Твой плен
Шрифт:
По спине скользнул озноб, Сафире вдруг стало так страшно, как, наверное, никогда не бывало – даже когда поняла, что попала в лапы Кадиму и живой не уйти.
В каждом зеркале подступали безликие фигуры, они что-то говорили, в какой-то миг Сафире показалось, будто пустых зеркал не осталось, из каждого смотрит несуществующими глазами, сверкающими красными или синими огнями, и приближается тёмная полутень Предвестника.
Вот она уже не видит границу зеркал, будто все Предвестники выходят сюда, в её зал. Сафира
Почти машинально язык начал проговаривать формулу прощания, гул нарастал, проникающие глубоко в мозг вибрации их двойственных голосов не давали сконцентрироваться, девушка сбивалась, повторяла, проговаривала слова, вспоминала, тут же забывала их, снова пыталась повторить… Пока не упала.
Очнулась предводительница лиаров на полу. Зал был пуст, зеркала показывали родное и привычное отражение, будто и не случилось ничего, будто сон. Даже волосы затухли, не мерцая рубиновыми отблесками. Но в голове ещё блуждали отзвуки голосов, шрам немилосердно саднило, и, подняв руки, она обнаружила, что они немного дрожат.
Сафира потёрла плечи, огляделась и поспешила из зала в свои покои, с изумлением и некоторым ужасом обдумывая случившееся.
Нужно спросить у Нима, двухцветный наставник – один из немногих, кто имеет доступ в зеркальный зал. Может, хоть он объяснит… Ей становилось не по себе от мысли, что придётся туда вернуться, чтобы попытаться разобраться в случившемся. А ещё наведаться к Арифас… Почему-то мысль о том, что фитарель находится в Зеркальном Хранилище, перестала успокаивать. Но и пойти к своему зеркалу прямо сейчас предводительница не решилась.
Затворив дверь потайного хода, Сафира взглянула в окно своей спальни. Темнеет. Ого, сколько времени прошло!
У детей сейчас вечерние занятия, подумала она, поговорю с наставником позже.
Кьяф уже дожидался возле покоев, и она поскорее впустила его.
– Ну что? – спросила нетерпеливо.
– Высланный мной отряд вернулся. К сожалению, фитарели мы не нашли…
Сафира досадливо поморщилась.
– А ещё… я хотел отыскать твою цепочку.
– Да ну, подумаешь, – отмахнулась Сафира. – Не беда.
– Не хотелось бы, чтобы цепочка предводительницы досталась кому-нибудь…
– Но вы же её всё равно не нашли?
– Не нашли, – отозвался Кьяф. Сафира качнула головой: после случившегося, потеря цепочки волновала её меньше всего.
Чуть помолчала, раздумывая о волосах на подушке… Почти было решилась:
– Кьяф…
Воин внимательно посмотрел в глаза, но она так и не смогла заговорить об этом. Не сейчас. Сначала – разобраться с основным.
– Нет, ничего, потом, – качнула головой. – Иди лучше проследи за подготовкой к ритуалу.
Предвестник сказал, что это не важно. Но ей всё равно хотелось провести обряд верности сегодня.
***
Когда,
В шести точках, символизировавших углы гексаграммы, горели свечи в подсвечниках. На полу рассыпали специальные темные шарики фитарина, вещества, добываемого глубоко в горах. Оно чем-то напоминало по виду фитарели, от чего и пошло название, и использовалось в большинстве ритуалов.
«Интересно, – мелькнула мысль, – в какой цвет они окрасятся? В какой знак сложатся?»
Лунар уже стоял в центре, на коленях. Сафира обратила внимание, что выглядит он несравненно лучше: видимо, лекарь хорошо постарался. Ноги скованы цепью, руки свободны. Ей не понравилась цепь, напоминание о том, что ритуал не вполне добровольный. Но стража права, предводительница во время обряда будет слишком близко к нему, мало ли, что он задумал…
Шесть охранников находились снаружи вокруг гексаграммы. Чуть дальше Сафира увидела Альяру, к которой подошёл и Кьяф.
– Тебе известен обряд? – поинтересовалась у Лунара. Тот кивнул, открывая на ладони небольшой тёмный волос.
– Хорошо… – Сафира вдруг поймала себя на некотором смущении. Отдала оружие – и-плеть и кинжал – охраннику и медленно вошла в центр, начиная произносить ритуальные слова на забытом языке.
Не к месту вспомнились Предвестники с их голосами, происшествие в зеркальном зале. По телу скользнула дрожь. «Кажется, я переоценила свои силы…» – мелькнула мысль. И зачем ей так хотелось непременно провести обряд, почему не подождать до завтра?
Темные шарики, посверкивая, начали шевеление: двигались, расползались, выстраивались в некую фигуру.
Сжав зубы, Сафира заставила себя расправить плечи и прогнать из души прокравшийся туда страх. Поймала взгляд Лунара. Глаза были спокойны, скрывали любые эмоции, казалось, даже то, что приходится смотреть на неё снизу вверх, не волновало сейчас воина.
– Дэл-лиэри виах? – задала она ритуальный вопрос про то, согласен ли он дать обет.
– Дэл-лиэ, – отозвался воин. Согласен.
Сафира подняла руку, проводя по своей косе. Настроилась. Если обряд проходит правильно, волосина сама окажется в руке. Можно и вырвать, конечно, но так сила связи будет меньше.
Ощутила, как рука потянула волос, с отстранённым любопытством подумала – какой выпал цвет? Чёрный? Серебристый? Но вдруг услышала тихий удивлённый вдох Альяры.
Рубиновый. Да что же происходит? Как можно отдать его врагу?!
Предводительница испытала желание обратиться за поддержкой к друзьям. Но остановила себя. Она не покажет Лунару, что растеряна. Она не прервёт ритуал, и, раз уж так сложилось, проведёт его до конца!