анна с трудом сглотнула и уставилась на него. Если из-за ее внезапно нахлынувшего страха, он обидится и уйдет, то она скорей всего умрет от стыда. Нет! Этого нельзя допустить! Надо просто объяснить ему, в чем дело! Он же взрослый и опытный! Он должен ее понять! От подружек Анна слышала, что некоторые мужчины не любят возиться с девственницами. По этой причине ее часто убеждали срочно избавиться от этой “проблемы”. Она тогда лишь отмахивалась от слов девочек. Но теперь, оставшись один на один с Волковым, Анна замешкалась. А вдруг ему не понравится? Вдруг он ее снова оттолкнет?!
– Станислав Георгиевич, я просто… — Анна так и не смогла произнести вслух эти слова. Ее щеки залились краской и она стыдливо отвела глаза.
– Стас. Перестань звать меня по отчеству, — он потянулся к ней и завел за ухо прядь черных волос. — Анна, если ты не хочешь, ничего не будет, — заверил он. Волков резко отпрянул от нее и сел на кровать, отвернувшись спиной. — Ты еще не готова. И я точно не лучший кандидат для тебя.
– Так вы советуете мне поискать другого? — спросила Анна, глупо хихикнув. — А у вас… то есть, у тебя тоже всегда так получается? Сначала целуешь до потери сознания, а потом советуешь найти другого мужчину?!
– Ты нарываешься, девочка!
– Интересно на что?! Я пока еще ничего не поняла! — из-за острого возбуждения и одновременно сильного страха в Анну словно вселился чертенок. Она сама себя не узнавала!
– Детский сад какой-то! — тихо рассмеялся Волков и устало закрыл лицо ладонями. А вот веселье Анны в секунду испарилось. Она прилежно лежала на большой кровати, предварительно чуть ли не предложив себя олигарху. И вместо умопомрачительной ночи любви, которую обычно обещают во всех любовных историях, мужчина ее мечты спокойно продолжал сидеть к ней спиной.
– Стас… Станислав Георгиевич, — всхлипнула Анна, едва сдерживаемые слезы. — Если я вам не нравлюсь, уходите, пожалуйста. Это уже становится унизительным… — она закрыла лицо ладонями, отвернулась и тихо заплакала. Анна думала, что уж сейчас Волков точно уйдет. Зачем ему возиться с глупой неопытной дурехой, которая его вечно злит, а вдобавок еще и умудрилась разрыдаться при нем как маленькая?! Но вопреки ее ожиданию, кровать рядом с ней неожиданно прогнулась. Стас притянул ее
– Извините.
Волков обхватил ладонями ее лицо и заглянул прямо в глаза.
– У тебя уже нет выбора, девочка. Ты это понимаешь?!
– Да, — растерянно прошептала она, глядя в серые магнетические глаза.
– Веришь мне? — спросил он, хищнически прищуриваясь.
– Да.
– Глупая девочка, — прошептал он, и его губы вновь завладели ее ртом. Только на этот раз все было по-другому. Волков целовал ее иначе. Стас неожиданно стал нежным. Он словно смаковал, пробовал ее на вкус. Его руки блуждали по всему ее телу. Нежно. Бережно. Он не рвал одежду на ней, как прошлый раз, а медленно снимал каждую вещь и зацеловывал оголившуюся часть. Он словно окутывал ее своими губами, руками, самим собой. Каждой клеточкой своего тела Анна чувствовала его поцелуи, его прикосновения, его самого. Ее стало трясти от нахлынувшего возбуждения, кожа покрылась приятными мурашками, а в низу живота заныло. Из ее рта вырвался стон наслаждения, а Волков тихо хмыкнул:
– Не спеши, девочка, — он отстранился. На пол быстро полетела вся его одежда, и теперь они оба были обнажены.
Прильнув к ней вновь, олигарх словно задался целью помучить ее подольше. Он облизывал, нежно покусывал, а потом зацеловывал каждый сантиметр ее тела. Он медленно спускался от шеи вниз к ее груди, рисовал восьмерки языком вокруг ее затвердевших сосков, затем стал спускаться к животу.
– Пожалуйста! — выкрикнула Анна, уже не в силах сдерживать себя.
– Еще рано, — послышался довольный голос Волкова. Вопреки надеждам девушки, что он снова повторит то порочное безумство, что творилось между ними прямо на музыкальном инструменте, его губы спускались все ниже, игнорируя самое чувствительное женское место. Он покрывал мелкими поцелуями ее бедра, колени, голени. Когда же он дошел до ступней, облизнул, затем втянул большой палец в рот, Анна всхлипнула от накрывшего ее с головой острого возбуждения.
– Ш-ш-ш. Тебя нужно расслабить.
Кажется, на ее теле не осталось ни единого сантиметра, до которого бы Стас не дотрагивался и не целовал. Анна словно попала в мучительный рай, где занятия любовью сладкая нескончаемая пытка. Наконец его ладонь дотронулась до чувствительного бугорка. Его виртуозные пальцы заиграли на ней как на великолепно настроенном инструменте. Анна уже не могла сдержать себя. Она выгнулась от пронзительного удовольствия. Стас то наращивал, то замедлял темп, лаская ее складки. Это порочное безумие продолжалось довольно долго, пока вдруг его пальцы не исполнили последний финальный аккорд, и ее тело тут же пронзила освобождающая волна феерического взрыва. В ушах зазвенело, кожа горела от стыдливой опьяняющей похоти. Анна едва успела насладиться упоительным экстазом, как внезапно почувствовала нестерпимую резкую боль, словно ее пронзили насквозь.
– Ш-ш-ш… Тише, девочка. Ты должна ко мне привыкнуть. Больно будет не всегда, — успокаивал замерший Волков внутри нее. Он не двигался, давая ей время прийти в себя. Стас снова потянулся к ее губам. Он целовал ее так мучительно сладко, что, несмотря на жгучую боль, Анна полностью отдалась этой ласке. Стаса затрясло, он застонал ей в рот, и Анна резко распахнула глаза. Она смотрела на мужчину, нависающего над ней, и только теперь догадалась, как тяжело ему сдерживать свое острое желание. Его лицо исказила мучительная гримаса, а на лбу выступил пот. Она подняла руку к его лицу и убрала упавшую прядь волос.