Тварь

Бенчли Питер Бредфорд

– Да, пули. Обойма составлена так, что каждая третья пуля – фосфорная, трассирующая, а другие наполнены цианидом.

– И вы полагаете, что можете этим убить зверя?

– Так мы договорились. Тэлли найдет кальмара, проведет какие ему нужно наблюдения, а затем я убью его.

– Вам это обязательно надо сделать самому?

– Да.

Дарлинг немного подумал.

– Неужели вы думаете, что теперь можете что-то сделать для ваших ребят?

– К ним это больше не имеет отношения. Теперь дело во мне.

Это что-то такое, что я должен сделать.

– Понимаю, – вздохнул Дарлинг. – О'кей, мистер Мэннинг, но выслушайте мой совет. Сделайте все возможное с первой попытки, потому что я предоставляю вам только один шанс. А потом начнется моя игра. Я возьму все на себя.

– И что вы будете делать?

– Я собираюсь взорвать его и превратить в пыль. Или попытаюсь сделать это.

– Довольно справедливо, – согласился Мэннинг. – Хотите кофе?

– Конечно, черный.

Мэннинг направился к трапу.

– Я прикажу, чтобы помощник принес его.

– Помощник, мистер Мэннинг, – заметил Дарлинг, – это лейтенант вашего штатовского военно-морского флота. Не приказывайте ему, а попросите. И добавьте «пожалуйста».

Мэннинг открыл было рот, но вновь закрыл его.

– Извините, – только и сказал он и спустился вниз.

У выхода из бухты Дарлинг повернул к северу. Обогнув мыс и направляясь к каналу, он оглянулся. Между двумя норфолкскими соснами на мысу стояла Шарлотта, и ее ночная сорочка раздувалась на ветру. Он помахал ей она ответила тем же, потом повернулась и пошла по газону к дому.

Шарп принес Дарлингу кофе и остался стоять рядом с другом на крыле ходового мостика. Они смотрели на северо-восток, на то место у края глубокой воды, где раньше на якоре стоял «Эллис эксплорер».

Какое-то время оба они молчали, а затем Дарлинг спросил:

– Тебе нравилась эта девушка?

– Да, я даже думал... ну, не важно, не имеет значения.

– Конечно, это имеет значение.

Тэлли поднялся на мостик и встал в стороне. Он казался нетерпеливым и был возбужден.

– Часто выходили в море, док? – поинтересовался Дарлинг.

– Несколько лет тому назад, собирал осьминогов. Но никогда ничего похожего на это не было. Всю жизнь я ожидал именно такого случая, возможности найти гигантского кальмара. Это мой дракон.

– Теперь это уже дракон, да?

– Я думаю о нем именно так. Поэтому я и назвал мою книгу «Последний дракон». Человечеству нужны драконы, они были нужны всегда, чтобы объяснять непонятное. Вы видели старинные карты? Когда люди наносили на них неведомые земли, они писали: «Здесь обитают драконы», и этим было сказано все. Я провел всю жизнь за чтением и созданием книг о драконах. Понимаете ли вы, какое это вознаграждение – в конце концов приблизиться к одному из них?

– Мне кажется, док, – заметил Дарлинг, – что некоторых драконов

лучше оставить в покое.

– Но не для ученых. – Внезапно Тэлли указал на что-то и закричал: – Смотрите!

Полдюжины летающих рыб бросились врассыпную от носа судна, пролетев над водой пятьдесят с лишним ярдов, прежде чем шлепнуться в воду. Лицо Тэлли засветилось от удовольствия.

Они наткнулись на полосу саргассовых водорослей – плавучие пятна желтой растительности, не связанные между собой, но тем не менее тянущиеся одна за другой к горизонту, как муравьи.

– А они всегда составляют прямую линию? – спросил Тэлли.

– Похоже, что так. Это какая-то тайна, как и икра, которую мы видели. Я не могу понять, что это за штука, откуда она появляется и куда уходит.

– Какая штука? Как она выглядит?

Дарлинг описал огромные студенистые продолговатые предметы с отверстием посередине и рассказал, как они поворачивались вокруг своей оси будто для того, чтобы подставить все стороны под солнечные лучи.

Тэлли задавал вопросы, выспрашивал у Дарлинга подробности и с каждым ответом становился все более возбужденным.

– Это яичный мешок, – наконец сказал он. – Никто раньше не видел их. По крайней мере, за последние сто лет. Как вы думаете, сможете ли вы отыскать еще?

– Никогда нельзя знать наперед. Я ни разу не видел ни одного до того дня. А теперь увидел целых два. Мы пытались выловить один из них, но он развалился.

– Да, так и следовало ожидать. А как только вяжущее вещество – кокон – распадается, животные, находящиеся внутри, гибнут.

– Что за существа живут в таком мешке?

Тэлли оглядел водное пространство, затем медленно повернулся и посмотрел на Дарлинга:

– А как вы думаете, капитан?

– Откуда мне знать?.. – Дарлинг помолчал. – Господи! Маленькие детеныши кальмара? В этом желе?

– Сотни, – подтвердил Тэлли. – Может быть, тысячи.

– Но они погибнут, верно? – спросил Шарп.

– Обычно так и бывает. Большинство из них гибнут.

– Кто-нибудь съест их, – предположил Дарлинг.

– Да, – сказал Тэлли. – То есть в том случае, если там, в воде, останется кто-нибудь, кто сможет это сделать.

44

– Вы когда-нибудь читали Гомера? – спросил Тэлли, доставая из одного из своих ящиков и передавая Дарлингу шестидюймовый крюк из нержавеющей стали. – Гомера с моря цвета темного вина.

– Не смогу сказать, что я делал это, – ответил Дарлинг, нацепил на острие крюка макрель и бросил рыбу в кучку с другими.

– Это парень, который написал «Илиаду», – пояснил Шарп.

Он прикреплял шарниры к петлям крюков, затем привязывал шестифутовые вожаки из титановой проволоки к каждому шарниру.