Ты для меня?
Шрифт:
Черт! Прозвучало так, словно ревнивая и слишком сварливая женушка отчитывала мужа за странные телефонные звонки. Кто-кто, а Герман подобных вещей, наверняка, на дух не переносил. Только не с его помешательством на свободе! Впрочем, довольно скоро в своих предположениях Валерия убедилась — мужчина потерял к ней всяческий интерес. Развернулся лицом к бассейну, и крикнул:
— Пап, Аля звонила! Что ты должен был мне рассказать?
Лера едва не поперхнулась собственной слюной, чувствуя, как к горлу подступает желчь. Горько стало. Очень горько.
Какого черта она ему названивает? В воскресенье! Вот…выхухоль!
— Не знаю! — Отозвался Станислав, прекратив щекотать жену. — По работе? Запамятовал я, что-то…
Конечно, по работе! — Плевался ядом внутренний голос. — Аля-краля!
— Весело!
— Вон, у помощницы моей спроси. — Кивнул на нее Давыдов старший. — Все, что знаю я, знает и она.
— Могу лишь предположить, что дело в последней информационной рассылке по тендерам, — мягко улыбнулась, подходя к краю бассейна. — Помнится, она Вас несказанно порадовала.
Набрав воздуха в легкие, девушка прыгнула в воду. Охладиться сейчас было не просто удовольствием. Нет. Скорее жизненной необходимостью. Мозг тоже имел свойство закипать. И нервы, увы, особой прочностью не отличались.
Вынырнув, обнаружила, что и Герман уже в бассейне.
— Точно! — Спохватился Станислав Юрьевич. — Не хотел тебя лишний раз дергать, пока ты в командировке находился. Новость хорошая, сын. Организаторы изменили правила проведения конкурса. Договорные тендеры теперь исключены. Все прозрачно, и публично.
— Круто! Нам лишь на руку.
— Согласен. У тебя все готово?
— Практически. Пару штрихов осталось.
— Смотри в оба! Нам нужна победа. Крупные госзаказы на дороге не валяются.
— Ты МНЕ это будешь объяснять? — Вспылил на ровном месте Герман. — Муниципальное и бюджетное жилье для детей сирот, и малоимущих семей, это конечно хорошо. Но, сам понимаешь, смета почти нулевая! И я…ума не приложу, что мне из проекта убрать, к чертовой бабушке, чтобы сделать дешевле, но без ущерба качеству! Они хотят дом из воздуха!
— Эмоциями делу не поможешь, сынок. Холодная голова нужна. Или, свежий взгляд. Пусть, Лерочка посмотрит. Может, предложит чего…
— Обязательно, посмотрит. — Мягко рыкнул, привлекая ее внимание. Затем оскалился, и брызнул в девушку водой. — Слышала, мелкая? Завтра, после планерки, жду в своем кабинете. Рассматривать будем!
Спирина даже подобралась вся, под этим взглядом. Насупилась.
— Чего я там не видела?
Расфуфыренную Алину, что ли?
— Уф! — Загоготал. — Ты удивишься.
— Хорошо! — Лишь бы отстал. — А когда тендер?
Ответил на ее вопрос Станислав Юрьевич:
— В несколько этапов, дочка. Через две недели запланирован крупный банкет, на котором друг другу представят всех потенциальных участников. По итогам вечера, каждой организации, с помощью жеребьевки, присвоят порядковый номер. Именно
Лера переваривала полученную информацию, затаив дыхание. Все же, несостоявшемуся архитектору в ней, была крайне интересна эта тема. И крайне волнительна. Она любила выступать за трибуной, хвастаясь перед собравшимися людьми, своим детищем. Господи, казалось, будто в другой жизни все было.
— Мелкая! — Присвистнул Герман. — Что за лихорадочный блеск в глазах? Ломка, да?
Пришел ее черед брызгаться. Плесканула от души, прямо в наглое лицо!
Да! Ломка! Но, ему об этом знать не обязательно.
— Ничего подобного. — Прикусила губу. — Просто…представила размах мероприятия.
— Верно. — Поддержал Станислав. — Грандиозный размах. Обещаю, дочка, ты все это увидишь!
— Спасибо!
Внезапно вода вокруг ожила. Забурлила.
Ее испуг прошел быстро, уступая место восторгу. Герман включил гидромассаж! Каждая клеточка тела пищала от восторга, когда Лера попадала под подводную струю, гейзер, или же воронку. Невероятно, но напряженные мышцы очень быстро расслабились под действием пузырьков. Только вот, данное новшество пришлось по вкусу не всем. Станислав Юрьевич недовольно расфырчался, аргументируя свою позицию банальным — старею видимо, и примочек современных не понимаю. А после обратился к жене:
— Рита, я голоден.
— Ты же недавно ел!
— Надоела еда твоя заумная, и порции ресторанные — они для детей придуманы? Я бутерброды хочу. Советские!
— Это…какие? — От изумления, голос Маргариты Алексеевны звучал выше.
— Обычные. Ты меня ими кормила, раньше. Когда у нас денег не было.
— Стас…
Столько нежности было в ее голосе, что Лера невольно улыбнулась.
Вся жизнь, пройденная рука об руку. И в горе и в радости. И в богатстве, и в бедности.
— Как сейчас, помню. Батон, намазанный майонезом с чесноком. А сверху огурчик, укропчик, и шпротина! Эх! Под водочку.
Лера звонко рассмеялась:
— Папа тоже их любит!
— И я не откажусь, — внес свою лепту Герман. — При случае.
— Ну, что, рыбка моя? Сделаешь?
Женщина едва сдерживалась от хохота:
— Сегодня бутерброды ему советские. А завтра что? Ностальгия проснется, и попросишь меня девственность вернуть?
— Да, не проблема, Марго! — Игриво подмигнул супруге. — Я слышал, сейчас зашивают.