Ты будешь моей!
Шрифт:
— Волнуешься? — спросил он зажав мою руку в своей. — Если ты не захочешь, я не трону тебя, но я очень хочу, чтобы эту ночь мы провели с тобой вместе.
— Я тоже хочу провести ночь с тобой… Только переживаю не много… — ответила я не поднимая глаз. Мне было очень не удобно разговаривать о таком с Тамерланом. Он же такой классный, красивый, умный, уверенный в себе, а я просто какая-то деревенщина — как сказала Диана. Я понимала, что он может просто воспользоваться мной, но я не могла отказать себе в удовольствии и переспать с ним в свой самый первый раз. В моих мечтах только он мог стать моим первым мужчиной, больше никого я и представить себе не могла на его месте. К н и г о е д . н е т
Наконец мы остановились возле какого-то дома.
— Не переживай Черёмушка,
— Пойдём. — улыбнулась я и кивнула ему. Он вышел из машины, и направился к воротам, чтобы отворить их, а я выдохнула глубоко и вышла из машины. В это время он открыл ворота этого дома и повесив замок обратно на цепь повернулся ко мне.
— Чей это дом? — решила я отвлечься от всяких дум в голове.
— Дед с бабкой отдали мне свой старый дом, я тут вырос кстати. — интересно много его девушек здесь побывало? — промелькнуло сразу в голове.
— Значит твой?
— Да, обычно я не вожу сюда никого, но сегодня дело другое. — ответил он на мой не прозвучавший вопрос и подмигнул мне. У меня внутри все перевернулось с ног на голову и радость затопила сердце. Я не знаю — значит ли это для него что-то, но для меня это значило очень много. Я не хотела быть очередной, я хотела быть единственной… Но кого это вообще волнует… кроме меня… — Проходи. — нежно коснулся моей спины руками Тамерлан.
— Блин я вещи оставила в машине… — хотела я вернуться к машине, но он остановил.
— Давай зайдем сначало, я покажу тебе всё, а потом уже когда всё тебе покажу, сам схожу за вещами. — мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть ему и согласиться. — Вот здесь я и вырос… Вот видишь дверь. — указал он влево. — Там я спал летом, когда уже ночами тепло бывало. Потом уже покажу тебе всё во дворе, а сейчас пошли сюда… — взял он меня за руку. — … И осторожно ступеньки… — вытащил он телефон и включил фонарик. Передо мной были ступеньки, покрашенные оранжевым светом в несколько слоёв и смотрелись очень красиво и аккуратно. Я шла аккуратно ступая за ним и мне здесь очень нравилось. Вошли в дом и первым делом в глаза мне бросилось убранство дома и старые комоды с сундуками застеленные красиво вышитыми салфетками.
— А кто здесь порядок наводит?
— Сестрёнки. — пожал он плечами. Я кивнула. В тёплое время мы часто здесь бываем с сестрёнками и братишкой. Они любят тут находиться, когда родители пьют… — посмотрел на меня осторожно.
— Ясно. — ответила я просто. Про то, что его родители пьют я знала и для меня это было просто не важно. Я почему-то была уверенна, что Тамерлан не такой.
— Я думаю это для тебя не секрет?… — спросил он посмотрев прямо.
— Нет. Не секрет. — пожала я плечами рассматривая какие-то фотографии на стене. Он выдохнул и обнял меня сзади.
— Вот здесь у нас кухня, здесь гостиная, а здесь и здесь спальни, указал он на две двери. В этой спальни — сплю я… Теперь мы… — повернул меня к себе и поцеловал жадно и глубоко. Меня как будто прошибло током в тысячу вольт. Ноги подкосились, а по венам потёк кипяток бросая моё тело в жар. — Бля малышка, как же я скучал по твоему запаху и твоим мягким губам. — выдохнул он хриплым голосом. Потом снова набросился на мои горящие от его поцелуев губы и поднял меня на руки, приоткрывая дверь своей спальни. Пронеся по спальн он бережно уложил меня на свою кровать и опустился на меня сверху придавливая меня своим весом аккуратно. — Малышка моя, Черёмушка ты моя… — гладил моё лицо разглядывая меня — лёжа на мне. Как же мне нравилось ощущать его тяжесть на себе. Я млела от его прикосновений, между нами коротило от осознания того, что мы с ним здесь наедине и нам обоим это нравилось — я это ощущала всём своим телом. Он просунул свою руку под мою кофту и быстрым движением проник мне под бюстгальтер, он сжал мою грудь в своей руке. — Сколько же я мечтал об этом маленькая… — приподнялся он и приподнял мою кофту. Зацеловывая мой живот и глубоко вдыхая мой запах он дошёл до моей второй груди и прильнул к ней своими губами.
— Аххх… Боже… —
47. Сладкая
Накинулся на неё чуть ли не с порога не выдержав своего голода поней. Я так сильно скучал и изнывал, что сейчас так сильно боялся услышать от неё отказ и боялся, что она вообще может оттолкнуть меня испугавшись. Но похоже зря боялся, по тому как она сама льнула и не сопротивлялась — она была не против моих наглых рук и губ. А когда уже добрался до её тяжёлых округлых грудей — так сладко стонала в момент, когда я втягивал её сосок в рот. Мой член готов был порвать брюки и ринуться в бой не вынося такое тяжёлое испытание, как — податливое тело, сладкие стоны и сочные губы моей малышки. До такой степени терял контроль над собой, что чуть в штаны не спускал — как мальчишка прыщавый. Блять меня кроет от её запаха, от её нежной бархатистой кожи и вообще просто от неё… Руки трясутся как у наркомана, который наконец дорвался до дозы наркотиков.
— Аааххх… — бляяять… её стон меня с ума сводит. Я закрою её тут у себя, пока она не станет моей навсегда и пока не насыщусь ею… Я так боюсь потерять её, что становится страшно от такой сильной зависимости по этой девочке. Мне ведь на самом деле не хотелось жить — когда она отвернулась от меня. А сегодня я понимаю, что не зря терпел муки расставания.
Я не понимаю, как так получилось? Неужели она сама мне подмахивает снося мою крышу. Неужели я сегодня смогу получить её? Я видел искры в её глазах и уверенность, что-ли…
Быстро скинул с неё кофту и не мог налюбоваться красотой своей малышки. Она такая сексуальная, манящая и изящная. Всё её тело было сделано как будто под меня. Когда я её обнимаю, чувствую то, как она сильно подходит моему телу. Она моя, она будет только моя.
— Я хочу снять с тебя брюки… — прохрипел. Она кивнула мне, но не стала поднимать глаза на меня. Свет с фонаря, который освещал с улицы мою спальню не давал увидеть полностью свет её лица, но я сто процентов был уверен в том, что её щеки покрывает сейчас румянец. Расстегнув пуговицу её брюк я нежно оглаживал каждый оголенный участок её тела и любовался ими. Стягивал с неё их, а она стонала от удовольствия и прикрывая глаза позволяя мне дотрагиваться до самых её сокровенных участков, через белье. Меня крыло не по детски от этих вроде бы не таких уж сверхестественных поглаживаний. Я готов сожрать её, накинуться на неё без всех этих прилюдий, но не разрешал себе делать этого — так как я боялся сделать ей больно и не хотел брать её так же как всех… Она не была всеми, она желанна мной и я к ней испытываю самые трепетные чувства. Для того, чтобы услышать восторженные всхлипы своей черноглазой чертовки, я готов был сколько угодно воздерживаться от своих желаний и промучаться. Сняв наконец с неё брюки я быстро скинул с себя свою оставив только боксеры и лег прямо на неё, наслаждаясь теплом её сексуального тела. Я бы хотел конечно снять с неё и бюстгальтер и красивые трусики сразу, но боюсь напугать её этим напором — успею… Ещё более напугаю, если я сам сниму свои боксеры и встану перед её девственным взором на перевес со своим нервно подергивающимся и раскачивающимся членом. Боюсь, что после увиденного она вообще не разрешит мне подойти к ней, никогда.