Ты для меня?
Шрифт:
Герман как-то странно усмехнулся:
— С той ночи, после клуба. И по сей день.
От радости хотелось визжать. Из последних сил сдерживалась, глупо улыбаясь.
— Ну, а у меня…очень давно.
— Знаю. — Крепче прижал к себе. — Ты чертовски узкая…там. Почти, как в наш первый раз.
Их первый раз…
Улыбка сползла с лица, а тело напряженно застыло. Она очень боялась, что Герман сейчас очнется, и вновь, закроется от нее. А потому, поспешила сменить тему разговора.
— Надо же, все в точности, как я озвучила тебе, сегодня утром. Газон перед
— Луны не хватает.
— Плевать на Луну! Я видела звезды…
— Я не дам тебе забыть эти слова.
Вновь повисла пауза. И вновь ее нарушил он.
— Во сколько начнется мероприятие?
— В одиннадцать.
Герман бегло посмотрел на часы.
— Ты должна там быть. За пятнадцать минут соберешься?
— Да!
— Отлично. Вперед!
— Что заставило тебя передумать?
— Во-первых, нужно же когда-то выводить деревенщину, в свет. — Перехватил ее удивленный взгляд. — А во-вторых…я, ведь, глаз с тебя не спущу!
— Обещаешь?
— Не сомневайся!
Ох, и покрутит она сегодня своей пятой точкой на танцполе!
Почувствовав между ног что-то липкое и горячее, ошарашено уставилась на Давыдова:
— Ты…ты что, в меня кончил? В меня?!
— Да.
— Да?! Совсем спятил?
— Тише, мелкая. Все нормально.
— Нихр*на не нормально! — Подскочила с газона, с невероятной скоростью. — Как ты мог?
— Очень даже мог! Потому что не планировал кончать в тот момент. Не х*р шептать мужику на ухо подобные словечки, когда он находится уже на пике. Твою мать, Лера! Я ведь не железный! Любой бы кончил…
Понятно! Сама хороша.
— Нужно в аптеку, Герман. Срочно! У меня опасные дни.
Он медленно поднялся на ноги. И выглядел в данный момент, мрачнее тучи.
— Никуда не нужно, не забеременеешь. Не травись таблетками, почем зря. Гормоны — не витамины!
Лера разозлилась по-крупному. Глаза метали молнии.
— Откуда тебе знать? Тоже мне, гинеколог нашелся!
— Стой. — Обхватил ладонями ее плечи. — Я…я не…
Что-то в его тоне, и сбившемся дыхании, ее насторожило.
— Ты…не?
Мужчина отнял свои руки, сжимая губы в тонкую линию.
— Я не…люблю резинки, — прохрипел, наконец, глядя куда угодно, только не на нее. — Потому и принимаю препарат, снижающий активность сперматозоидов до нуля. Стопроцентная гарантия. Тебе ничего не грозит.
— Как это? — Настороженно. — Что-то по типу контрацепции, но мужской?
— Да. Вот, именно так. Как ты и сказала.
— Впервые слышу…
— Редкость, для провинции. Для столицы же, давно обыденность.
— Но…
— Лера! — Повысил голос. — Пожалуйста…просто, поверь. И собирайся. Я не стану ждать тебя, вечность!
Глава 27
Вопреки ожиданиям и планам, их сборы оказались весьма…затруднены. А все потому, что Герман откровенно нацелился, взять ее еще раз! Уже под крышей дома. Этот извращенец, даже не дал Лере возможности смыть с себя следы первого акта. И, казалось, ее смущение данным фактом, зверское, с болезненно пылающими щеками, его лишь больше распаляло. А вид собственного семени в
Плевать на синяки! Только бы…вновь…принять его в себя.
Желание, вспыхнувшее с невероятной силой, подобно цунами, вытравляло абсолютно все мысли из головы, уступая место лишь ощущениям. Наконец, Давыдов сжалился над ней. А может и над собой, ведь напряженный до предела ствол, едва ли приносил ему удовлетворение. Подхватив Леру под бедра, бесстыдно, и максимально широко разведя те в стороны, зажал между стеной, и собственным телом, надежно фиксируя. Чувствуя, как горячая бархатистая головка, подразнивая, трется о жаждущий вторжения вход, до ужаса скользкий от смешавшейся смазки и спермы, Лера едва не свихнулась окончательно.
Сорвалась. Полетела в пропасть!
Сердце бухало в груди столь сильно, что она глохла от рева крови, несущейся по венам.
Чего он ждет?
Лера ни собственным телом уже не владела, ни мыслями. Кожа полыхала, точно в кипящем масле ее жарили. Сгорая от нетерпения, просунула руку между их разгоряченными телами, и, зажав ладошкой упругий член, протолкнула его глубоко в себя.
Ох! Мммм…
Вошел, как по маслу, заставляя обоих, застонать одновременно. От чувственности момента, даже глаза закатились. Девушка запрокинула голову, и до крови прикусила губу. Сама не заметила, как свободной рукой вцепилась в его волосы, желая еще более тесного контакта. Что до Германа, тот, погрузившись до упора, сдавленно и довольно протяжно зарычал:
— С-у-у-у-ч-к-а!
— А, нечего дразнить! — Отозвалась хрипло.
— Это я-то тебя дразню?
— А как еще можно назвать подобное…издевательство?
— Попыткой, не кончить, едва тебя коснувшись, дурочка!
— Г-е-е-е-р-м-а-н…
Он находился глубоко в ней, вынуждая извиваться, в предвкушении, и вибрировать от напряжения, подобно оголенному проводу, подключенному к розетке. Так глубоко, что Лера начала задыхаться. Да уж, кислорода не хватало катастрофически. И ее короткие рваные вздохи нормализации дыхания едва ли способствовали.
— Хочется разрядки, так ведь, мелкая? — Жарко шептал, по-прежнему не двигаясь. Упрямец! — Хочется, кончить?
Глупо отрицать данный факт, будучи нанизанной на самую твердую его часть.
— Д-а-а-а! — Обиженно надув и без того распухшие губы, жалобно прохныкала. В тот же миг заработала короткий, но, до ужаса чувственный поцелуй, порождающий невероятный трепет в душе.
Так вот как выглядят припозднившиеся бабочки в животе…
— А каково мне было, находясь так далеко, каждый вечер лицезреть твои с*ськи?!