Ты мой мир

Гордон Люси

Джексон вытащил из своей сумки маленькую фигурку бога с головой сокола.

Жанин рассмеялась из-за того, с каким лицом Эймос стал рассматривать фигурку.

– Могущественный, говоришь, – пробормотал глава семейства.

– Именно. Он является покровителем неба, солнца и луны, – пояснил Джексон. – Я думал, тебе точно понравится.

Эймос искренне заулыбался, что было для него редкостью.

– Да, мне действительно нравится.

После ужина сын с отцом удалились продолжить разговор о поездке Джексона в Египет.

– Я так

рада за него, – сказала с улыбкой Жанин своей дочери, – да и к тому же Эймос одобряет.

Затем Фрея пожелала всем спокойной ночи и отправилась спать. Она долго лежала, погруженная в раздумья, и искренне надеялась, что воспоминания о произошедшем между ней и Джексоном превратятся в еле различимые тени, а их прежняя теплая дружба вернется. Наконец, она смогла уснуть.

Она проснулась от звуков из соседней комнаты Джексона. Он говорил очень резко, будто был чем-то сильно раздражен. Второй голос был очень похож на Дэна.

Фрея быстро встала, накинула халат и вышла в коридор. Дверь в комнату Джексона была закрыта, но через стену она могла отчетливо слышать раздраженные голоса.

– Тебе должно быть стыдно! – рычал Джексон. – И ты, черт возьми, прекрасно это знаешь! Сбежал, как трус, перед самой свадьбой!

– Не перекладывай всю вину на меня, – прозвучал голос Дэна, – именно ты помог мне принять решение.

– Неправда!

– Еще как правда! Ты сказал, что лучше бросить ее сейчас, чем сделать это позже и тем самым еще больше ее ранить, а я просто последовал твоему совету.

Фрея была поражена, но потом собралась с духом и распахнула дверь. Джексон сидел за столом, напротив компьютера. С монитора на него смотрел, ухмыляясь, Дэн, они разговаривали по видеосвязи. Его надменность тут же исчезла, как только он увидел, что Фрея встала позади Джексона.

– Сюрприз, Дэн! – сказала она с издевкой. – Не ожидал?

– Фрея, давай лучше потом поговорим, – попросил Джексон.

– Это я с тобой поговорю потом, а с ним я поговорю прямо сейчас.

– Собственно, разговаривать тут особенно не о чем, – вставил Дэн.

– Будь добр, поясни, что именно ты имел в виду, когда сказал, что просто последовал совету Джексона?

– Я сказал ему, что не хочу жениться, и он посоветовал мне бросить тебя до свадьбы. Мол, это лучше, чем если бы я бросил тебя уже женившись. Мне казалось, он лучше знает, поэтому я сделал, как он сказал. Мне пора, Фрея. Пока.

Дэн быстро оборвал связь и исчез с экрана.

– Он солгал, да? – спросила Фрея. – Пожалуйста, скажи мне, что он солгал.

– Он исказил мои слова, – оправдывался Джексон. – Он сказал, что и не думал жениться. Он сделал тебе предложение только потому, что Эймос пытался его запугать, а не потому, что он действительно тебя любил. Я вспылил и в сердцах сказал, что он обманул тебя, что ему следовало бы быть честным с тобой с самого начала и что он ранит тебя больше, если женится не по любви и только потом раскроет тебе всю правду.

– Так ты все же сказал это? – ахнула Фрея.

– Но

не так, как он все это изобразил. Я имел в виду, что он не должен был вообще планировать свадьбу и помолвку, а не то, что он должен сбежать в последний момент. Как видишь, он нашел мои слова прекрасным поводом для своего трусливого побега и переложил свою вину на меня. Это было глупо с моей стороны, но я не строил никаких коварных планов. Фрея, прошу тебя, попытайся понять. Я ни за что не хотел, чтобы все вышло именно так.

– Ты сказал, что он сделал мне предложение только потому, что Эймос его запугал. Что это значит?

– О господи! – простонал Джексон. – Эймос пытался его запугать, угрожал ему только для того, чтобы он отстал от тебя. Дэн взбесился из-за этого и вот…

– И именно поэтому он предложил мне выйти за него? – прошептала Фрея изумленно. – Только поэтому?

– Да.

– Он никогда меня по-настоящему не любил?

– Боюсь, что так.

– И ты знал это все время? И до свадьбы знал?

– Если бы я знал раньше, я бы, конечно, все тебе рассказал, но все прояснилось, только когда мы ехали в церковь.

– Да ты просто подставил меня!

– Нет!

– Я умоляла тебя назвать причину его позорного побега, но ты так и не сказал мне правды!

– Я был настолько честен, насколько мог. Я просто не мог обрушить на тебя всю правду сразу, это бы убило тебя, Фрея. Пойми все правильно, умоляю.

Но она была слишком поражена, чтобы мыслить трезво.

– Я доверяла тебе! – воскликнула она. – Говорила с тобой, рассказывала вещи, которыми не делилась вообще ни с кем, а ты все время просто смеялся надо мной, зная правду!

– Это не так. Я изо всех сил старался тебе помочь. Я действовал только из самых лучших побуждений. Я кто угодно, но только не обманщик.

– Ты сделал все, кроме самого важного, – ты не сказал мне правды. Будь честен, Джексон, хотя бы сейчас попытайся. Тебя ведь забавляло, что я выгляжу полной дурой?

– Нет, Фрея, клянусь!

– Как теперь тебе верить? Как подумаю, какие вещи говорила, как доверилась тебе… Боже, какой же я выглядела идиоткой!

– Нет, это я был идиотом, когда пытался оградить тебя от последствий, не сказав правды. Но я сделал все, что было в моих силах, чтобы помочь тебе справиться… Пусть вышло так себе, но я, по крайней мере, пытался. Почему бы нам не поговорить потом, когда ты немного успокоишься?

Фрея почувствовала, будто все вокруг стало блеклым и безжизненным.

– Думаешь, есть смысл в продолжении этого разговора? – бросила она резко. – Ошибаешься. Ничего уже не изменить. Ты никогда не станешь в моих глазах прежним милым и приятным Джексоном. Ты теперь останешься для меня надменным, злобным и очень предсказуемым.

– Фрея… – Он попытался взять ее за руку, но девушка только отмахнулась:

– Нет, не прикасайся ко мне, видеть тебя не могу.

– Не позволяй этому испортить нашу дружбу, – взмолился Джексон.