Ты моя проблема
Шрифт:
Но когда дверь в кабинет открывается — я вижу Дениса. Кстати, сегодня он выглядит лучше. Отечность спала, и краснота тоже. До красавчика ему еще далеко, но он явно на пути к этому.
— Денис! — Дамир протягивает Соколову руку. Улыбается.
— Здравствуйте, Дамир Алимович. Вы сказали, у вас ко мне какое-то дело.
Соколов обводит кабинет взглядом и наконец замечает меня.
7
— Что она тут делает? —
— Собственно, это и есть дело.
Денис трет бровь костяшками пальцев. Раздумывает. Я словно вижу, как крутятся мысли в его голове.
— В чем суть?
Дамир Алимович разворачивает стоящий на столе ноутбук и запускает запись. Там, конечно же, я, огибающая спорткар с ключом наперевес.
— Ребята проверили. Этим утром она вышла из твоей квартиры. Я поэтому и решил сообщить лично. Мало ли близкая подруга… Не хотелось бы портить отношения.
— Сводная сестра, — отрезает Соколов, будто презирает одну мысль, что я могу быть ему другом, — я заплачу за ремонт.
— Ты же знаешь, я к тебе хорошо отношусь, но…
— Я все понимаю, — Денис пожимает Дамиру руку, — попрошу менеджера сделать перевод.
Больше они не говорят. Соколов просто выходит из кабинета. На меня внимания не обращает.
Я еще пару секунд нахожусь в прострации. А потом вздрагиваю и бегу за ним следом. Остро чувствую на себе масляный взгляд Дамира и передергиваю плечами. Хочется стряхнуть с себя весь этот кошмар. Лысый, кстати, возвращает мне мой смартфон уже в проходе.
Еле-еле успеваю забежать в лифт, почти влетая в Дениса на всей скорости. Прилипаю к стенке, немного запрокинув голову.
— Прости, — бормочу, складывая ладони вместе прямо перед собой, — я не хотела, точнее… я не знала, что так получится.
Соколов смотрит вперед. Молчит. Стоит с ровной спиной, слегка расставив ноги в стороны. Руки убраны в карманы спортивных штанов. Серых таких.
Пространства в лифте мало. Меня колотит от этой близости и атмосферы полной ярости. Не моей, конечно. Денис внешне выглядит спокойным, но я всеми фибрами души чувствую, насколько его коробит внутри. Наверное, пару раз в своих мыслях он уже точно открутил мне голову.
— Я верну деньги, у мамы попрошу… не знаю. Я найду. Прости, правда.
— Замолчи.
Он играет желваками. И кажется, раздражается от каждого моего вздоха. Когда двери лифта расползаются в разные стороны, Соколов подается вперед. Очень быстро выходит на улицу.
Я бегу за ним хвостом. Шаг в шаг. Ощущаю, что бешу его этим еще больше, но поделать с собой ничего не могу. Вся эта ситуация ужасна, и теперь я чувствую себя перед ним в долгу. Хотя в реальности это так и есть.
Зачем он заплатил за меня эти деньги? Он же меня не переваривает. Да и благородство явно не его жизненное кредо.
— Что у тебя с лицом? — все же не выдерживаю и спрашиваю то, что так давно вертится на языке. Очень вовремя, конечно, и в тему.
Соколов игнорирует мой вопрос и снимает машину
— Я не просила мне помогать… — почти кричу ему в спину.
Видимо, эти слова становятся последней каплей. Он резко разворачивается и припечатывает мое дрожащее от адреналина тело к машине. Его ладонь упирается мне в грудь. Мысли в голове мгновенно путаются. Я часто дышу и смотрю на него во все глаза, пока ветер раздувает распущенные волосы в разные стороны. Прядки то и дело прилипают к щекам или губам.
Там, где он прикасается, неимоверно жжет. Кожа под кучей одежды огнем горит.
Денис тем временем стискивает зубы. Второй рукой упирается в крышу машины. Заключает меня в ловушку. Склоняет голову вбок и просто пронзает взглядом. Темным, заставляющим сжаться до размеров попрыгунчика.
Такое странное чувство, но я не слышу и не вижу ничего вокруг. Только шум ветра и его побитое лицо. Сейчас оно не кажется мне таким ужасным, как вчера. Пульс зашкаливает. Сама не знаю, зачем кладу ладонь поверх его руки.
Соколов реагирует на мой жест. Скользит взглядом чуть ниже и отдергивает свою руку. Отталкивается от тачки. Отворачивается.
— Сядь в машину.
Его голос звучит замогильно. Ровно так и очень низко.
8
Киваю, несмотря на то, что он этого не видит. Отлипаю от корпуса машины и на ватных ногах опускаюсь на сиденье.
Соколов больше на меня не смотрит. Садится за руль и заводит двигатель.
Тереблю свои коротко стриженные ногти с уже убитым маникюром и поворачиваюсь к окну. Мимо проплывают улицы, прохожие. Сейчас город не кажется мне светлым и дружелюбным. Скорее злым и коварным. Сегодняшняя ситуация в очередной раз показала, что сначала нужно думать и только потом делать.
«Ксю, тебе уже девятнадцать, ты должна быть серьезнее!» — вопит внутренний голос.
— Зачем ты вообще трогала его тачку? — Соколов нарушает тишину. Я даже замечаю его скользнувший по моему лицу взгляд.
— Я думала, она твоя.
— И?
Теперь уже непонимающе смотрит в глаза. Становится неуютно, но я тщательно это скрываю.
— Ты сам виноват, — складываю руки на груди и закидываю ногу на ногу.
Лучшая защита — это нападение. Поэтому я вновь стараюсь казаться воинственнее, чем есть на самом деле.
Денис вопросительно заламывает бровь.
— Ночная тусовка, — поясняю, цокая языком. — Я же говорила, что не могу уснуть, — закатываю глаза.
— А я говорил выметаться из моей квартиры, сразу.
Ну, тут, конечно, согласна. Говорил.
Он чуть сильнее сжимает руль, и я мгновенно улавливаю этот жест. Напряжение не спадает и никуда не девается. Я словно сижу на вулкане, который в любую минуту может извергнуться.
— Куда тебя?
— К Щуке.
Соколов кивает, а вскоре и правда высаживает меня рядом с училищем.