Турнир партнеров

Катори Киса

Гарри издал сдавленный смешок и поспешил снова накрыть отзывчивый рот своим. Он бессознательно потёрся о слизеринца бёдрами и глухо застонал, когда почувствовал, что тот возбуждён не меньше его самого. Это ощущение вкупе с эйфорией от слов Драко возымело совершенно крышесносный эффект. Поттер зарычал, буквально сорвал с Партнёра зелёную квиддичную мантию и кофту под ней и впечатал блондина в пол. Малфой так же в свою очередь не менее нетерпеливо избавил его от лишней одежды. Теперь на парнях были только брюки, и руки обоих, казалось, обрели собственную жизнь, исследуя, гладя, вминая подушечки пальцев в чужое горячее тело. В какой-то момент ладонь Драко легла на пах гриффиндорца, который сначала рефлекторно толкнулся ей навстречу, но затем протестующе застонал.

– Теперь моя очередь!
– хрипло прошептал он и сам сжал напряжённый член слизеринца сквозь светлую ткань брюк.

Раздавшийся

в ответ стон поощрил его на дальнейшие действия: недолго думая, Гарри резким движением провёл пальцем по боковине брюк, сдёрнул их с блондина и застыл, восхищённый открывшимся перед ним зрелищем. Он много раз видел Малфоя без одежды и считал, что это самое сексуальная картина в его копилке. Но сейчас… Распростёртое перед ним тело, казалось, излучало ровное матовое сияние, затуманенные от страсти серые глаза выжидающе смотрели на него из-под светлой чёлки, мышцы груди и живота напряжены и казались будто выпиленными из мрамора, тонкие пальцы впились в короткий ворс ковра, длинные ноги чуть раздвинуты. Всё это мельком проскользнуло перед взором гриффиндорца, потому что в следующий момент его взгляд остановился на гордо торчащем вверх члене. Первое слово, которое пришло ему на ум, было «изящный». Длинный, ровный, гладкий и почти не отличающийся по цвету от остальной кожи, он идеально подходил этому совершенному телу. А ещё на теле слизеринца практически не было волос, кроме небольшого светлого треугольничка. Разумеется, Гарри узнал эту пикантную подробность уже давно, но только сейчас понял, насколько возбуждающе это выглядит. Не в силах сдержаться, он протянул руку и провёл пальцем по бархатистой сморщенной коже яичек. Драко вздрогнул от прикосновения, но не пошевелился, давая возможность Поттеру действовать, как ему вздумается. Когда пальцы гриффиндорца обхватили ноющий член, он выгнулся и застонал. Тело требовало немедленной разрядки, но Малфой заставил себя расслабиться и не мешать Гарри изучать его тело. Однако сам брюнет оказался куда менее терпелив. Сделав несколько уверенных движений рукой по всей длине напряжённой плоти, он вдруг нагнулся и обхватил губами головку. Драко буквально захлебнулся воздухом от неожиданности, успев подумать что-то вроде: «Вот она, гриффиндорская отвага», но в следующую секунду связные мысли покинули его голову. Осталось только дикое возбуждение и всё нарастающее наслаждение. Поначалу Гарри действовал скованно и неумело, но очень быстро его охватил какой-то странный восторг от ощущения одновременно твёрдого и удивительно нежного горячего члена во рту, губы и язык расслабились, движения стали более плавными, а раздавшийся громкий стон слизеринца дал понять, что он на правильном пути. Интуитивно гриффиндорец постарался сделать так, чтобы его рот максимально обхватывал член, мягко придавливая головку языком к нёбу, и вскоре ему пришлось лечь на живот и прижать руками бёдра Малфоя к полу, чтобы тот не толкался ему навстречу. Он успел войти во вкус и хотел уже было попытаться пустить ещё больше затвердевшую от его усилий плоть поглубже, когда Драко резко оттолкнул его и с громким стоном излился себе на живот. Гарри зачарованно наблюдал за тем, как маленькие жемчужные капельки падают на белую кожу и стекают по напряжённым мышцам во впадинки между ними.

Отдышавшись, слизеринец без слов взял у Поттера немного бьющей через край сексуальной энергии, трансформировал её в очищающее заклятие, и заставил сперму исчезнуть. Затем он сел, улыбнулся, глядя в затуманенные зелёные глаза, по-хозяйски запустил руку в чёрные волосы и лукаво спросил:

– Как ты там говорил?
– в серых глазах заиграли весёлые чёртики.
– Теперь моя очередь!

* * *

Гарри проснулся от настырного солнечного лучика, бьющего в глаза. Оказалось, что в слизеринских спальнях есть колдоокна, ничем не отличающиеся от настоящих окон в их башне, кроме вида из них. Покрепче обняв спящего к нему спиной Драко, гриффиндорец почувствовал себя невероятно, ошеломляюще, просто совершенно неприлично счастливым. Вчерашний вечер кончился самым потрясающим оргазмом в его жизни. Умелый рот Малфоя в считанные минуты вознёс его навстречу к небесам, и Гарри, не успев толком ничего понять, бурно кончил ему в глотку. Это обстоятельство ужасно смутило Поттера, но Драко, казалось, не имел ничего против. Клятвенно пообещав себе, что в следующий раз ни в коем случае не даст себя оттолкнуть, брюнет позволил Малфою увлечь их обоих на кровать. Там они вспомнили про Инструкцию, но та оказалась в хорошем расположении духа, милостиво засчитала превращение Гарри за Упражнение, сдержанно поздравив с первым удачным перевоплощением, и сказала, что воскресенье они могут отдохнуть.

Кроме того, книжица объявила, что в связи с переменой их статуса, они могут больше не носить Связующий Артефакт до определённого времени. Затем Гарри обнял слизеринца, прижал к себе и мгновенно заснул.

Сейчас они лежали в той же позе, Драко как-то совершенно по-детски свернулся калачиком в руках своего Партнёра, крепко обнимая большую подушку. Гарри зарылся носом в серебристые волосы и погладил большим пальцем кожу живота, на котором покоилась его правая рука. Этого оказалось мало, и он скользнул ладонью от живота к груди и обратно вниз, к мягким курчавым завиткам. Немного поколебавшись, но не в силах устоять перед искушением, гриффиндорец осторожно погладил расслабленный член слизеринца и почувствовал, как тот отозвался на ласку. Этого оказалось достаточно, чтобы мгновенно накатившее собственное возбуждение заставило обхватить стремительно твердеющую плоть и вжаться бёдрами в круглую, подтянутую попку Малфоя.

– С добрым утром, мой домашний сексуальный маньяк, - раздался хриплый шёпот, но Гарри только улыбнулся, провёл сжатой рукой от основания до головки и прикусил аппетитно выглядывающее из серебристых волос ушко.

Драко тихо охнул, откидывая голову и прикрывая глаза, и Поттер не преминул воспользоваться открывшимся доступом к нежной шее. Лениво лаская уже абсолютно твёрдый член Партнёра, он с энтузиазмом целовал и покусывал алебастрово-белую кожу, заставляя слизеринца глухо постанывать. В какой-то момент Гарри впился губами в основание шеи над плечом, ставя на ней багровый засос, кажущийся на тонкой коже почти синим.

– Метишь?
– выдохнул Драко.

– Ага, - гриффиндорец улыбнулся.
– Каждый тигр метит свою территорию.

– Я не территория!
– возмутился было Малфой, но убыстрившиеся движения руки на его члене заставили его задохнуться.

– Территория - не территория, но моя однозначно!
– заявил Поттер и потянулся к призывно приоткрывшимся губам.

* * *

За завтраком в понедельник Гарри поймал себя на том, что сидит с совершенно дурацкой улыбкой от уха до уха и беззастенчиво пялится на своего Партнёра, неспешно поглощающего овсяную кашу.

Всё воскресенье напролёт они провели в постели, только один раз выбравшись из неё, чтобы сбегать на ужин и утащить с собой как можно больше еды.

Целых четыре восхитительных раза Драко склонялся над членом Гарри, вынуждая его обладателя гортанно стонать, комкать пальцами простыни и выгибаться в такт его движениям. В свою очередь гриффиндорцу удалось научиться глубоко вбирать в рот напряжённую плоть Малфоя, привыкнуть к горьковато-солёному вкусу его семени и трижды полюбоваться на то, как меняется красивое лицо слизеринца во время оргазма.

Сейчас же, глядя на то, как тонкие губы обхватывают маленькую ложечку, гриффиндорец совершенно забыл о еде.

– Гарри, если ты не хочешь, чтобы вся школа узнала о том, как мы провели вчерашний день, сейчас же перестань на меня так пялиться!
– преувеличенно раздражённым тоном сказал Драко, не поворачивая головы.

– Ну и пусть знают и завидуют!
– буркнул Поттер, но послушно уставился в свою тарелку.

– Не волнуйся, зная тебя, могу с уверенностью сказать, что всеобщая осведомлённость не за горами, - ухмыльнулся Драко и добавил, видя, что гриффиндорец как-то странно помрачнел.
– Не думаю, что после нашего с тобой танца это кого-то удивит! Разве что слизеринцев.

Удовлетворённо отметив, что Поттер просиял и уделил наконец внимание своей овсянке, блондин собрался было вернуться к завтраку, как вдруг откуда ни возьмись нарисовался Симус. Финниган без всякого смущения подсел к ним за стол рядом с Драко и весело поздоровался.

– Слушай, Малфой, я ещё раз хотел поблагодарить тебя за подарок, - начал он.

Слизеринец сдержанно кивнул.

– Я тут подумал, ты ведь на самом деле очень даже ничего оказался… - тут блондин хмыкнул, а Гарри кинул на одноклассника подозрительный взгляд.
– Так вот, как насчёт того, чтобы сходить со мной в Хогсмид в субботу?

Только годами выработанная выдержка не позволила Драко заржать в голос. Вместо этого он холодно улыбнулся и многозначительно посмотрел на своего Партнёра. Его взгляд ясно говорил что-то вроде Это-твой-чёртов-друг-так-что-разбирайся-с-ним-сам-как-хочешь.

– Прости, Симус, но тебе придётся поискать другого слизеринца!
– решительно произнёс Гарри, придвигаясь поближе к Драко и по-хозяйски беря его за руку.
– А этот - мой!

– Ну я общем-то так и думал, - Финниган, казалось, ничуть не расстроился, - что к этому идёт, но надеялся, что ты ещё не набрался смелости заявить на него права. Тогда бы у меня был шанс!