Ты – мое cолнце

Саутвик Тереза

– Я никогда не догадывался. Том удовлетворенно кивнул.

– Тогда я чертовски горжусь той работой, которую проделал, – сказал он.

Люк понял. То, что он не разгадал этот секрет, было свидетельством силы и порядочности Тома Мар-четти. И абсолютной мерой его любви.

Он поднялся, обошел вокруг стола и обнял своего отца.

– Ты самый лучший мужчина, которого я когда-либо встречал.

– Я сожалею, что у тебя не было возможности познакомиться с Брэдом. Он был хорошим человеком.

–

Ты не сердишься на него за то, что он объявил перед смертью о своем отцовстве? – удивленно спросил Люк.

Он попытался представить, что бы чувствовал на месте Тома. Люк еще не растил собственного ребенка, но желание защитить его становилось сильнее с каждым днем. Если бы кто-нибудь посмел потревожить жизнь сына или дочери, он не простил бы.

Том пожал плечами.

– Сначала рассердился. Но я не могу осуждать его за то, что перед лицом смерти он не захотел уйти из этого мира так, чтобы ты никогда не узнал о нем. Тот факт, что он столько лет хранил молчание, подтверждает его огромную любовь к тебе.

Люк кивнул:

– Думаю, мне повезло.

– Думаю, да, – раздался женский голос.

Он увидел за спиной отца свою мать, стоящую в дверях.

– Привет, ма, – сказал Люк. Она кивнула.

– У вас с отцом было достаточно времени, чтобы поговорить.

Люк раскрыл объятия и, прежде чем Фло шагнула к нему, успел заметить, как в ее глазах блеснули слезы.

– Я скучала по тебе, – сказала она.

– Да и я тоже соскучился. – Он посмотрел на отца. – Ты очень мудрый старик.

Глаза отца подозрительно заблестели, но он улыбнулся.

– Меня не очень устраивает слово «старик», а в остальном ты совершенно прав.

Люк рассмеялся и сжал плечо матери, глядя на Тома.

– Простите меня, я был таким тупицей. Мэдди утверждает, что я несносен.

Фло улыбнулась.

– Она тебе подходит. Я рада, что все это время она была рядом и поддерживала тебя. Я по-прежнему считаю, что мы поступили правильно. Если бы мне пришлось принимать решение снова, я поступила бы так же.

Люк усмехнулся.

– Действительно хорошо, что я не узнал об этом в раннем возрасте. Большинство подростков бунтуют без особых причин. У меня причина была, но я о ней не подозревал.

Фло снова улыбнулась ему.

– Я хотела избавить тебя от боли. К счастью, когда ты узнал об этом, ты был уже взрослым человеком. И надеюсь, что сейчас тебе легче разобраться во всем и пережить выпавшее испытание.

Том поцеловал ее в щеку.

– Несмотря на временное безумство подростков, дети усваивают те понятия, которыми живет их семья. Если они выросли в обстановке спокойствия и любви, эти понятия становятся основой всей их дальнейшей самостоятельной жизни.

Люк подумал о Мэдди, которая выросла в убеждении, что она

нежеланный ребенок. Она не верила, что кто-нибудь будет ее любить. И она не доверила себя ни одному мужчине – только ему. Что это означало? Она сказала, что девственность была для нее бременем, от которого она хотела избавиться, но он не поверил ей. Что он чувствует к ней? Она носит его ребенка.

Он повернулся к родителям.

– Надеюсь, что стану таким же хорошим отцом для своего ребенка, какими был ты, Том, по отношению ко мне.

– Не забывай, что ребенку нужна и мать. Вы с Мэдди должны работать вместе и выступать единым фронтом, – сказала Фло.

– Что ты хочешь этим сказать, ма?

– Не хочу, чтобы меня обвиняли в сводничестве. Больше ничего не скажу, – сказала она, поджимая губы.

Том рассмеялся.

– Ты великолепна, как всегда, Флоренс Марчетти. Люк сокрушенно покачал головой.

– Я три раза просил Мэдди выйти за меня замуж, и она все три раза отказывалась.

– Значит, нельзя сказать, что третий раз – решающий, – прокомментировала Фло. – Не останавливайся, милый. Могу поспорить на серебряные солонку и перечницу бабушки Марчетти, что Мэдди неравнодушна к тебе. Я всегда говорила, что вы созданы друг для друга.

– Да, говорила, – подтвердил Люк.

Ему было трудно признать, что мать видит то, чего не видит он. Теперь только он был в силах заделать трещину в отношениях с Мэдди. Люк вспомнил выражение глубокой боли, которое он увидел в ее глазах в последний раз. Сможет ли он сделать так, чтобы она снова улыбалась и насмешливо подтрунивала над ним?

Люк посмотрел на родителей. Если произошло чудо и он помирился с ними, то, может быть, есть надежда, что случится и другое чудо и он добьется от Мэдди согласия?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Люк знал, что сегодня Мэдди идет к доктору, и собирался тоже быть там. Он даже выработал специальный план налаживания отношений с Мэдди. И хотел испытать его на своем старшем брате Нике перед тем, как решиться посмотреть ей в глаза. Поэтому он появился в офисе «Марчетти инкорпорейтед» без предварительной договоренности и теперь, уставившись на секретаршу Ника, ждал, пока она первой отведет взгляд.

– Мистер Марчетти просил не беспокоить его, – повторила она.

– Я его брат, – напомнил он.

И только что выбрался из глубочайшего личного кризиса, так что дай мне войти, добавил он про себя.

– Я сразу узнала вас, мистер Марчетти, – сказала она. – Но вам не назначено. А приказ есть приказ. И он не делает различий между членами семьи и посторонними. Вот его точные слова: «Если вам дорога ваша работа, никто не должен войти в эту дверь. Точка».