Ты будешь моим!

Ветрова Татьяна

Может, так и лучше, видя его напряженную спину и не зная эмоций, которые сейчас на его лице, мне будет проще услышать ответ.

— Слава, прости, я не…я не знаю, как… сказать…просто… — он говорит нервно, устремляя взгляд в небо, и прячет руки в карманах брюк.

Нет, только не это. Я не хочу слушать его оправдания, это слишком больно. Так же больно, как знать, что он любит другую.

— Не продолжай, — взмахиваю рукой, прося его остановиться, но он не видит. — Не стоит, правда, я все понимаю. Прости, Леша, и пока.

Срываюсь с места и убегаю,

туда, где меня никто не найдет. В свою маленькую Нарнию, которая сейчас принадлежит Артему. Но так как братишка спит, сомневаюсь, что кто-то будет искать меня там.

Глава 5

АЛЕКСЕЙ

— Зачем ты делаешь мне больно? Разрываешь мое юное сердце, даже не дав нам шанс? Ты ведь чувствуешь, что я могу сделать тебя счастливым… — шепчет девушка, устремляя взгляд на зеленые виноградники.

Я так и не могу разглядеть ее лицо, даже во сне таинственная незнакомка ею и остается. Но чувствую, где-то в глубине души, что знаю ее.

Она идет впереди меня, а легкое белое платье с маленькими желтыми цветочками, которое идеально сидит на ее фигуре, развивается от теплого ветра. Ее волосы распущены, длина их до поясницы и голос, кажется, родным. Ощущение, что слышал такой уже и не раз…Но только где?

— Скажи мне, почему? — слышится тихо, а взгляд ловит маленькую ручку, которая едва касается кончиками пальцев гроздей винограда.

— Скажи, как тебя зовут? — я хочу знать, как зовут эта прекрасную незнакомку. Мне это надо.

— Закрой глаза, — просит тихо, и я невольно подчиняюсь.

Останавливаюсь на месте, прикрываю веки и улыбаюсь, подставляя солнечным лучам лицо.

Незнакомка касается пальчиками моего лица, кажется, что маленький разряд тока пустили. От виска медленно спускается к губам, я чувствую, мягкие девичьи пальчики и безумно горю желанием ее обнять и поцеловать. Нагло кладу ладони на ее талию и притягиваю к себе, чувствую ее дыхание с ароматом малины в миллиметре от своих губ. Я хочу открыть глаза, нарушить ее маленькую просьбу и взглянуть на нее, но она не позволяет это сделать. Я успеваю лишь увидеть ладонь с созвездием «Кассиопея», которой она накрывает мои глаза, следом чувствую прикосновение горячих девичьих губ к своим губам.

Ее пухлые губы такие нежные, мягкие, до одури сладкие, со вкусом малины, как у Славы…

— Блять, — подрываюсь на кровати и хватаюсь за волосы. — Этого не может быть…

Моя девочка из снов не может быть Славой, которую я знаю… да и при чем здесь ладонь? Я даже не знаю, есть ли у нее созвездие, никогда не видел и не пытался. А если и так? То это пзд…

Встаю с кровати и направляюсь в душ, под холодными струями воды пытаюсь привести мысли в порядок, успокоить этот скоростной экспресс, что так и подкидывает в мою черепную коробку мысли, которым там не место. Я не хочу думать, что девушка, которая мне снилась все эти годы в самое сложное для меня время — это Слава. Да я бля** лучше еще один контракт подпишу

и окажусь в горах под обстрелом, чем осознаю, какой я идиот.

Обмотавшись полотенцем, покидаю ванну и направляюсь к шкафу, по пути слышу звонок телефона. Нахожу его под подушкой и недолго думая, отвечаю.

— Алло, — я догадываюсь, что сейчас услышу и знаю, что не смогу отказать.

Просто не смогу не увидеть ее в последний раз.

— Привет, Леша, короче, сегодня в семь вечера планируется день рождения Славки моей. Я знаю, что ты не любишь подобный пафос, поэтому никто не обидеться, если ты вдруг приедешь позже. Она будет рада тебя видеть. — Станислав Андреевич говорит все так, будто ничего не замечает между нами.

— Я понял, босс. Буду к десяти, — как можно спокойнее произношу, а сам представляю Славу в том чертовом красном платье, которое она забрала, находясь еще в Париже.

— Леша…

— Работа. Мне надо программу дописать, — произношу и, разорвав связь, бросаю телефон на кровать.

Все что мне сейчас надо, это сконцентрироваться на работе, доделать эту чертову программу. Четыре месяца я занимаюсь ее разработкой, больше половины уже готово и даже проверена на практике. Результат удовлетворил не только меня, главное, что понравилось боссу.

Ближе к вечеру я заканчиваю работу, откидываюсь на спинку стула и крепко обхватываю курами шею, желая ее размять. Взгляд падает на часы, показывая восемь вечера, а это значит пора собираться.

Добираюсь до дома босса за час, мне нравится этот жилой комплекс, я бы хотел прикупить здесь дом.

В доме много чужих людей, все дорого и красиво…

— Здравствуй, Алексей, — ко мне подходит Вероника Андреевна, и, признаться, честно, мне кажется, что она не стареет. Выглядит все так же молодо и прекрасно.

— Здравствуйте, — беру ее руку и целую.

Помню, баба Аня говорила, что так поступают джентльмены.

— Привет, Леша, Слава куда-то на улицу убежала, опоздал, — спокойно произносит босс и, пожав плечами, обнимает свою жену.

— Спасибо, тогда пойду ее искать, — усмехаюсь и внимательно слежу за реакцией босса, но здесь все четно. Ничего лишнего, годами контролируемая мимика не дает ничего понять. — Надо же именинницу поздравить.

Разворачиваюсь и выхожу на улицу, обхожу дом, и оказываюсь в потрясающе красивом саду. Еще в Париже я заметил, как она восхищается ландшафтом французских садов.

Я знаю, где она и не успеваю остановить себя, как оказываюсь у нее за спиной. Слава сидит ко мне спиной почти раздетая, ее платье ничего не скрывает. Сжимаю челюсть и, подойдя к ней, накрываю ее плечи пледом. И как он оказался у меня в руках?

Она вздрагивает и устремляет на меня свой взгляд. Взгляд, в котором плещется боль.

— Зачем ты здесь? — интересуется глухо и, подняв голову к ночному небу, с грустью смотрит на звезды.

— Пришел пожелать тебе удачи, — произношу тихо и не могу отвести от нее взгляд.