Ты и я
Шрифт:
Снова оказавшись на своем рабочем месте, Томас убедился, что никто и не заметил его отсутствия, а если и заметил, то не обратил на это внимания. Он взглянул на Алекса, уныло застывшего перед монитором, и задумался.
Все было не так просто, и он вовсе не чувствовал такой уверенности, какую демонстрировал Лиз. Но он обязательно должен помочь другу, попавшему в трудную ситуацию, и, конечно, заслужить одобрение и восхищение Лиз…
У него появилась идея. Он не сомневался, что Алекс тоже преданный друг и не отказал бы ему в помощи. Вот
Томас придвинул к себе клавиатуру и принялся за набор сопроводительного текста к своему проекту. Но в его мыслях вместо сложных технических описаний, то и дело появлялись белокурые кудряшки Лиз…
— Мне нужна твоя помощь, — заявил Томас без предисловий, когда работа была закончена, и они с Апексом задержались в офисе.
— Что случилось? — спросил Алекс.
— Я познакомился с замечательной девушкой, — проговорил Томас и расплылся в довольной улыбке. — Ты себе даже представить не можешь, какая она…
— Я за тебя очень рад, — перебил Алекс, — давно не видел тебя таким довольным. Но причем здесь я?
— Понимаешь, она пригласила меня на бал.
— На бал? — Брови Алекса поползли вверх. — И ты хочешь, чтобы я был твоим верным конем?
— Что-то вроде этого. Это костюмированный бал в честь Хеллоуина.
— Еще лучше! Я что, должен надеть на голову тыкву и сопровождать тебя? Извини, но у меня совершенно неподходящее настроение.
— Никто не просит тебя надеть тыкву, — сказал Томас. — Но я бы очень хотел, чтобы ты пошел со мной.
— Послушай, Том, — сказал Алекс, — в другое время я бы с удовольствием пошел с тобой и, наверное, получил бы массу удовольствия, но сейчас…
— А что случилось?
Алекс махнул рукой.
— Да ничего особенного. Просто я не уверен, что смогу веселиться и вообще вести себя адекватно. А зачем тебе рядом унылая рожа?
— Мне все равно, какая у тебя будет рожа, — сказал Томас, чувствуя, как его надежды на восхищение Лиз улетучиваются. — Ты же знаешь, что я веду себя как идиот, если девушка мне по-настоящему нравится. Только ты можешь вовремя одернуть меня и спасти ситуацию.
— Что, все действительно так серьезно? — Алекс внимательно посмотрел на друга.
— У тебя когда-нибудь было такое, что ты видишь перед собой девушку и понимаешь, что готов пешком обойти весь земной шар или научиться ходить по тонкой проволоке, или… вывернуться наизнанку, лишь бы она на тебя смотрела… А уж для того, чтобы она осталась с тобой навсегда… я даже не знаю, на что я готов. На все.
— Хорошо. Можешь на меня рассчитывать, — сказал Алекс и отвернулся к окну. — Приятно, что хоть у кого-то есть возможность быть счастливым.
Томас чуть не подпрыгнул от радости.
— Ура! Я спасен!
— Только не надо на меня прыгать, — предупредил Алекс. — А вообще-то я уверен, что в таких делах помощь не нужна. Ты бы и без меня прекрасно справился.
— Ты не прав, — сказал Томас, — иногда и в сердечных делах не обойтись без помощи друга. Так ты идешь со мной?
— Я же сказал. Но учти: тыкву на голову я надевать не
Задача Лиз оказалась сложнее, чем она себе её представляла. Она не могла просто позвать Нору на этот благотворительный бал, знала, что подруга не в том настроении, чтобы развлекаться. Нужно было сделать так, чтобы это приглашение было официальным и, чтобы Нора не могла от него отказаться. На помощь пришли дружеские связи. Лиз дружила с Джейн, Джейн встречалась с парнем из руководящего отдела, тот мог повлиять на комитет по организации бала.
В конце концов, Норе сообщили, что она должна принять участие в подготовке бала по случаю Хеллоуина. О том, чтобы отказаться, не было и речи. Агентство всегда принимало участие в благотворительных акциях, и сотрудник, который не захотел поддержать честь фирмы в этой ситуации, сильно упал бы в глазах руководства.
Лиз видела, как поникли плечи Норы, когда она узнала о предстоящем «веселии». Ей даже стало жаль подругу, и она подошла к ней, в надежде одним махом устранить все недоразумения и объяснить, наконец, что на самом деле происходит. Тогда бы тщательно разрабатываемая операция по соединению двух возлюбленных оказалась ненужной.
— Нора, — начала Лиз, — мне очень нужно с тобой поговорить.
— Если это касается вас с Алексом, то я еще не готова, — сказала Нора с напряжением в голосе.
— Это касается Алекса, но…
— Нет, — перебила ее Нора. — Пожалуйста, не надо. Давай поговорим об этом когда-нибудь потом.
— Но Нора…
— Мне придется уйти, если ты будешь продолжать.
— Но это жизненно важно! Если бы ты знала…
Нора повернулась, чтобы уйти. Она понимала, что ведет себя глупо, что невозможно спрятаться от реальности, но пусть все это будет позже. Сейчас она не готова говорить на самую больную для себя тему и при этом оставаться спокойной и невозмутимой. А она не может допустить, чтобы у нее предательски дрожал голос, а глаза блестели от наворачивающихся слез.
Еще рано. Ее сердечная рана еще не затянулась. Она не испытывает никаких отрицательных чувств к Лиз, но говорить с ней об Алексе выше ее сил.
— Нора! — Лиз жестом остановила подругу. — Я больше не буду, раз ты не хочешь. Но… неужели тебе неприятно даже видеть меня?
— Конечно, нет, — Нора улыбнулась Лиз теплой, дружелюбной улыбкой, мгновенно преобразившей ее лицо. — Ты же моя лучшая подруга.
— Ну, тогда давай пойдем на этот костюмированный бал вместе, — предложила Лиз. Что ж, ее затея разрубить этот запутанный узел чувств и недоразумений одним ударом не удалась, а это значит, что они с Томасом будут действовать по намеченному плану.
— Конечно, — сказала Нора. — Но, как же мне не хочется туда идти! Если бы только можно было отказаться!
— Лучше тебе этого не делать. Ты же знаешь, как Оддмен относится ко всем этим благотворительным мероприятиям.
— Да, — вздохнула Нора. — Может, заболеть?
— Ну, что ты придумываешь! Не так уж это и страшно.
— Ну ладно, — согласилась Нора. — Пару часов как-нибудь перетерплю. Надену на голову тыкву, и никто не сможет меня видеть.