Тварь
Шрифт:
С размаху ударив кулаком в грудь сойлара, в порыве праведного гнева я крикнула:
— Совсем рехнулся!?
Вайр, спокойно приняв мой удар, спросил:
— Пришла в себя, девочка?
Я до зубовного скрежета сжала челюсти, оттолкнула тварь и выплюнула:
— Да пошёл ты!
— Нам пора возвращаться, — сказал сойлар и скрылся в лайре. Я постояла ещё немного, ругая всеми грязными словами Кайрану, попинала от злости и обиды землю, потом поругала себя за неосторожные действия и опасные слова по отношению к сойлару, тяжко вздохнула и двинулась за ним. Я хотела извиниться перед
Глава 12. Церемония
Я стояла у кровати лорнессы Изалай и открыто любовалась её неземной красотой. Вайрини спала сном младенца, и мне совсем не хотелось её будить. Посмотрев на настенные часы, я начала ждать, когда минутная стрелка отсчитает положенное время. В голове разыгралась чехарда из ненужных мыслей, и я пыталась остановить этот бессвязный поток, но чёртово воображение так и рисовало предстоящую церемонию. Не знаю, куда бы меня завела моя богатая фантазия, но нежный ласковый голос лорнессы прервал эту чехарду.
— Саша, — позвала меня Изалай, мило растирая кулачком сонные глаза, — ты уже здесь?
— Да, — ответила я и искренне улыбнулась. Как же быстро я попала под обаяние этой феи и даже немного испугалась своей искренней улыбки, но не стала зацикливаться и спросила:
— Ванна или обед?
Изалай села и потянулась всем телом, на её идеальном лице расцвела счастливая улыбка.
— Пожалуй, сначала обед.
Я кивнула и вышла из комнат, чтобы попросить дежурившую у дверей вайрини, — кажется, её звали Уриса, принести обед. Вайрини тут же ушла, а я вернулась в комнаты. Изалай стояла возле зеркала и расчёсывала длинные огненные волосы.
— Помочь? — коротко спросила я. Изалай кивнула. Я взяла массажку, осторожно провела ею по волосам вайрини и залюбовалась золотыми бликами, разбежавшимися по волосам в разные стороны.
— У вас очень красивые волосы, лорнесса, — не удержалась я от похвалы.
— Спасибо, — ответила девушка, — твои волосы тоже очень красивые. У вайров такого цвета волос не бывает.
Я мысленно усмехнулась, вспомнив, как нелестно о моих волосах отозвался сойлар Кайрана, а вслух произнесла:
— Зато среди людей у каждого третьего.
Изалай тепло улыбнулась.
— Саша, — глухо произнесла вайрини, — мне очень стыдно за тот день, когда я обидела тебя. Я поступила глупо, бездумно повторяя то, что говорят старшие мужчины о людях. Прости меня за то, что назвала тебя низшей. И за то, что так легкомысленно говорила об охоте на людей. Я, действительно, ничего не знаю о вас.
Ого! Фея Изалай, оказывается, не только сказочно прекрасна, но ещё и умеет анализировать свои поступки, и даже извиняться за бездумно сказанные слова! Мне есть, чему у неё поучиться. И вот оно — ещё одно очко не в мою пользу.
— Уриса мне многое рассказала, — продолжила девушка спустя мгновение, — о людях, их жизни до нас и их существовании после нас. Я даже не догадывалась, что всё настолько плохо, хотя должна была своим умом понять, что вайрийская охота — это не взаимное удовольствие двух сторон, но реальное истребление ни в чём неповинной расы, существ, многим похожих на нас.
Изалай резко повернулась ко мне лицом, схватила меня за руки и прижала к своей
— Когда я стану сойлари, клянусь, я сделаю всё возможное, чтобы Вайорат оставил твою планету в покое и больше никогда здесь не появлялся.
Изалай смотрела на меня, решительно вознамерившись воплотить свой план в реальность, а я нежно улыбнулась девушке и сказала:
— Спасибо, лорнесса. Я буду вам крайне благодарна.
"Если доживу до этого знаменательного события," — усмехнулась я про себя, но признаю, на душе у меня потеплело, и неохотно, но всё же заслуженно я приплюсовала ещё одно очко в пользу вайрини.
В дверь постучали, и я, освободив свои руки из горячих рук девушки, вышла и забрала у Урисы разнос с едой. Вайрини осторожно придержала меня за локоть и произнесла:
— Не обижайся на Изу, Саша. Она совсем ещё ребёнок и росла в тепличных условиях. Иза не знает реального мира.
Я опустила взгляд: неудивительно, что Изалай все так любят и оберегают; будь я вайрини, вела бы себя так же, как Уриса. Но на душе стало больно — по сути я тоже не совсем взрослая, мне всего-то двадцать три, а я уже успела пройти через такой ад, и чёрт его знает, что ждёт меня в будущем. Сказать такое Урисе я бы не посмела, поэтому просто произнесла:
— Хорошо.
Вайрини улыбнулась мне искренне и добавила:
— Если что-то понадобится, я буду здесь и помогу.
— Спасибо, — прошептала я и закрыла дверь.
Обед был изумительным, я отъелась до отвала, напилась ровая, и настроение моё под действием алкоголя заметно улучшилось. Этому ещё и поспособствовала ненавязчивая болтовня Изалай. Она рассказывала о себе, своей семье, лучших друзьях, жизни на Эйлидии. Незаметно мы перебрались в ванную комнату, я наполнила большую круглую ванну горячей водой, разбавила воду сладко пахнущими маслами и помогла Изалай раздеться. И ещё одно очко в пользу лорнессы — хрупкая, изящная как фафоровая статуэтка, без единого волоска на теле, она была идеальна.
— Хочешь принять ванну со мной? — спросила девушка, и я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Вряд ли я со своими комплексами смогу раздеться перед этим совершенством во плоти, поэтому тактично отказалась и села у бортика ванны, опустив руку в воду и играя с пышной пеной на её поверхности. Голова казалась лёгкой от выпитого ровая, и я спросила:
— Как вы познакомились с сойлом Ниаритом?
Изалай уронила голову на бортик ванны и вытянулась во весь рост, мечтательно улыбаясь.
— Я была совсем ещё маленькой, когда родители отправились в гости к чете Лайонай. Их дворец на Эйлидии воистину огромный, его и за неделю не обойти. Но ещё больше сад. Он очень красивый и притягивает взоры своим величием. И так мне захотелось исследовать этот сад, что я сбежала от родителей, бродила среди вековых деревьев и цветущих кустарников почти целый день и не заметила, как заблудилась. Я сидела у небольшого озера и ревела, когда услышала мальчишеский голос. Это был Ниари. Он выслушал меня как настоящий взрослый, хотя мы с ним одного возраста, утешил и повёл во дворец. С тех пор прошло два десятка лет, а я до сих пор искренне благодарна ему за спасение. Для меня он — настоящий герой.