Ты – мое cолнце

Саутвик Тереза

Боже, где взять силы, чтобы устоять перед ним?

Потом до нее наконец дошел смысл его слов.

– Занять немного сахару? – удивленно переспросила она. – Ты что, не мог обратиться к соседям?

– Я это и делаю, – сказал он с улыбкой, от которой у нее подкосились колени. Он показал большим пальцем на соседний дом. – Сегодня утром я переехал туда.

– О чем ты говоришь? Я не знала, что этот дом продается.

– Он не продавался. Я сделал предложение, от которого они не смогли отказаться.

– За такое короткое время невозможно оформить

продажу. Что это было за предложение?

Люк усмехнулся.

– Я арендую у них дом до тех пор, пока не будут оформлены все документы. Так что это было щедрое предложение. Мой адвокат сообщил мне, что я унаследовал кучу денег. И теперь я могу делать все, что захочу. Особенно с тех пор, как у меня появился мотив и средства.

– Мотив?

– Ты отказываешься выйти за меня замуж, а я хочу находиться рядом с ребенком.

Полное сумасшествие! Он просто пудрит ей мозги. Конечно, он пошутил, что живет по соседству с ней.

– Ты меня дурачишь, – облегченно вздохнула она. Он положил руку на сердце.

– Клянусь честью, я говорю правду.

– Значит, ты шпионишь за мной.

– Как грубо.

– Тем не менее это правда, раз ты это не отрицаешь. Мэдисон вздрогнула, и приятная дрожь пробежала по ее телу, когда он подошел к ней ближе. Отвлечься. Ей необходимо преодолеть силу его невероятного притяжения.

– Послушай, мы можем поговорить об этом в другой раз? У меня в машине пакеты с продуктами. Я соберусь с мыслями, и тогда…

Он прошел мимо нее в гостиную и сказал через плечо:

– Я принесу пакеты из машины. В твоем положении нельзя носить тяжести.

– Секундочку. Я не приглашала тебя войти. Я еще не определила своего отношения к твоим махинациям, – сказала она, спеша за ним.

Пока Мэдисон дошла до кухни, Люк уже исчез. Спустя минуту она услышала звук закрывающегося багажника. Затем он появился с остальными пакетами, которые нес в одной руке. Чтобы перенести такой груз, ей потребовалось бы трижды сходить туда, а усталые ноги так требовали отдыха. Как хорошо, что он оказался здесь. Но в этом она призналась только самой себе. И только на мгновение. Так замечательно было вернуться не в пустой дом, но она не хотела привыкать к этому. Как только он поймет, что она – не та, кто ему нужен, он уйдет. И она не будет винить его за это.

– Прости, я не расслышал, что ты сказала, – произнес он, доставая из пакета молоко, яйца и салат.

– Я сказала, что ты хитрый махинатор. Почему ты не сказал мне, что переезжаешь?

– Я не хотел обнадеживать тебя раньше времени, пока сделка не будет оформлена.

Мэдисон выложила картофель в корзину в кладовой.

– Ты невероятно самонадеянный тип. Может быть, дело в том, что ты боялся, что я тебя поколочу? За утаивание информации.

Люк посмотрел на нее, прищурившись.

– Ты рассердилась? – спросил он, не отвечая на ее обвинения.

Она стояла у стойки, автоматически доставая покупки из пакетов.

– Да, я рассержена, раздражена, расстроена и к тому же не шутку разволновалась.

–

Все эти плохие слова на букву «р» не полезны для ребенка. Или ты просто демонстрируешь свой словарный запас?

Она улыбнулась. Она еще не разобралась в своих чувствах, за исключением того, что ей было приятно видеть его. И она невольно злилась на себя за то, что это оказалось настолько приятным. Он выглядел намного более спокойным, чем при их последней встрече. Возможно, из-за ребенка, подумала она. Вдруг он захотел его? По крайней мере, он отвлекся от мыслей о своих родителях. Она никогда не позволит себе поверить, что это связано с ней, как бы ей ни хотелось так думать.

– Я еще не поняла, что думаю о твоем появлении, – призналась Мэдисон. – Когда пойму, вероятно, ты услышишь взрыв и почувствуешь запах дыма, тем более что ты теперь находишься совсем рядом, – сухо ответила она.

– Если бы я не помог тебе разгрузить эту провизию, ты потратила бы в два раза больше времени, – сказал Люк, комкая последний пакет и бросая его в мусорное ведро.

– Суд принимает ваши возражения. Сильное плечо действительно приносит пользу. – Ее сердце подпрыгнуло, когда он улыбнулся.

– Ладно, можешь сколько хочешь отделываться своими юридическими штучками, если тебе это нужно. Но мы оба знаем правду.

– И в чем же она заключается? – поинтересовалась она, молясь, чтобы он не догадался.

– Хорошо, дорогая, я тебе объясню. Я могу теперь поднимать и носить тяжести, готовить сэндвичи с арахисовым маслом и делать все то, что тебе не по силам. Я бесплатный мастер на все руки. Просто постучи в стенку, и через минуту я буду здесь.

Мэдисон посмотрела на стенку, разделяющую их дома. Хотелось бы верить, что она достаточно толстая. Но на вид весьма хлипкая.

Самое важное – это заставить его поверить в то, что она должна ему сейчас сказать.

– Люк, я говорю это тебе в последний раз, чтобы ты больше никогда не сомневался. Ты сказал, что хочешь иметь право голоса во всех решениях, касающихся нашего ребенка. Я уважаю твою позицию и рада, что ты стремишься к этому. Я никогда не буду препятствовать твоему общению с ним.

– Я верю тебе, Мэдди.

Дорогая плата за то, чтобы он поверил. Хотя, учитывая его семейные проблемы, трудно его винить. Но у нее была еще более серьезная забота. Как справиться со своим влечением к нему, раз он теперь постоянно будет находиться рядом.

Если она позволит себе окончательно влюбиться в Люка, то будет наказана невероятной болью и опустошением. Она не могла себе этого позволить.

Ее слова об участии Люка в жизни ребенка были правдой. Но в свою жизнь она его ни за что не допустит.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

На следующий день после того, как Люк помог Мэдди принести продукты, он загружал на заднее сиденье своей машины коробки с вещами из прежнего дома. Физический труд отвлекал от мыслей о том хаосе, в который превратилась его жизнь.