Ты меня (не) спасешь
Шрифт:
Я занимался её бракоразводным процессом, но позволил себе пустить в постель только после того, как наши деловые отношения были закончены. А ещё Саша умела доставить удовольствие и не требовала к себе повышенного внимания. И всегда была на позитиве. Словом, идеал.
Оставался вопрос, который долго меня занимал: почему бывший муж решил от неё избавиться, на что вскоре получил ответ: моя новая благоверная была патологической транжирой.
Но мне и здесь удалось закрутить гайки настолько, чтобы она не спустила всё, что я заработал. Каждую неделю переводил ей на карту деньги,
Пару раз Саша надувала губки, говоря, что к выходным уже совсем без копейки, на это я пожимал плечами. А потом передвинул срок прихода средств на дебетовку со вторника на пятницу. Развлекайся, дорогая, только мозги не люби!
Так и жили. Нормально, без скандалов и заламывания рук. Лишь о детях я просил Сашу не заикаться. Когда надо, сам решу, мне даже показалось, что жена вздохнула с облегчением. Ограничивать себя она не хотела. Всё-таки я был прав, когда выбрал её. Разумом, не чувством.
А потом внезапно позвонила Зоя. Ещё до того, как я снял трубку, знал, что это она. Моя маленькая патологическая тайна – я был в курсе жизни Зои, знал и о её неверном супруге. Она всё это заслужила.
Я знал её адрес, номер кредитки и размер счёта в банке. Знал, что она не изменилась внешне, как и то, что мне не стоит её видеть. И всё ждал, пока представится случай отомстить.
***
Олег ( продолжение)
Если в компании, в коих я бываю редко, кто-то начинал говорить, что развод – штука болезненная, я сразу заявляю, что это не так. Это порез на руке, заноза, на крайняк, мозоль, болезненны, а развод – вещь душераздирающая, сродни линчеванию, конечно, если не включать ум и не задействовать его на поиски грамотного адвоката.
Причём развод без детей ещё болезненнее, чем если пара успела родить наследников. С одной стороны, это кажется нелогичным, но на практике так и есть.
Когда родители делят детей и решают, с кем они будут жить, а кто платить им алименты, всё-таки вслух ведутся разговоры о благих намерениях, о любви, о том, как будет лучше потомству.
В случае когда разводится бездетная пара, всё сводится к смертельным обидам. И к деньгам, способным их компенсировать.
На самом деле, знаю по себе, деньги на это неспособны. В бездетной паре внимания людей сфокусировано друг на друге, и всё проходит болезненнее. Даже если со слов разводящихся, плевать они друг на друга хотели. Особенно в этом случае.
Если отец хоть немного думает о детях, то он не станет обирать их до нитки, да и закон заставит родителя нести ответственность сполна. И никакие серые зарплаты не утаишь, опять-таки, если к делу подойти грамотно.
Я всегда готовлю битву заранее, пока противная сторона не очухалась и не задумалась о таких приземлённых вещах, как переписывание имущества на ближайших родственников. Это не так просто как многим мнится. Всегда остаётся след, и в один прекрасный миг я добиваюсь того, что сделка признаётся недействительной.
И теперь мне предстояло заняться разводом Зои и этого недоумка, решившего, что он может безнаказанно ей изменять. За всё надо платить, и он заплатит последними трусами! К сожалению,
Я даже знаю наизусть, какими словами всё это будет сказано: «Ты же понимаешь, что мы всё равно не чужие. Давай останемся если не друзьями, то добрыми знакомыми». Так всегда говорят, когда рыло в пуху, а зад в дерьме.
Но Никиточке Добронравову не повезло. Зоя обратилась ко мне. С разводом я ей помогу честно, но с остальным? Скорее всего, нет, прочем, посмотрим, как она будет выполнять свою часть договора. Настолько будет стараться.
Всегда можно сказать, что всё сделано недостаточно хорошо. Идея Зоя мне не нравилась, более того, она меня пугала.
Общий ребёнок, как ни крути, привяжет меня к ней покрепче любого каната и сделает покорнее пластилина. А это совсем не входило в мои планы. По крайней мере, пока я не решу, что Зоя достаточна поплатилась за то, как поступила со мной.
Бесило, что между нами так и не была поставлена точка. Та самая, после которой хочется выдохнуть, закрыть глаза и послать прошлое к чертям собачьим, сделав вид, что его не было. А так получается, что она может дёргать меня за поводок каждый раз, когда нужно, а нет – отпустит.
Да и, к слову, Зоя заслужила ребёнка, только я неуверен, что этого хочет она, а не придурковатый муж. Поэтому на поводу не пойду, не телок. Да и не только поэтому. Нет, Зоя, так не пойдёт!
Мелко обманывать женщину в трудной ситуации? И плевать! Как ни крути, а виновата она сама. Да и я не из тех, кто прощает. Вернее не так: безразличного мне человека – запросто, а Зоя так и не вошла в эту славную когорту. Пожалуй, только она и не вошла, даже спустя пять лет.
Глава 6. Ты больше ничего для меня не значишь
Ночью мне снились странные сны эротического толка. Приходилось ворочаться в постели, но внизу живота надолго поселилась тяжесть, приходилась крепко сжимать ноги, чтобы не взорваться и не начать постанывать, бесстыдно виляя бёдрами.
Самое странное, что не могла определить, кто же является героем моих снов. Сначала была уверена, что это Ник, а потом присмотрелась и поняла: нет, не он, другой.
Странно, подобные сны мне несвойственны. Так-то я не могу назвать себя особо страстной натурой, среднестатистическая женская особь, у которой случается плохое настроение, головные боли и полное неприятие физического контакта. Я очень завишу от цикла, погоды, настроения и расшатанных нервов.
Стоит подёргаться, и кожа зудит, а всё, чего мне хочется, встать под горячий душ, чтобы потом сразу юркнуть в постель, свернуться калачиком под одеялом и, обнявшись с потрёпанным одноглазым плюшевым медведем, заснуть. Я так и не призналась мужу, что этого инвалида-медведя мне подарил Олег.
В тот день было солнечно и жарко, вдобавок у меня болел живот, потому что вот-вот должны были начаться женские дни. Они всегда проходили с болью, которую я умасливала нурофеном или иным анальгетиком.