Ты моя самая
Шрифт:
— А? Ну да! Мы просто хотели сказать, что твой меч-бабочка у нас, — быстро проговорил Лодэт, обращаясь к кифийке, но при этом подозрительно поглядывая на лисичку: та, совершенно не стесняясь, с блаженным видом тянула носом и даже плотоядно облизнулась, демонстрируя ряд мелких белых зубов. — Вроде бы всё сказали, — растерянно протянул он.
— Мой меч с вами? — переспросила Мирра. Гномы дружно кивнули. — Присмотрите за ним, пожалуйста. — Коротышки довольно заулыбались. — И спасибо вам. За всё! — искренне поблагодарила она — впервые в жизни — мужчин. — Я скоро заберу его
И побежала за своими вещами.
Часть II. Ученица. Глава 17
Мирра вернулась из города в Шагос ровно к назначенному часу. При ней были все её личные вещи, и она успела переодеться в повседневную одежду, которая мало чем отличалась от парадного костюма.
На площади стояла пронзительная тишина, никто больше не шутил и не переговаривался. В воздухе чувствовалось напряжение. Все ожидали, когда объявят, кто будет обучаться в академии в этом году.
Мирра огляделась вокруг, а потом уставилась, как и все, на, казалось, прилипшие намертво стрелки часов. Удивительно, но в замок вернулись не все из тех, кто сегодня принимал участие в первом отборочном туре. Не то чтобы Мирра всех запомнила, но это было заметно по количеству находящихся во дворе.
“Была бы моя воля, я бы тоже ни за что не вернулась!”
Большая стрелка сдвинулась, наконец, с места, и по воздуху поплыл чистый переливчатый звук рога, и тотчас створки древних ворот начали медленно закрываться. Все обернулись и в полном молчании наблюдали за сужающимся просветом. И было в этом что-то по-настоящему мистическое. Вот сейчас створки закроются, и ты навсегда застрянешь в этом непонятном, чуждом тебе мире оборотней.
“Без паники! — успокаивала себя Мирра. — Есть маленькая заветная дверь, через которую я в любой момент могу уйти отсюда. И никто меня не задержит и не остановит! Правда для этого придётся ударить в позорный колокол, тем самым сообщив всему Шагосу о своей слабости и трусости, а в этом уже нет и следа чести и доблести. — Обвела взглядом стоящих вокруг новобранцев: похоже, у них были те же мысли. — Нет. Ни за что не посрамлю честь воительниц! Не ударю в колокол раньше времени!”
Створки с гулким грохотом сошлись вместе, заставляя каждого присутствующего на площади вздрогнуть. Дверь главной башни открылась, и во двор один за другим начали выходить преподаватели и маги. Первым шёл верховный маг.
— Рад видеть всех в добром здравии, — без предисловий начал Бартобас. — Сейчас Валенд огласит имена будущих курсантов Шагоса. Как только вы услышите своё имя, проходите с вещами под тот навес и ждёте остальных.
Худощавый высокий юноша вышел вперёд и развернул свиток, край которого упал к его ногам и немного откатился в сторону, он обвёл взглядом присутствующих и торжественным голосом прочитал первое имя:
— Гунар из рода Сорнера, прибыл из горной страны Азарии, — и каждое произнесённое им слово вспыхивало в воздухе над его головой и потом медленно гасло.
— Здесь, — тихо произнёс азарец, поднимая свой походный мешок с земли и направляясь под навес.
— Видар из рода Сорнера, прибыл из горной страны Азарии.
— Находится на лечении в лазарете, — сообщил Эримон —
Бартобас кивнул и махнул рукой своему помощнику, чтобы тот продолжал. Юноша читал одно имя за другим, и в это время вокруг него творилась настоящая магия: слова не просто звучали, они заносились в память этого древнего места.
Мирра сразу поняла, что список идёт в той же последовательности, как они выступали. Когда назвали её имя, она подняла руку, подхватила свои вещи и гордо зашагала под навес. Мирра была счастлива! Пусть она находится всего лишь в начале пути, но главное, она здесь, в стенах Шагоса, и сейчас вместе с остальными такими же достойными воинами пройдёт ритуал посвящения.
“Ну-у-у допустим, не все такие уж достойные, — поправила она себя, встретившись взглядом с Гунаром. — Этих братцев я не подпустила бы даже к воротам Шагоса”.
Мирра не считала себя в чём-то виноватой! Всего этого вполне можно было избежать, если бы один из братьев не вёл себя, как подонок, с самого начала. Она решила не проходить далеко под навес, остановилась возле колонны и равнодушно отвернулась, с интересом осмотрела ряды преподавателей. Вздрогнула, встречаясь с горящим взором мастера по рукопашному бою.
“Ох и злющий же! — Мирра зябко повела плечами и сделала вид, что её очень заинтересовал гравий под ногами. — Лучше вообще не смотреть на него!”
— А твоя выглядит довольной, — прошептал Сверр, стоя за спиной Берга.
— Вот так посмотришь со стороны… — Торольв прищурил глаз, словно прицеливаясь. — Ведь ни за что не скажешь, что эта хрупкая девчушка воительница с Меотии.
— Внешность, как известно, друг мой, обманчива, — недовольно пробурчал Альрик. — С виду божий одуванчик, а на самом деле монстр.
— Да какой монстр? — возмутился Торольв. — Ты только посмотри на неё.
— А что мне на неё смотреть? — не успокаивался Альрик. — За человека говорят его поступки. В данном конкретном случае хватило одного дня.
— Всё это ерунда, — тихо проговорил Берг, разглядывая свою суженую. — Я вот думаю, какой будет у неё духовный тотем?
Чтобы это древнее место начало считать новобранцев своими, они должны были открыть ему свой духовный тотем, при этом символическое животное самостоятельно делало выбор. Для этого новобранцу достаточно было по доброй воле войти в кристально чистые воды подземного озера, которое так и называлось — Око Шагоса.
Да, обычно это очень сложный процесс: глубокое погружение в себя, которое достигается с помощью медитации, во время которой вы обращаетесь к собственному подсознанию и родовым корням. Но это древнее место видит вас насквозь и показывает ваше священное животное самостоятельно.
— Взбесившаяся кошка, — выдвинул своё предположение Альрик, но встретившись с осуждающим взглядом Берга, тихо добавил: — По крайней мере, очень похожа.
Берг скривил губы в подобии улыбки, а Торольв легонько толкнул Альрика в бок, но тот лишь равнодушно отмахнулся, даже не удостоив его взглядом.