Ты и я
Шрифт:
— Знаешь бистро на углу?
— Знаю.
— Встречаемся там, через десять минут.
Томас положил трубку и покосился на Алекса. Не похоже было, чтобы того волновали тайные перемещения друга.
В последнее время Алекс совершенно не похож сам на себя. Все, привыкли видеть его жизнерадостно улыбающимся и неунывающим ни в какой, даже самой сложной ситуации. Даже когда ему говорили, что его работа никуда не годится, что, впрочем, случалось крайне редко, это не могло согнать улыбку с его лица. «Переделаем», — бодро
Возможно, Лиз сможет ему объяснить, что все-таки происходит. Не случайно же она упомянула имя Алекса, да и вся эта таинственность наверняка имеет смысл.
Томас вышел из комнаты и осторожно оглянулся в дверях. Никто не обратил на него внимания. Он спустился по лестнице, по счастью никого не встретив, и вот уже он входит в стеклянные двери бистро.
Лиз, выбравшая самый дальний столик, видимо из соображений конспирации, привстала и помахала ему рукой. Он подошел, поздоровался и невольно засмотрелся на раскрасневшуюся от возбуждения девушку.
Лиз сняла пальто, оставшись в нежно-сиреневой кофточке с треугольным вырезом. Этот цвет очень удачно оттенял жемчужный оттенок ее кожи, а кулончик с голубым камнем, висевший на шее, точно повторял цвет ее глаз.
— Нужно что-то делать, — сразу заявила Лиз.
Томас смотрел на нее непонимающим взглядом и не знал, что сказать. В этот момент подошла официантка, и Томас, с согласия Лиз, заказал кофе и свежие булочки.
— Это ужасно и так продолжаться не может. — Лиз посмотрела на Томаса. — Ну, что ты молчишь?
— Я хотел сказать, — нерешительно начал он, — что ты, безусловно, права. Только я не знаю, о чем ты говоришь.
— Конечно, я говорю об Алексе и Норе! — воскликнула Лиз. — Сами они никогда не выпутаются из этой ситуации. Тем более, что я тут тоже виновата. — Она опустила глаза.
— Что-то случилось? — осторожно спросил Томас.
— Ты что, ничего не знаешь?
Он покачал головой.
— Я вижу, что с Алексом что-то не так. В последнее время ходит как привидение. Но, он же ничего не говорит.
— Мужчины! — воскликнула Лиз, вложив в это восклицание бездну разных смыслов.
Она задумчиво разглядывала Томаса, размышляя, как лучше объяснить ему ситуацию, чтобы он все правильно понял и, у него не осталось двойственного впечатления от ее поступков. Раньше она не обращала особого внимания на, ничем не примечательного друга Алекса. Ей всегда нравились высокие мужчины, а рядом с Алексом мало кто мог оставаться высоким, ведь в нем было почти два метра роста.
Лиз только сейчас поняла, кого ей все
Томас снова посмотрел на Лиз своими большими глазами кофейного цвета, тряхнул густыми, небрежно лежащими волосами, и она невольно улыбнулась.
— Наверное, ты знаешь, как Алекс относится к Норе? — осторожно начала она.
— Я давно догадывался, — кивнул Томас. — А однажды, когда от меня ушла девушка и мы с ним… выпили слишком много виски…
Он смущенно опустил глаза.
— Да я слышала эту историю, — улыбнулась Лиз. — Ты… все еще переживаешь из-за этого?
— Из-за Мари? Нет. Уже нет. Я даже рад, что все это закончилось. Это и не могло длиться долго. Я не соответствовал ее представлениям о настоящем мужчине.
— Я уверена, что она ошиблась, — сказала Лиз.
— Да нет. Я такой, какой есть, и вряд ли кто-то стая бы фотографировать меня для обложки модного мужского журнала. — Он тепло улыбнулся Лиз. — Но мы же не обо мне говорим. Так вот, тогда он мне и сказал…
— Что? — в волнении спросила Лиз.
— Я точно не помню его слова. И вообще, я тогда вряд ли был в твердом уме и ясной памяти, или как там говорят… Но все равно смысл его слов понял четко, меня это не очень удивило. Я давно о чем-то таком догадывался.
— Так что он сказал?
— Сказал, что любит Нору. Всегда любил. И всегда знал, что он для нее — только друг детства. Хороший, надежный друг, но не больше.
— Наверное, все об этом догадывались. Хотя и не все были уверены… Только Нора ничего не замечала. А когда заметила, то все поняла неправильно.
— О чем это ты? — спросил Томас.
— Мне не очень-то хочется об этом говорить… — Лиз вздохнула, — но деваться некуда. Если я тебе расскажу только часть правды, ты ничего не поймешь.
— Это как-то касается тебя?
— Да. Но я начну с Норы. Ей всегда нравились разные красавцы. И я всегда думала, да и сейчас думаю, что дело было вовсе не в их красоте, а в том, что ее предки из Шотландии и в ней живет дух завоевателя.
Томас смотрел на Лиз с неподдельным удивлением.
— Ей просто необходима атмосфера соревнования. Ей хочется завоевать первый приз. Получить то, чего хотят многие. Понимаешь, о чем я?
— Очень хорошо понимаю, — кивнул Томас.
— Обычно, когда объект был завоеван, она очень быстро теряла к нему интерес. Я не раз это наблюдала. Хотя, когда появился Морис, даже мне показалось, что это серьезнее, чем обычно. Она прилагала столько усилий… А потом, когда, наконец добилась его внимания, выглядела такой счастливой. В тот момент я поверила в удачное продолжение этого романа.